расходится, и я провожу пальцами по ее бедрам, обнажая нижнюю часть бикини.
— Что ты делаешь? — Ее голос — низкое бормотание, глаза снова закрыты, и я перехожу на другую сторону, развязываю завязки, прежде чем оттянуть нижнюю часть бикини назад, обнажая ее полностью.
— На что это похоже?
Она поднимает бедра, и я выдергиваю бикини из — под нее, позволяя ему упасть на теплую терракотовую плитку. — Люди, наверное, могут нас увидеть.
Я смотрю вниз на бассейн, на множество людей, сидящих вокруг и плавающих в нем. — Никто не обращает на нас внимания.
— Это очень плохо. Я уверена, что мы могли бы устроить неплохое шоу. — Она снимает шляпу с головы, позволяя ей упасть на плитку, и я спокойно принимаю ее.
Пышная, красивая и полностью обнаженная на шезлонге. Моя жена невероятно сексуальна с тех пор, как ей стало так комфортно в собственном теле.
Не то чтобы она не была сексуальной раньше. Скорее, она стала еще сексуальнее. И это идёт в ущерб мне.
Я никогда не хочу быть вдали от нее. Она постоянно у меня на уме, сейчас даже больше, чем когда — либо прежде. Я одержимый мужчина.
И ей нравится каждая минута этого.
Она раздвигает ноги, показывая мне все, что у нее есть, и я без колебаний прикасаюсь к ней, нежно поглаживая пальцами. — Влажная, — бормочу я.
— Ммм, хмм. — Ее глаза снова закрываются, голова откинута назад, лицо сияет на солнце. — Заставь меня кончить вот так, Спенс.
Я продолжаю, проникая в нее одним пальцем. Затем другим, влажные звуки моих пальцев, проскальзывающих в нее и выходящих из нее, становятся все громче и громче. Наклонившись, я втягиваю в рот идеальный, твердый розовый сосок, посасывая, облизывая и покусывая. Заставляя ее шипеть на вдохе. Заставляя ее стонать.
Я заставляю ее кончать используя только рот на ее груди и пальцы внутри ее влажного, гостеприимного тела, и это тихое «ох», которое она издает перед тем, как ее тело содрогается, является единственным признаком того, что она кончает. Когда оргазм ослабевает, я вытаскиваю пальцы, снимая рубашку. Стягиваю плавки, пока не оказываюсь таким же голым, как она, и отчаянно твердым для нее.
— Вставай, — требую я, и она делает то, что я говорю, не протестуя, зная, что это пойдет ей на пользу. Я сажусь на шезлонг и предлагаю ей сесть на меня, что она охотно и делает. Через несколько минут мы вновь приспосабливаемся друг к другу, мой член погружен в ее тело, ее сиськи у моего лица, ее руки обвивают мою шею.
— Мне это нравится, — пробормотала она со слабой улыбкой, прежде чем поцеловать меня с языком.
Я целую ее в ответ, двигая бедрами, проникая внутрь. Она скачет, прижимаясь ко мне, ее рот сливается с моим, ее киска крепко сжимается вокруг моего члена, пока я не чувствую, что могу взорваться. Теплый воздух касается нашей обнаженной кожи, заставляя меня покрываться мурашками, и я дрожу, когда она проводит ногтями вдоль моего позвоночника.
— Я люблю тебя, — шепчет она мне в губы, и в этот момент ее охватывает очередной оргазм. Ее внутренние стенки сжимаются, выжимая мой собственный оргазм из меня.
Я кончаю с удивленным криком, не обращая внимания на то, что потревожил кого — то или привлек внимание совершенно незнакомого человека. Оргазм наступил так быстро, но я уже слишком далеко, чтобы заботиться об этом.
— Это было быстро, — говорит она, когда наше дыхание успокаивается, а сердцебиение замедляется.
Я прижимаю ее к себе, опускаю поцелуй на верхнюю часть ее груди. — Мне было приятно.
— С тобой всегда хорошо, — говорит она совершенно искренне.
Я улыбаюсь ей, убирая с ее лица прядки светлых волос. — Я люблю тебя.
— Я тоже тебя люблю. — Она целует меня, двигая бедрами, мой член все еще внутри нее. Если она продолжит так двигаться, я снова начну трахать ее. — Нам не нужно спускаться в бассейн. Не сейчас.
Я поднимаю брови. — Чем ты хочешь тогда заняться?
— Я хочу, чтобы ты продолжал трахать меня. Вот так. — Она подается вперед, ее горячая киска прижимается к моему животу, и я мгновенно снова становлюсь твердым. — Медленно. Как будто у нас есть все время в мире.
— Оно у нас есть. — Я подаюсь вперед, толкаясь глубже. — У нас еще вся жизнь впереди, помни это.
— Обещаешь? — Ее улыбка маленькая. Ее смех сладок.
— Да. — Я целую ее, шепча ей в губы: — Я обещаю.
У нас ещё вся жизнь впереди. И мы проведём ее вместе.
Звучит заманчиво.
БЛАГОДАРНОСТИ
Я должна была написать эту книгу прошлой зимой. Я уже готовилась к этому, но тут кое кто другой начал шептать мне на ухо, настаивая на том, чтобы его книга вышла первой.
Крю Ланкастер.
Поэтому я отложила Сильви и сосредоточилась на других Ланкастерах, включая Шарлотту. Ее книги тоже были запланированы прошлой осенью и имели свой график выхода, так что Сильви пришлось подождать. Хотя она оказалась не терпеливой. Как только Крю вышел из моей головы (он был очень громким), она начала говорить со мной, но я была поглощена личными делами. Например тем, что мой ребенок закончил школу, я побывала на Book Bonanza, заболела после нее, мой сын переехал в общежитие колледжа… список можно продолжать. Я протаскивала Сильви, где только могла, но чувствовала себя такой… отстраненной от этой истории. Хороша ли она? Хорошо ли я прописала причину ее поступков? Бедный Спенсер, терпевший ее так долго!
Я отправила книгу своему редактору, скрестила пальцы, и когда я получила ее обратно и прочитала снова, я поняла, что мне очень нравится. Очень. И когда я привела ее в порядок и добавила несколько глав, я могу сказать, что горжусь этой книгой. Бедняжка Сильви — ее мать очень жестоко обошлась с ней, и я надеюсь, что вы сможете увидеть, как это повлияло на нее, когда она выросла. Надеюсь, вы думаете, что она искупила свою вину и свои ужасные поступки в прошлом. Также было очень весело, что Уит и Саммер играют такую большую роль в этой истории, как и все остальные Ланкастеры.
Вы все говорите о том, какие замечательные подарки дарит Крю (и да, это так), но Спенсер сделал Сильви самый лучший подарок в конце этой книги. Он вернул ей свободу. И за это она ему бесконечно благодарна.
Я надеюсь, что вам понравится эта книга. Я оказала на себя большое давление, написав продолжение про Крю и Рен, и я просто
