Ей оставалось лишь довериться судьбе, в слепой надежде на то, что все как-нибудь устроится само собой.
— Тебе надо отдохнуть, — решил Диего и сам помог ей раздеться.
Поцеловав Каролину в лоб, он укрыл ее одеялом, словно маленького ребенка. Сейчас он обращался с ней как заботливая нянюшка, а отнюдь не как любовник.
Сон не шел к ней, и только под утро Каролина задремала. Но поднялась рано, вместе с доном Диего. Затем они отправились завтракать. Он по-прежнему выглядел как истинный испанец, в его внешности и манерах ничто не выдавало иностранца.
«Келлз ведет себя здесь, в Гаване, совершенно естественно, — думала Каролина. — И так же естественно он, должно быть, вел себя в Саламанке, там, где выучил испанский и где усвоил испанские манеры». Без сомнений, Келлз легко приспосабливался к обстоятельствам. Он прекрасно играл роль ирландского пирата на Тортуге, и никому и в голову не приходило, что это ложь. Каролина расспрашивала, что он знает о своем прошлом, и дон Диего сообщил, что был холостяком, что все его родственники умерли, что родом он из маленького городка, а высочайшего внимания был удостоен за геройское спасение жизни одного важного вельможи, который тоже умер не так давно. Дон Диего, оказывается, терпеть не мог балов и, как поняла Каролина, не был лично знаком с королем. Диего Вивар вообще не отличался общительностью, поэтому знакомых у него было немного.
«Я ломаю ему судьбу, — с грустью думала Каролина. — Пытаюсь возродить в его памяти жизнь, которую он когда-то вел и которую он сейчас совершенно не хочет вспоминать. Я пытаюсь вернуть его себе таким, каким он был, не таким, каков он сейчас. И этим вношу раздор в его душу».
Лу разливала по чашкам крепкий черный кофе. Его аромат смешивался с благоуханием цветов в патио. Солнце заливало утренним светом накрытый к завтраку стол; в галерее колонны отбрасывали на пол легкие тени.
— Они все же арестовали гостя губернатора, — сообщила Лу.
Каролина вздрогнула, но тут же овладела собой и сумела поставить чашку на стол, не пролив ни капли. В тишине слышалось лишь журчание фонтана. Каролина словно перенеслась в прошлое. Воображение вернуло ее в те далекие дни, когда все только начиналось. Казалось, уже тогда все было предопределено.
— Интересная новость, Лу, — услышала Каролина собственный голос.
— Ты ничего не ешь, — заметил дон Диего.
— Так рано я никогда не бываю голодна, — пробормотала Каролина. — О, я вспомнила, что обещала Пенни отправиться к ней с утра. Она шьет новое платье и нуждается в моем совете.
Каролина встала из-за стола.
— Надеюсь, ты простишь меня, — проговорила она вполголоса, — если я не вернусь к ленчу. Пенни очень педантична в этих вопросах.
Дон Диего посмотрел на Каролину с некоторым удивлением; странно было услышать такое о королеве пиратов Руж, предпочитавшей для удобства носить мужскую одежду и нисколько не заботившейся о фасонах и тканях.
— Ты очень бледна, — заметил дон Диего. — Постарайся не находиться на солнце.
— О, не волнуйся, — пообещала Каролина.
Действительно, в Эль-Морро солнца не слишком много…
Каролина оглянулась у двери, бросив на Келлза какой-то странный долгий взгляд, словно прощалась с ним навеки. Он был так внимателен к ней, в глазах его читалась такая искренняя забота… И он был так по-испански хорош собой!
Каролина вышла из дома и направилась в Эль-Морро, стараясь идти как можно быстрее.
Вот и серые мрачные стены, вот ворота и стража у ворот. Она без труда заставила себя решиться на этот шаг. Многие из вошедших туда однажды уже больше никогда не покидали крепость, по крайней мере не покидали живыми. Страшные истории передавались из уст в уста на Тортуге — истории о том, что случалось с пленными англичанами, имевшими несчастье попасть за эти каменные стены.
Каролина успокаивала себя мыслью о том, что все эти ужасы происходили раньше, до того, как комендантом крепости стал дель Мундо. Расправив плечи, она подошла к ближайшему стражнику и попросила доложить коменданту, что его хочет видеть дама.
— А кто именно его спрашивает, сеньорита? — с учтивым поклоном осведомился стражник, угадавший в стройной женщине, одетой в черное, аристократку.
— Скажите ему, что его хочет видеть донна Каролина. — Она откинула за спину тяжелую копну светлых волос.
Каролину повели гулкими коридорами со множеством поворотов. Затем стражник оставил ее одну. Каролина чувствовала, как отчаянно бьется ее сердце — сегодня ей предстояло сыграть, быть может, самую важную роль в своей жизни, и от того, как она сыграет эту роль, зависела не только ее собственная судьба. Она понимала, как непросто будет обмануть проницательного Рамона дель Мундо.
Долго ждать не пришлось. Из-за поворота показалась знакомая стройная фигура. Дон Рамон выглядел поразительно молодо на фоне мрачного серого камня.
— Донна Каролина! — воскликнул он, поклонившись. — Что привело вас в мою крепость?
— Я бы хотела поговорить с вами наедине, — сказала Каролина.
Комендант пригласил ее в небольшую комнату, каменные стены которой украшали гобелены. Усадив гостью за стол, он налил ей бокал малаги.
Каролина сделала глоток вина. Оказалось, что начать труднее всего. «Наверное, — подумала она, — нет человека, которому было бы легко начать разговор, ведущий к неминуемой смерти».
— Я думаю, что была к вам несправедлива, — неожиданно проговорила Каролина. — Я повела вас за собой, а затем… затем оскорбила вашу гордость.
Дон Рамон поморщился.
— А зачем вы повели меня за собой? — осведомился он.
— Потому что вы мне понравились, — ответила Каролина и нисколько не слукавила.
— Итак, я вам нравлюсь… — пробормотал дон Рамон.
— Да. Я находила вас привлекательным еще в Порт-Рояле, и вы не разочаровали меня в Гаване. Душа моя требовала утешения. Но не стоило мне искать забвения в ваших объятиях.
— Не стоило, — согласился он. — В этом вы правы. Боюсь, что я так и не сумел вас утешить.
— Но вы помогли мне. Видите ли, до встречи с вами у меня была другая жизнь, и эта другая жизнь все не отпускает меня. Мы все в плену нашего прошлого. Надеюсь, вы меня понимаете.
— Да, я вас прекрасно понимаю. Но что привело вас в Эль-Морро?
— У вас здесь пленник, — сказала Каролина и снова пригубила из бокала. — Вы арестовали его вчера на балу у губернатора.
— Вы хотите с ним увидеться?
— Нет, мне нет нужды с ним видеться. Я очень хорошо знаю, кто он такой.
— Ах вот оно что… — протянул дон Рамон, откинувшись на спинку стула. — И кто же он такой?
