— Спасибо, — покорно сказал он и, опираясь на мою руку, вернулся назад.
Уложив его, я спросила:
— Как зовут твоего донора, я попрошу, чтобы её сюда прислали.
— Не надо, — он улыбнулся и взял меня за руку. — Я недавно ел, просто голова закружилась, — и, бросив умоляющий взгляд, произнёс: — Полежи со мной чуть-чуть.
Вздохнув, я обошла кровать и легла рядом, потому что мне и самой сейчас хотелось быть с ним. Отвернувшись от него, я закрыла глаза, стараясь не выдать своих эмоций, а Марк сразу придвинулся ко мне и, обняв, прижал к себе.
— Когда ты рядом, я чувствую себя хорошо, — пробормотал он.
Стараясь не шевелится, я лежала и наслаждалась давно забытыми ощущениями счастья и защищённости. "Боже, как хорошо то. Пусть у него подольше кружиться голова, пожалуйста! Мне так не хватает его нежности и так хочется его любви!".
— Лия, ангел мой, — зашептал Марк мне на ухо и по коже побежали мурашки. — Я так скучаю по тебе и так каюсь о своём поступке. Не наказывай меня больше за него, потому что мне очень плохо без тебя. Мне не хватает твоего цветочного аромата, твоих ласковых прикосновений, твоей нежной улыбки, твоего мягкого голоса, твоих страстных поцелуев и жарких объятий. Мне не хватает тебя самой. Прости меня, если ещё любишь, — я почувствовала лёгкое прикосновение его губ на моём плече, а в низу живота что-то приятно заныло.
И я поняла, что пропала, потому что мне и самой не хватало всего того, что перечислил он, и я хотела, чтобы он вот так меня постоянно обнимал и также нежно шептал слова любви.
— И мне тебя не хватает, — прошептала я в ответ.
— Лия! — выдохнул Марк, и в следующее мгновение я уже лежала спине, а он навис надо мной и внимательно вглядывался в глаза. — Я люблю тебя.
— И я тебя люблю, Марк, но если ты хоть раз меня ещё обманешь…
— Нет, моя хорошая, не обману, — ласково ответил он и, наклонившись, поцеловал меня.
Перед глазами всё поплыло от сладостных ощущений, и я с жаром ответила ему. Мне хотелось раствориться в его объятиях и почувствовать то наслаждение, которое только он может мне дать. Прижимаясь нему, и обняв его за шею, я хотела только одного — чтобы он не останавливался и продолжал целовать меня.
Поцелуи стали уже требовательными и он водил руками по моему телу, а я постанывала от удовольствия, но когда он попытался снять с меня ночную рубашку, я испуганно спросила:
— Подожди, а если Элара зайдёт?
— Не зайдёт, — тяжело дыша, ответил он.
— Она бегает туда-сюда постоянно, и может забежать в любой момент. Может, продолжим, когда она заснёт? — мне самой ужасно не хотелось останавливаться, но другого выхода не было, потому что замков в дверях не было.
— Поверь, она сюда не зайдёт, — уверенно ответил Марк и, сняв с меня ночнушку, припал губами к шее, начав прокладывать дорожку из поцелуев. Когда он коснулся губами груди, я охнула и выгнулась ему навстречу, пытаясь из последних сил не потерять остатки здравого смысла. И тут меня озарило. — Ты что всё это спланировал и попросил её уйти?
— Да, только мы это вдвоём с ней спланировали, — Марк опять навис надо мной и улыбнулся. — Лия, она хочет, чтобы мамочка была счастлива и видит, что тебе плохо. Она заботиться о тебе и желает счастья. Я попросил её оставить нас наедине и не заходить сюда, пока я её не позову, — с нежностью сказал он, и снова начал страстно меня целовать в губы.
"Какие же вы хитрые" — хотелось сказать мне, но все эти заговоры и всё остальное вдруг потеряло для меня значение. Важным было, что Марк находился рядом, даря мне свою любовь и море наслаждения, и он был единственным мужчиной, которого я хотела видеть рядом с собой и которому хотела дарить свою любовь в ответ. С каждой секундой возбуждение нарастало, и я с радостью погрузилась в давно забытые ощущения и отдалась во власть его рук….
Лёжа в объятиях Марка, я наслаждалась чувством счастья и расслабленности, и с улыбкой смотрела на его довольное лицо.
— Как же мне тебя не хватало, — прижав меня к себе ещё сильнее, серьёзно сказал он. — После того как ты исчезла, я не жил, а существовал, и сходил с ума от тоски. Если решишь меня когда-то бросить, пообещай, что перед этим убьёшь, чтобы я не мучился так.
— Думаешь, мне было легче? — тихо сказала я. — Пока не родилась Элара, я сама не знала, как мне жить дальше. Сначала Стас использовал, потом Артемий обманул, а ты меня чуть не добил. Наверное, если бы я не была беременна, то вышла бы на солнце, чтобы умереть.
— Прости, я пошёл на поводу у Тейты. Когда я сказал, что всё тебе расскажу и попросил разрешения на брак, она согласилась только при условии, что я буду молчать, — с раскаянием произнёс Марк.
Асти рассказала мне, что он сделал со своей матерью, и я чувствовала свою вину, поэтому сказала:
— Мне жаль, что с ней так вышло.
— Не думай об этом. Она прожила очень долгую жизнь и стала слишком жестока. И потом, она хотела тебя убить, а нашу малышку забрать себе. У меня просто не было выбора, — тихо сказал он, и меня передёрнуло от этой мысли, а внутри всё сжалось от страха за свою кроху. — Кстати, и Зараю я нашёл.
— Она действительно когда-то была твоей девушкой? — стараясь не показать своей ревности, спросила я.
— Да, и поэтому когда я отправил её, решила мне отомстить, хотя ведь на самом деле она меня не любила, впрочем, как и я её. Она меня устраивала как любовница, но не больше. Её же разозлило то, что она потеряла статус любовницы главы клана и то, что я захотел на тебе жениться. Она любительница делать гадости. Но ничего, у неё впереди ещё не один год, чтобы раскаяться в своих поступках, — он мстительно усмехнулся.
— Что это значит? — непонимающе спросила я. — Она жива?
— Конечно. Убийство было бы слишком быстрой для неё смертью. Она у меня на диете уже больше года.
Вспомнив, как сама начинаю мучиться, если вовремя не поем, мне стало не по себе. "Бедная Зарая! Больше года чувствовать першение и зуд в горле? Да я больше двух суток никогда продержать не могла! А ведь если бы не она, то ещё неизвестно как могло всё сложиться. Останься я здесь, Тейта могла бы сделать со мной что угодно. Да и неизвестно, когда бы мы узнали о способностях Элары, живи я в доме. Ведь она сказала, что испугалось, когда что-то стукнуло по машине, и поэтому решилась выглянуть на улицу. Всё что не делается, всё к лучшему!".
— Марк, отпусти её, — попросила я.
— Нет, — твёрдо сказал он. — Она должна понести наказание за свой поступок.
— Если она год без крови она и так уже наказана хуже некуда. Отпусти её, пожалуйста!
— Ладно, — помолчав, ответил он. — Только я вырву ей язык и отправлю в Австралию к одному из своих братьев.
