В 1964 году Лорен прикупила себе роскошную квартиру в Париже, чтобы доказать своим землякам, что они с Понти — не одна сатана. Но это был всего лишь очередной хитрый трюк, чтобы сбить со следа злопыхателей актрисы и продюсера. На самом деле они продолжали оставаться мужем и женой, а чтобы им легче было встречаться и жить во Франции, подали документы на предоставление им гражданства в этой стране. В январе 1965 года премьер-министр Франции Жорж Помпиду лично подписал эти бумаги.
Летом того же года Лорен и Понти посетили Московский кинофестиваль, привезя с собой ленту «Брак по-итальянски», где Лорен играла в паре с Марчелло Мастрояни. За роль в этом фильме Лорен номинировалась на «Оскар», но проиграла Джулии Эндрюс. Теперь же, в Москве, она наверстала упущенное и получила приз как лучшая исполнительница женской роли. Не «Оскар», конечно, но все равно приятно. Свой приз Лорен привезла в их новое с Понти поместье под Марино, которое строилось аж пять лет. В нем было 50 (!) комнат, многие из которых представляли собой маленькие антикварные музеи. Например, в столовой висел огромный античный хрустальный светильник, а обеденный стол и сервировочные столы были сделаны из редкого египетского мрамора, стулья — бело-золотые в стиле Людовика XVI. В спальне Софи имелись фрески, которые изображали четыре времени года, а кровать была с пологом и резными украшениями. Сам дом, построенный в XVI веке, был окружен садом, имел искусственный пруд да еще вдобавок и механический водопад.
В конце 65-го Понти и Лорен ждало еще одно радостное событие: жена продюсера, Джулиана, получила развод на основании измены мужа. Правда, радость испортил отец Софи Риккардо, который вновь ушел от Ромильды и подал в суд на актрису, обвинив ее в клеветничестве (в одном из интервью Софи плохо отозвалась о нем). Лорен в ответ заявила, что видеть не хочет своего отца, и если он когда-нибудь захочет ее увидеть, то ему придется пойти для этого в кино на любой из ее фильмов. Между тем, в отличие от Софи, ее младшая сестра Мария продолжала поддерживать добрые отношения с отцом и даже называла его лучшим дедушкой на свете для своей дочери Алессандры.
В январе 1966 года Софи начала сниматься в фильме «Графиня из Гонконга», режиссером которого выступал Чарли Чаплин. Ее партнером по съемочной площадке был Марлон Брандо, который почему-то с самого начала невзлюбил свою партнершу. Особенно явно эта неприязнь проступала во время любовных сцен. Например, однажды Брандо, прежде чем заключить Софи в свои объятия, прошептал ей на ухо фразу, от которой ей едва не стало дурно: «У вас в носу растут волосы». Естественно, сцена была сорвана. В другой раз Брандо так укусил Софи за губу, что у той пошла кровь. Она убежала в гримерную и долго оттуда не выходила, будучи вне себя от гнева.
В разгар съемок — 9 апреля — Понти и Лорен поженились. Произошло это в Париже с соблюдением всех возможных мер секретности. Софи улетела из Лондона, соблюдая конспирацию, и поселилась в одном из домов в центре французской столицы. Утром в день бракосочетания женщина-двойник под видом Софи вышла из дома и укатила на автомобиле в город. Папарацци бросились в погоню. Тем временем настоящая Софи Лорен переоделась в одежду хозяйки дома, нацепила на нос темные очки и беспрепятственно вышла из дома через черный ход. Регистрация заняла всего лишь десять минут. После этого немногочисленные свидетели отправились праздновать событие в роскошный ресторан в пригороде Парижа. Официально о браке было объявлено только через неделю.
В мае Софи участвовала в работе Каннского кинофестиваля в качестве председателя жюри. (Второй случай за историю! Первой женщиной-председателем на фестивале была голливудская звезда Оливия де Хаввилэнд.) Сразу после Канн Софи вернулась в город Матеру, столицу области Лукании, где она снималась в фильме-сказке «Счастливее, чем когда-либо». В процессе работы Софи внезапно обнаружила, что опять ждет ребенка. Поскольку три года назад у нее был викидыш, доктор потребовал, чтобы она немедленно прекратила сниматься и сосредоточилась исключительно на своем здоровье. Софи уехала на свою виллу и целыми днями только и делала, что лежала (даже сидеть она боялась и пищу научилась принимать лежа на спине). Но все эти предосторожности не помогли. В одну из январских ночей 1967 года у Софи внезапно возникли такие сильные боли в животе, что ее пришлось срочно госпитализировать. В клинике у нее началось сильное кровотечение, которое вновь завершилось выкидышем. Софи была в отчаянии, она никак не могла понять, чем прогневила бога, коль тот не хочет дать ей ребенка. Ситуацию усугубляло еще и то, что буквально через месяц после случившегося сестра актрисы Мария родила второго ребенка, и опять девочку — Элизабет.
В течение нескольких месяцев Софи пребывала в депрессии, после чего в начале 1967 года вышла на съемочную площадку. Это был фильм «Ох уж эти призраки», где актрисе досталась роль ловкой мошенницы, разыгрывающей из себя привидение и шантажирующей своего впечатлительного и богатого ухажера. Но работа в этом фильме запомнилась Софи прежде всего не творческими муками, а проблемами личного характера. Именно тогда она прошла обследование у известного швейцарского гинеколога Хуберта де Ваттевилля, который сообщил ей, что она вполне может иметь детей. Просто нужно хорошенько подготовиться к этому событию. Он посоветовал ей в течение четырех месяцев принимать противозачаточные таблетки, после чего попробовать вновь забеременеть. Софи так и сделала. Рецепт доктора помог: 30 марта 1968 года актриса узнала, что снова забеременела. Однако Понти, услышав об этом, мало обрадовался, считая, что его жена вновь рискует получить выкидыш. Но сама Софи верила, что на этот раз все завершится благополучно.
В начале апреля актриса улетела в Женеву, чтобы постоянно находиться под наблюдением врача. Под чужим именем она поселилась в роскошном номере отеля «Интерконтиненталь» (1050 долларов в неделю), из окон которого открывался прекрасный вид на Женевское озеро и Альпы. Доктор прописал ей постельный режим, разрешив в первые месяцы вставать на час три раза в день. Вместе с Софи в номере жила ее секретарша Инес Брушиа, которая выполняла и роль повара — готовила хозяйке еду, состоявшую в основном из макаронных изделий. Однако, несмотря на всю секретность этого визита, о нем стало известно прессе. Это случилось благодаря одной из уборщиц, приходившей убираться в дом матери Софи — она случайно услышала телефонный разговор и узнала, где находится актриса. Ушлая женщина тут же продала эту информацию газете «La Stampa» за 50 тысяч лир. И отель стали осаждать толпы журналистов. Софи была в отчаянии, полагая, что теперь фанаты достанут ее своей назойливостью и тем самым повредят ее будущему ребенку. А вышло все наоборот. Чуть ли не со всех концов света в отель «Интерконтиненталь» пошли письма и телеграммы поддержки, а затем посыпались и посылки с детскими вещами и игрушками. Но особенно растрогали Софи некоторые священники, которые во всеуслышание заявили, что простили ее и молятся о ней.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
