Читаем без скачивания Он украл мои сны - Федор Московцев

Всё выглядело так, будто Капранов заказал Дениса Еремеева. Шмерко обратился к Бадме Калгаевичу Кекееву, зампрокурора и руководителю следственного комитета при областной прокуратуре. У них были достаточно хорошие отношения, и зампрокурора с пониманием отнесся к просьбе вице-губернатора. Улик недоставало, но Кекеев принял волевое решение: Капрановым сидеть! И их закрыли – и отца, и сына.

Все эти события происходили как раз во время конфетно-букетного периода отношений Ольги Шериной и Станислава Закревского – они гуляли по набережной, ходили в театр…

Вызывающая красота возлюбленной ослепила его… а также всепобеждающее стремление выбиться в люди, женившись на богатой наследнице. Он задействовал все свои связи, чтобы помочь Капрановым.

Узнав о его активности, Иосиф Григорьевич предупредил подопечного, что если тот не откажется от опасного предприятия, то старый седой полковник откажется от него самого, так как неприятности с всесильным зампрокурора никому не нужны. Кекеев – очень принципиальный человек, его слово не имеет обратной силы. Поэтому он и держится на своей должности столько лет, и его руками снимали и отправляли за решетку многих высокопоставленных чиновников. Закревский не послушался, и, стиснув зубы, бросился в бой.

Вот что ему удалось выяснить. У прокуратуры не было улик против Капрановых, и им подбросили в коттедж оружие с боеприпасами, а затем арестовали по обвинению в терроризме. Действовали по короткой схеме – Новый год, праздники, некогда разводить интриги и придумывать всякие сложности. Камера видеонаблюдения, установленная на соседнем доме, зафиксировала, как два человека с габаритной кладью перелезли через забор и проникли во владения Капрановых.

Имея на руках видеопленку, а также добытые через знакомых свидетельства избиения Капрановых в тюремной камере, Закревский обратился за помощью к работающим в Москве однокурсникам. Те пообещали устроить встречу в Генпрокуратуре на достаточно высоком уровне. В последнюю минуту Закревский обратился к Давиденко, чтобы уточнить некоторые мелкие детали. Тот пришел в ярость, запретил предпринимать что-либо, и передал данные в уголовный розыск – немедленно дать знать, если на имя Станислава Закревского будет приобретен билет в железнодорожных или авиа-кассах.

Закревский поехал в Москву на машине и в последний рабочий день уходящего 2000 года попал на прием к высокому чиновнику Генпрокуратуры. Так безработный юрист (из Высшей Следственной школы его уже успели уволить) стал личным врагом руководителя следственного комитета при прокуратуре Волгоградской области. Проводив посетителя, чиновник Генпрокуратуры позвонил кому следует, и по цепочке информация дошла до губернатора Волгоградской области, который в это время находился тут же в Москве. Ему сказали: «Или ты сам разгребаешь свое говно, или…» Губернатор поднял трубку и поставил руководителю следственного комитета телефонную клизму: «Ты чего там у себя мышей не ловишь, почему они бегают по столицам?»

В Волгограде Закревского ждал теплый прием – те же самые люди, которые сделали Капрановым подарок с доставкой на дом (фигурировавшие на видеопленке), связали его, привезли в багажнике в областное УВД, там, в пытошной камере, избили до полусмерти, и довели до сведения, что Капрановы сядут за убийство; но есть другой вариант – в качестве главного обвиняемого отважный адвокат может предложить себя, или какого-нибудь другого фигуранта. После проведенной беседы его выпустили.

Он сразу обратился в судмедэкспертизу, там по знакомству с него сняли побои без направления РОВД, особенно убедительно выглядела борозда на шее – в камере его душили. Но в Центральном РОВД заявление о нанесении побоев не приняли. В других милицейских учреждениях также отнеслись с непониманием к его беде. Давиденко отказался с ним встречаться – посоветовал поставить богу свечку за то, что остался жив. Москва молчала.

Кое-как Капранову-старшему удалось выйти на свободу, сын его остался за решеткой. Старший следователь СУ СК при областной прокуратуре Сташин вцепился в него мертвой хваткой и не выпустит, – для Кекеева это дело принципа.

Опечаленная Ольга смиренно принимала ухаживания Закревского (не подпуская к телу – не время сейчас…), и умоляла его вызволить Дмитрия Капранова и как-то разрулить проблему – закрыть уголовное дело (по факту обнаружения трупа Дениса Еремеева), фигурантами которого являются Капрановы. Капранов-старший не сидел сложа руки. Он действовал во всех направлениях. Ему было крайне сложно противостоять Кекееву, поэтому московские связи Закревского оказались весьма кстати. Безработному юристу был выделен автомобиль с шофером и выдана небольшая сумма на расходы. Дело закрутилось. Причем наибольших успехов удалось добиться через московских знакомых Закревского – на деньги Капранова разумеется.

