в машину и примчалась сюда. Надеюсь, я ничего не пропустила?
Она лишь мельком глянула на Торби, хотя он сидел на возвышении вместе с директорами. Юноша почувствовал облегчение и обиду одновременно; он не виделся с Ледой с тех пор, как они расстались в Сан-Франциско. Он знал, что девушка живет в отеле «Радбек-Армс» и нередко появляется в городе, но Гарш сказал, чтобы он даже не пытался встречаться с ней.
— Только круглый дурак может волочиться за женщиной после того, как она ясно дала понять, что не желает его видеть.
Так что Торби просто напомнил себе, что он должен вернуть Леде некую сумму, и чем быстрее, тем лучше.
Уимсби попросил тишины и объявил, что в соответствии с повесткой дня собранию предстоит выдвинуть кандидатов и провести выборы.
Молоток с грохотом опустился на крышку стола.
— Сейчас секретарь огласит список кандидатов на пост председателя Совета, — лицо Уимсби озарилось торжествующей улыбкой.
Эта улыбка встревожила Торби. С учетом его собственной доли и доли родителей, он располагал примерно сорока пятью процентами акций. Зная имена акционеров, возбудивших против него дела, а также пользуясь другими источниками информации, он мог заключить, что Уимсби контролирует около тридцати одного процента; Торби нужно было набрать еще шесть. Он рассчитывал, что ему поможет громкое имя «Радбек из Радбеков», но надежда была весьма слабая, хотя Уимсби было необходимо набрать из оставшихся голосов втрое больше. Торби не был уверен в том, что дядя Джек еще не положил их в карман.
Он встал и предложил свою кандидатуру как владельца акций:
— Радбек из Радбеков.
Затем большинство акционеров отказалось от поста председателя, и наконец прозвучала фамилия Уимсби. Других кандидатур не оказалось.
— Секретарь огласит список акционеров! — объявил Уимсби.
— Прошу зарегистрироваться голосующих — сначала владельцев акций, а затем голосующих по доверенности. Клерк сверит номера акций с записями в Главной Книге. Тор Радбек… из Радбеков!
Торби назвал свои сорок пять процентов и уселся на место, ощущая все возрастающее беспокойство. Он достал карманный калькулятор. Всего было девяносто четыре тысячи голосов, и Торби не мог позволить себе считать в уме. Секретарь зачитал номера, и клерк уткнулся в свои записи. Для того, чтобы победить с преимуществом в один голос, Торби нужно было набрать пять тысяч шестьсот пятьдесят семь голосов.
Голоса в его пользу прибавлялись медленно: двести тридцать два, девятьсот шесть, тысяча девятьсот семнадцать — некоторые напрямую, другие — по доверенностям. Однако на счету Уимсби тоже прибывало. Некоторые акционеры объявляли, что не отдают своих голосов никому, иные вовсе не отзывались. По мере того как зачитывались все новые и новые имена, обладатели которых никак не реагировали, Торби начинал подозревать, что все их доверенности находятся в руках Уимсби. Однако счет Радбека из Радбеков рос — две тысячи двести пять, три тысячи тридцать шесть, четыре тысячи триста девять… и вдруг все кончилось. На оставшиеся имена никто не откликнулся.
Гарш склонился к уху Торби.
— Остались только наши приятели.
— Я знаю, — Торби убрал калькулятор. Что ж, в конце концов Уимсби победил.
Было ясно, что секретаря заранее проинструктировали, чьи имена назвать под занавес.
— Его честь Курт Брудер!
Брудер отдал свой единственный голос Уимсби.
— Наш председатель, мистер Джон Уимсби!
Уимсби встал, радостно улыбаясь.
— Лично мне принадлежит только одна акция. Но в силу доверенностей, которые я получил и которые находятся у секретаря, я…
Торби не стал слушать и потянулся за своей шляпой.
— Подсчет голосов завершен, и я хотел бы… — начал секретарь.
— Нет!
Леда вскочила на ноги.
— Я присутствую здесь лично! Это мое первое собрание, и я собираюсь участвовать в голосовании!
Уимсби поспешно забормотал:
— Все в порядке, Леда, ты не должна вмешиваться. — Он обернулся к секретарю. — Это не повлияет на результат.
— Еще как повлияет! Я отдаю свои тысяча восемьсот восемьдесят голосов Тору, Радбеку из Радбеков!
Уимсби вытаращил глаза.
— Леда Уимсби!
— Мое имя — Леда Радбек! — звонким голосом объявила девушка.
— Незаконно! — вскричал Брудер. — Голоса подсчитаны! Это уж слишком…
— Ничего подобного! — ответила Леда. — Я здесь, и я голосую. Я отозвала свою доверенность. Это зарегистрировано в почтовом отделении на первом этаже, и я предъявила оформленный и подписанный документ официальным лицам корпорации — я правильно выражаюсь, судья? — за десять минут до начала собрания. Если не верите — убедитесь сами. Впрочем, какая разница? Я сама здесь. Можете меня потрогать. — Она обернулась к Торби и улыбнулась ему.
Торби попытался выдавить ответную улыбку и гневно прошептал Гаршу:
— Почему вы держали это в секрете?
— Чтобы наш честнейший дядюшка не сообразил, что ему следует выпросить, занять или купить недостающие голоса. Тогда он вполне мог выиграть. Леда по моему совету держала его в счастливом неведении. Вот это девушка! Смотри не упусти ее.
Пятью минутами позже Торби, бледный и потрясенный, поднял молоток, брошенный Уимсби, и посмотрел в зал.
— Приступаем к выборам членов правления, — объявил он нетвердым голосом. Список, составленный им и Гаршем, не вызвал возражений. В него было внесено лишь еще одно имя: Леда Радбек.
Она вновь вскочила на ноги.
— Что вы? Как можно!
— Возражение отклоняется. Вы взяли на себя ответственность, так несите ее.
Девушка умолкла и села на место.
Как только секретарь объявил результаты, Торби обратился к Уимсби;
— Вы еще и генеральный управляющий, не так ли?
— Да.
— Вы уволены. Ваша акция аннулирована. Не пытайтесь вернуться в свой бывший офис. Забирайте свою шляпу и уходите.
Брудер вскочил с места. Торби обернулся к нему.
— И вы тоже. Сержант, проводите их к выходу.
Глава 23
Торби мрачно глядел на стопку бумаг, каждая из которых была помечена грифом «срочно». Он взял один документ, начал его читать… и отложил в сторону.
— Долорес, переключите все вызовы на меня и можете идти домой.
— Сэр, я могу задержаться.
— Я же сказал: отправляйтесь домой. Неужели вы надеетесь найти себе мужа, имея такие синяки под глазами?
— Спокойной ночи.
«Хорошая девушка, — подумал он. — По крайней мере, надежная». Во всяком случае, он мог на нее положиться. Торби вовсе не хотел оказаться «метлой, которая чисто метет». Администрация должна продолжать работу. Он набрал номер.
Безликий голос произнес:
— Защита семь.
— «Подвиг Прометея», — ответил Торби. — Из девяти шестнадцать.
— Защита включена.
— Давайте, — согласился Торби.
На экране появилось лицо маршала Смита.
— Здравствуй, Тор.
— Мне очень жаль, но нашу ежемесячную встречу опять придется отложить. Мне бы не хотелось этого делать, но посмотрите на мой стол.
— Никто и не думал, что ты станешь отдавать делам корпуса все свое время.
— Черт побери! Именно
