Читаем без скачивания Инквизиция: Омнибус - Дэн Абнетт

Росс взглянул вверх. Действительно, в небе висело едва заметное пятнышко — штурмовик «Стервятник», вой его турбин был достаточно негромким, чтобы противник не заметил его.

— Приготовить заряды! — приказал Алмейда, его голос был усилен порывом ветра.

Вслед за гвардейцами огневой группы Росс снял с пояса осколочную гранату. Он проверил гранату в руке, покатал на ладони, ощущая ее тяжесть. Гвардейцы, как один, выдернули чеки и крепко сжали гранаты, удерживая спусковой рычаг запала. Они ждали.

Все безошибочно поняли сигнал, когда услышали его. Глубокая вибрация от многочисленных взрывов сотрясла переднюю часть террасы. Хотя взрывы были приглушены стенами, Росс чувствовал, как их энергия проходит через его позвоночник, как сильный порыв ветра. «Шакал-1» взорвал ворота.

— Вперед! — взревел Алмейда, и бойцы «Шакала-3» бросили гранаты за стену. Стена содрогнулась от взрывов, облако пыли и осколков поднялось до самого ее верха.

Росс первым спустился во внутренний двор. Его Т20 был уже в руках, нацеленный на крытый сад у дома. Поврежденные суставы и раны прошлых дней были забыты, его кровь наполнял адреналин. За ним спускались уланы, держа оружие наизготовку. Они не встретили никакого сопротивления.

Никого не было видно.

Они преодолели стену, ожидая боя. Хотя бы сопротивления охранников, но — ничего. Огневая группа была ошеломлена, словно на секунду растерявшись и не зная, что делать, если некого убивать.

— Здесь чисто. Где к черту все? — прошипел Росс.

Капитан покачал головой, щелкнув вокс-передатчиком.

— «Шакал-1», это «Шакал-3». Доложите обстановку, прием.

Некоторые из улан тревожно смотрели друг на друга. Они заметили, что в доме не слышно звуков стрельбы. Такая же мрачная тишина, прерываемая лишь жужжанием механических насекомых, была и в саду.

— «Шакал-1», это «Шакал-3». Доложите обстановку, прием, — повторил Алмейда.

И вдруг, с треском помех, по всем каналам раздалось сообщение «Шакала-1». Оно было таким громким, что некоторые уланы поблизости от Росса вздрогнули, вцепившись в наушники.

— Император! О, проклятье, проклятье…

Новый всплеск помех.

— Я истекаю кровью! Я теряю…

Внезапно связь прервалась. Это был голос сержанта Чанчина, командира «Шакала-1». Безумный ужас в его голосе врезался в память Росса. Несколько улан сорвали наушники, злобно ругаясь.

Потом под ударом оказался «Шакал-3».

Мины, скрытые в субтропических растениях, взорвались вспышками ослепительно белого пламени. Росс даже не услышал самого взрыва — так сильно зазвенело в его ушах. Противопехотные поражающие элементы разнесли сад в клочья, взметнув вихрь кусков растений и человеческого мяса.

Его зрение и слух вернулись не сразу. Какое-то время он видел лишь белое, и слышал лишь звон в ушах. Когда чувства вернулись, он увидел перед собой страшную картину. Почти половина солдат огневой группы лежали на земле, их конечности были вывернуты или оторваны, кровь лилась ручьями. Мины, вероятно, были спрятаны под корнями толстого саговника, и те, кто стоял ближе к дереву, пострадали больше всех. Изуродованные тела лежали вокруг расколотого пня.

— Вы в порядке? — закричал Алмейда прямо в ухо Росса. Капитан истекал кровью из раны на щеке, глубокого разреза, в котором была видна белая кость.

Росс проверил свое состояние, подвигав конечностями. Его спатейские боевые доспехи приняли себя все повреждения. Броню на левой ноге и части торса покрывали вмятины и сколы, многочисленные, как звезды в галактике. Иначе противопехотные мины разорвали бы его.

— В порядке, в порядке, — ответил Росс.

— Ублюдки ждали нас. Какая сволочь предупредила их, что мы идем?! — прошипел Алмейда.

«Нас предали», хотел сказать Росс. Но сейчас было не время. Вместо этого он огляделся вокруг и быстро оценил ситуацию. Четверо улан из состава «Шакала-3» были несомненно мертвы, а из раненых двое были не в состоянии сражаться. Один раненый улан держал свою правую руку, весь бицепс с нее был оторван. Другой страшно кричал, его лицо, ободранное щепками и гравием, превратилось в одну сплошную рану.

Осталось семь боеспособных, включая Росса и Алмейду. Этих сил могло не хватить, но пути назад не было. Алмейда уже двигался дальше, просигналив остальным следовать за ним.