А в первых числах января 2002 года Ольга погибла в автокастрофе на горной дороге в районе Гагр. Она поехала туда отдыхать… с А.М. Капрановым, которому приходилась вовсе не племянницей, а самой что ни на есть любовницей. По классическому сценарию отношений об этой связи не знала только его жена и ухажер Ольги – то есть Закревский.

Он стойко перенес этот удар. В Волгограде у него был волчий билет, и ему ничего не оставалось делать, кроме как продолжать работать на Капранова – выполнять его поручения. Помимо следственных хлопот, связанных с вызволением Капранова-младшего, добавились новые – связанные со Стройхолдингом.

Чтобы отвести угрозу от Капрановых, Закревский вёл собственное расследование убийства Дениса Еремеева. И добыл улики, изобличающие причастность к этому делу некоего Сергея Волкорезова. Мотив убийства – месть. Дело в том, что Волкорезов являлся другом детства и одноклассником Татьяны Кондауровой, а также женихом её лучшей подруги, Елены Калашниковой. Отец Татьяны, Виктор Кондауров был застрелен возле дома Игната Еремеева, отца Дениса, в 1996 году. Доказано, что Еремеев-старший принимал непосредственное участие в подготовке убийства Виктора Кондаурова. Сам Еремеев исчез, и даже широкомасштабные поиски, предпринятые его другом, вице-губернатором Шмерко, результатов не дали. И Шмерко принял самое активное участие в жизни своего крестника, Еремеева-младшего. Который спустя пять лет был застрелен на том же самом месте, где погиб Виктор Кондауров.

Закревский выяснил, что отец Татьяны, Виктор Кондауров, для росшего без отца Волкорезова был ролевой моделью, поэтому месть для него стала вопросом чести. По его мнению, в отсутствие виновного наказание должны принять его прямые наследники – а именно сын Денис.

На момент убийства Волкорезову было 17 лет, его жертве – 27. Денис Еремеев был найден мертвым в своей машине, стоящей у ворот его дома (доставшийся от отца коттедж находился на одной из тихих улочек поселка Ангарский). Это произошло утром, и этому было несколько свидетелей. Они рассказали следствию, что Денис открыл ворота, выгнал свою БМВ на улицу; затем закрыл ворота, сел в машину, собираясь ехать. Тут к водительской двери подошел высокий парень в черной куртке и постучал по стеклу (авто наглухо затонировано, и снаружи ничего не видно). Денис опустил стекло, и подошедший парень, наклонившись, что-то спросил. Денис принялся объяснять, жестикулируя – видимо был задан вопрос, как найти такой-то адрес. Правая рука незнакомца покоилась на крыше автомобиля, и в ней он держал пистолет. Глядя на Дениса, парень в черной куртке выстрелил ему в голову через крышу машины, затем произвел контрольный выстрел, просунув руку внутрь салона через открытое окно водительской двери. После чего сел в припаркованную рядом «девятку» и уехал.

Закревскому удалось собрать необходимые улики – причем не только по делу Дениса Еремеева, но также по убийству В.Першина, еще одного организатора устранения Виктора Кондаурова, а также по убийству А.Цыганкова, сотрудника УБОП, каким-то образом причастного к деятельности Еремеева-старшего. Все концы сходились на Сергее Волкорезове, которому активно помогали Татьяна Кондаурова и Елена Калашникова. Кроме того, в устранении Дениса Еремеева был заинтересован Андрей Разгон – бойфренд Татьяны. Хотя, доказательств его участия в организации убийства нет никаких. Но тем не менее следователь прокуратуры Сташин взял его в оборот. И неизвестно, как они договорились, но на состоявшемся в январе 2003 года суде Андрей Разгон дал показания против Капрановых (он был главным свидетелем обвинения), и их осудили – А.М. Капранов получил 8 лет, а его сын Дмитрий, как основной обвиняемый – 14 лет.

Вскоре благодаря связям Капранову-старшему за очень большие деньги удалось освободиться из колонии ($5,000 за минус-год, при сроке 8 лет за освобождение пришлось заплатить $40,000), а насчёт сына попросили повременить – он основной фигурант, через год-другой можно будет что-то придумать с его 14-летним сроком.