Поэтому сейчас Хелен, облегченно выдохнув, мысленно благодарила богов, что догадалась повыше наны отослать. Она боялась, что даже ее половинчатые снаряды могли навредить людям при своем взрыве.
Зато отзвуки взрыва чуть не полгорода слышало. Естественно, народ в столице заволновался, как заявил Уеаткон, прибыв на их внеплановое заседание, и пришлось, мол, усиливать патрули на улицах. А декан Эмирит, который также прибыл из академии, добавил, что какой-то неправильный был звук у нанов, что-то не так.
– Я их немного изменила, – призналась Хелен под тяжелыми мужскими взглядами.
– Опять? – не особо удивился Артам, удобно устраиваясь в кресле за столом. – Что на этот раз?
– Ну... вроде бы уплотнила контур, но сделала более полыми сгустки внутри, надеясь на дополнительный звон... то есть громкость звука. Я ведь не предполагала, что настолько громко, – пожала плечами девушка. – Немного торопилась, толком не помню, что из этого удалось. Я же не знала, что так получится...
– Ваша Светлость, – обратился Абурс к герцогу, наконец-то угомонился и присел на дальнем краю стола. – Запретите этой девк... Бальмануг заниматься боевкой. Уж точно не в столице! Или хотя бы не со мной! Вон, пусть жених за ней смотрит! Чтобы на порог моего флигеля нога ее больше не ступала! Пока чего непоправимого не случилось.
Никто пока не знал, что "непоправимое" уже случилось.
Тот день выдался ужасно суматошным и тяжелым, досталось тогда многим, Абурсу за его методы тренировок, кстати, тоже. Зато Хелен в итоге искренне пообещала, что в ближайшее время не будет больше экспериментировать. Ни с нанами, ни вообще с магическими потоками.
– Даже не знаю, готова ли академия вновь вас принять под свою ответственность, студентка Бальмануг, – с сомнением в голосе тянул декан Эмирит. – Устоит ли после такой магини?
Девушка негодующе вспыхивала, декан... улыбался! Может, его встречно озадачить? Мол, а вы сразу выдайте мне диплом, и я тогда не приду больше в вашу академию, можете тогда не переживать.
Но наконец-то этот бесконечный и нервный день закончился, и Хелен, отправляясь ночью в кровать, надеялась, что завтра будет денек получше.
Ранним утром, конечно же, ни на какую тренировку она не пошла. Но тело просило привычной активности, и девушка решила перед завтраком прогуляться в саду. Заодно посмотрит, не сильно ли пострадали вчера посадки и дорожки? И от ее волны, и от беготни стражи, поднятой из-за ее эксперимента. Ей еще предстоит отдельно перед герцогиней извиняться.
В коридоре караулил незнакомый мужчина. Когда Хелен поинтересовалась, куда делся ее привычный Йеанетт, выяснилось, что многих из предыдущей охраны вызвали сегодня в Управление безопасности.
"Люлей им выдавать будут" – осознала и опечалилась Хелен. Подвела она своих охранников.
Что интересно, Агуэлы тоже не было. За Хелен увязалась какая-то служанка, но Бальмануг сразу отослала прислугу. Не хватало еще, чтобы у нее за плечом на прогулке то и дело вздыхали, причитали или еще хуже – периодически отвлекали пустыми вопросами. Например, Агуэла знала, что Бальмануг, которая часто уходила в свои мысли, не стоит дергать без важной причины.
На улице ранним утром было ощутимо прохладно, и не скажешь, что весна близко. Девушка поежилась под теплой накидкой, холод шел словно изнутри. Сегодня небо было неприветливо серым и таким же тоскливым, как настроение у Хелен. Тренировки ей отменили, экспериментировать запретили. Что остается? Завтра развлечься на турнире с кешреонцами, а затем вернуться в академию? Там-то она сможет ходить к мастеру Дор'оэнес? Или он тоже теперь остережется с ней работать?
Хорошо антимагические браслеты ей опять не надели! Хотя Абурс предлагал.
На что Хелен ему напомнила, что он же сам научил ее снимать такие браслеты, но ухмыляющийся глава охраны намекнул в ответ, что не со всеми видами подобных "украшений" она знакома. Есть "игрушки" посложнее для снятия. Так сказать, для особо отличившихся.
Сейчас девушка, не торопясь, прогуливалась по шуршащему гравию дорожек, вдыхая пока стылый воздух Осебрутажа. Скорее бы уже тепло! А там и весенний показ новой моды они с Тайлимой устроят. Да, это будет почти впритык к весенним балам, но зато они как раз быстро распродадут свою коллекцию готовых платьев.
И да, обычно эйры заранее готовятся к балам, сильно заранее. Но всякое бывает, например, денег не нашли заранее, чтобы подготовить дочек для выхода в свет, ведь недавно годовые налоги платили, или до сих пор в очереди к модисткам томятся. А тут как удобно будет – пришла, увидела, купила. То есть сразу можно забрать наряды и быть спокойной. Да и цены на готовые платья, отшитые по лекалам и без многочисленных примерок, будут ощутимо дешевле. К тому же Хелен рассчитывала на провинциальных эйр, семьи которых начнут съезжаться к балам в столицу. Не просто так она решила через Гаррата и его семью рекламировать ателье в их городке. Оттуда новости уже распространились дальше по региону, как знала Хелен. Платья его сестрам по присланным меркам пошиты, но пока ждут своего часа, красуясь в витрине столичного ателье, притягивая взгляды прохожих под светом прожектора. Для провинциальных девушек готовые платья из ателье Бальмануг могут стать отличным и недорогим решением в их, возможно, тоже финансово затруднительной ситуации.
Вынырнув из своих мыслей от какого-то словно толчка, Хелен с недоумением оглянулась. Она уже забрела в дальнюю часть парка, неподалеку должен быть высокий глухой забор к участку соседа. Новенький охранник так и продолжал следовать за ней где-то в отдалении, сверля недовольным взглядом. Девушка отвернулась, решая, пора ли возвращаться в дом или можно еще пройтись, не боясь опоздать на завтрак с герцогской семьей. Во время негаданных "каникул" завтраки стали опять общими, и даже сам Тобиас Кагматт частенько спускался к столу.
Опять поежившись от охватившего ее озноба, девушка остановилась, чтобы всё-таки вернуться. И вот теперь точно ее что-то толкнуло , следом качнуло еще раз от сильного порыва ветра, непонятно откуда такого резкого, а затем... что-то оглушительно грохнуло. Но теперь точно не Хелен была виновата в шуме.
Впереди неожиданно помутнел воздух, затем вновь окатило ветром, пронзительно студеным, а после... на дорожке перед ней метров в пяти или чуть более словно из неоткуда вышла огромная фигура.
– Ох ты ж боже мой! – охнула от неожиданности девушка на родном языке, замирая на месте.
Огромный человек был практически обнажен, если не считать небольшого светлого полотнища, что прикрывал мужское "стратегическое" место, и очень мускулист. И он точно был мужчиной, если судить по фигуре. И даже более