Росс пересек двор, со злостью пнув по пути фонтан. Алмейда достиг входа в дом, закрытого решетчатой дверью из ароматного дерева. Капитан выломал ее ударом ноги и бросил в темный проем гранату.

Росс бросился за Алмейдой. Адреналин пульсировал в его висках. Он выстрелил из своего Т20. Оружие вздрогнуло, когда он выпустил короткую очередь. У этого автогана не было сотрясающей всю руку отдачи плазменного пистолета, но оранжевые трассеры подействовали на Росса странно успокаивающе. Росс остановился на пороге дома, выпустил очередь в наполненную дымом комнату и ворвался в дом вслед за капитаном.

За дверью их ждали охранники Голиаса. Все они выглядели как бывшие бандиты. У элиты Мантиллы была склонность нанимать бандитов из трущоб в качестве охранников. Так же у них было модно химически наращивать мышцы и делать гангстерские татуировки. Это позволяло буржуа думать, что они заигрывают с опасностью. Это приносило немного остроты в их изнеженную жизнь. И эти люди не были исключением. Все они были бритоголовыми, с бульдожьими физиономиями, и покрыты татуировками по самую шею.

Прячась за диванами, креслами и книжными шкафами, наемники Голиаса обращались с оружием с напускной храбростью любителей. Они открыли ураганный огонь, заботясь не столько о прицеле, сколько о том, чтобы выпустить как можно больше пуль.

В этой перестрелке с близкого расстояния Росс видел, как по-разному действовали хорошо обученные гвардейцы и уличные бандиты. Уланы залегли, действуя спокойно и хладнокровно, некоторые даже переговаривались жестами. Их ответный огонь был точным. Одному охраннику пуля попала в грудь, развернув его. Следующий выстрел попал ему в спину, уложив на пол. Другой охранник схватился за горло, из его рта хлынула кровавая пена. Уланы выпускали хорошо нацеленные короткие очереди, поражая врага в центр тяжести.

Через несколько секунд уланы зачистили помещение. Пять охранников Голиаса лежали на роскошном ковре на полу, над ними рассеивалось облако дыма.

— Чисто! — воскликнул Алмейда.

— Чисто! — ответили его солдаты.

И они направились дальше.

Большую часть первого этажа здания занимал зал для торжественных приемов. Охранники Голиаса ждали там в засаде.

Росс чувствовал их разумы, чувствовал, как они прячутся за богато украшенной мебелью нео-колониального стиля. Он ощущал их страх перед боем, как кислый запах в воздухе. Он чувствовал их намерение убивать.

Остановив огневую группу перед решетчатыми дверями зала, Росс предупредил солдат о засаде. Алмейда нисколько не усомнился в этом. Он проломил в решетчатой конструкции двери широкую дыру, и солдаты забросили через нее в зал несколько гранат.

Раздались взрывы. Подождав две секунды, уланы ворвались в зал, стволы их автоганов извергли в пелену дыма потоки огня.

Росс вошел в зал вслед за огневой группой, подняв оружие. Дым от гранат рассеивался, и охранники Голиаса отчаянно отбивались. Тяжелая мебель из слоновой кости и твердого черного дерева частично защитила их от осколков. Они отстреливались из дробовиков и тяжелых пистолетов.

Зал заволокло дымом от сгоревшего физелина. Противников разделяли менее чем десять шагов. Росс пригнулся за перевернутым большим шкафом, пытаясь найти укрытие за прочной мебелью из черного дерева.

На расстоянии не больше вытянутой руки с другой стороны шкафа высунулся охранник Голиаса. Он выстрелил из дробовика и промахнулся, не успев прицелиться, так как слишком спешил снова укрыться. Выстрел дробовика пробил книжную полку позади Росса.

— К фрагу, — выругался Росс, бросив Т20 и достав из кобуры «Солнечную Ярость». Усталость уже лишала его сил, он чувствовал, как боль от прежних ран пульсирует, словно приближающийся прилив. Надо было заканчивать этот бой быстро. Первый плазменный выстрел Росса проплавил безупречную полусферу в толстой стене шкафа. Следующий сжег неудачливого стрелка с другой стороны.

— «Шакал-3», это «Шакал-2», — раздался в вокс-передатчике голос Селемины.

— Второй, это Третий, доложите, прием, — ответил Алмейда, сопровождая приказ очередью из Т20.

— Высадка невозможна! Повторяю, высадка «Шакала-2» невозможна. Сканеры самолета засекли тяжелое оружие и многочисленные мины-ловушки на крыше. Это труднее, чем мы думали, — прокричала Селемина.

— Второй, это Третий. Отменить высадку, — приказал Алмейда, выпустив еще очередь из-за дивана. Повернувшись к Россу, он крикнул: