В совместной творческой работе польских постановщиков и челябинского театрального коллектива заложен глубокий интернациональный смысл, особенно в юбилейном году Великого Октября. Он показывает плодотворность братского содружества на ниве социалистического искусства. Эта работа принципиально взаимосвязана по теме, системе идей, принципу обобщения — типизации и типологизации (символике, использованию остранения, брехтовского «очуждения») и по жанровым особенностям.
Челябинский театр показал своим зрителям и другое сатирическое произведение, принадлежащее перу поэта революции Владимира Маяковского, «Баня». Как в той, так и в другой пьесе отражена тема революции, рабочего класса, интернационализма. Новую постановку «Бани» следует считать также творческой удачей юбилейного года.
Зрелище это театрально яркое и темпераментное, с хореографией и цветомузыкой, акробатикой и эквилибристикой, пантомимой и эксцентрикой. Дело в том, что создатели спектакля — главный режиссер театра заслуженный деятель искусств ТАССР Н. Орлов, художник Т. Сельвинская, композитор Е. Гудков, хореограф В. Панферов, ассистент по речи заслуженный артист РСФСР П. Кулешов, ассистент режиссера В. Корнилов — материализуют, воплощают на сцене мысли В. Маяковского о том, что «Баня» — вещь публицистическая, а сделать агитацию, пропаганду, тенденцию живой, — в этом смысл назначения театра как общественной трибуны.
В каком же жанре решается спектакль «Баня» В. Маяковского его создателями?
В самом необычном — это и сатирическая драма, и сатирическая лирика, одновременно включающая элементы революционной романтики и фантастики. Это определяет и совмещение самых неожиданных идейно-художественных пластов театра: сатирического (шумного, площадного, почти балаганного) с лирическим (образ Поли, Фосфорической женщины), поэтическим началом (одухотворенность, бескорыстие Чудакова и его друзей, образ будущего, гуманизированная техника).
Очередная работа театра находится в русле давно начавшегося содержательного поиска нового жанрового синтеза средств театральной выразительности, красочности, зрелищности, импровизационной театральной игровой стихии, эмоциональной приподнятости спектаклей.
Принципиальное художественно-выразительное значение для развития сатиры в спектакле имеет образ машины времени. Сцена заполнена освоенными человеком атрибутами НТР, одухотворенными человеком социалистического общества «думающими» устройствами, механизмами, автоматикой.
Все это очень пластично, подвижно, динамично соединено с человеком.
Главная конструктивная деталь, состоящая из металлических блоков, — «шестеренка», выполняющая самые разнообразные функции, преобразующая сцену в кабинет, фойе, зал ожидания, машину времени. Здесь художник объединяется с хореографом и режиссером.
Обычная сценическая площадка не устраивает постановщиков (об этом говорил в свое время и В. Маяковский, анализируя решение Вс. Мейерхольда). Практически границы сцены уничтожены: освоена ложа, массовой сценой выступает зал, персонажи то появляются из зала, то сливаются с ним. Не всегда это делается органично и потому воспринимается зрителем неоднозначно.
Театр посвятил свою работу великому юбилею. Главной мыслью спектакля стала идея В. Маяковского — в эпоху пятилетнего строительства
«даешь не только критикующую вещь, но и бодрый, восторженный отчет, как строит социализм рабочий класс».
Комизм, сатира в произведениях В. Маяковского, соизмеренные с истинными потребностями общества, всегда созидательно гуманистичны.
В спектакле позитивный план многозначен: это и идеал — грядущее, с которым активно общается настоящее (лучшее вбирается машиной времени, а худшее во главе с Победоносиковым «выплевывается»), это и главный «положительный герой» сатиры — смех, реализуемый в системе образов бюрократов. И основной аспект в расстановке сил в спектакле — это групповой портрет новых характеров-типов, людей творческого труда, «рабочих и вузовцев» Чудакова (актер Б. Петров), Велосипедкина (актеры В. Чечеткин, Ю. Шемелин), товарища Фоскина (актер В. Корнилов), Двойкина (актер В. Денисов), Тройкина (студент актерского отделения С. Холодов), отчасти «растратчика» Ночкина (актер Н. Ларионов) и товарища Ундертон (актрисы М. Аничкова и Н. Кожевникова), а также Поли (актрисы Т. Малухина и В. Романова). Для всех этих людей будущее — 2030 год — становится тем личным отношением, нормой, идеалом, с позиции которых рассматриваются все действия, дается оценка стремлениям, потребностям, поступкам.
Ведущим представителем человека новых возрожденческих масштабов является рабочий изобретатель. В Чудакове актер Б. Петров с присущим ему профессионализмом, точностью акцентов создает полнокровный, одухотворенный, обаятельный образ человека-творца, бескорыстно служащего времени, людям.
Несомненной удачей следует считать работу актрисы Т. Малухиной в роли Поли. В шумную и многокрасочную палитру спектакля актриса вносит щемящую чистую ноту лиризма, человеческой неудовлетворенности, тоски. (Сколько красок, оттенков находит актриса для выразительности слова «смешно».)
Лирическая мелодия, сопровождающая ее второе появление на сцене, очень тонко оттеняет обобщенную, «космическую», с характерным звучанием современных инструментов, музыку композитора Е. Гудкова.
Будущее у В. Маяковского и в спектакле театра персонифицируется в образе делегатки 2030 — Фосфорической женщины (актрисы Г. Стегачева, Л. Суворкина).
Фосфорическая женщина в решении актрисы Л. Суворкинои — опоэтизированный и в то же время приближенный к нам лирический образ юного, чистого и обаятельного существа. Женщина из мира «готового» коммунизма, носительница совершенно иных общественных отношений. Все жизненные критерии этого существа далеки от узкого прагматизма, мещанства. Ей присущи не только физическая свобода, невесомость (эта мысль содержится в пластическом решении образа), но и полная внутренняя свобода, полет, высшая одухотворенность.
Именно Фосфорическая женщина помогает нам увидеть героическое, возвышенное начало, присущее миру Чудаковых, рабочим-вузовцам, нашим современникам.
Но «Баня» чистит и моет, бьет по бюрократизму, протекционизму, мещанству. В ответ на вопрос: «Почему вы вашу пьесу называете драмой?» — В. Маяковский ответил: «Разве мало бюрократов и разве это не драма нашего Союза?»
«Баня» — произведение сатирическое. А сатира — крайняя и высшая форма критики. Сатира и юмор, ирония и сарказм, насмешка и шутка — палитра комедиографа. Выбор красок определяется сущностью критикуемого явления.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
