панике прикрывать разрез груди и остальные обнажённые места руками и одеялом. — Так ты видел?!
— Ась? А кто сказал, что тебя переодевал я? — Улыбнулся блондин.
— Ч-чего?! — Карин покраснела ещё больше, и голова начала закипать. — И кто же тогда?!
— Суйгецу, конечно… Он заодно и помыл тебя слегка… — Пожав плечами ответил блондин.
— Чёрт… Это водяное чудовище всё видело! Ну и позорище! — Она прикрыла лицо руками, едва не взвыв.
— Ладно, это была шутка… Конечно же, всё сделали Кабуто и я, ещё ночью. Я его специально выдернул из деревни, чтоб он тебя осмотрел. Надеюсь, против Кабуто, ты ничего не имеешь?
— Конечно я против… Этот четырёхглазый, он… Хех… — Выдохнула она. — Ну, если он только из врачебных целей, то, наверное, всё в порядке.
— Ты, кстати, прямо сейчас, как себя чувствуешь? Легче?
— А? — Спросила она, округлив глаза. — И правда, сейчас ещё легче. Даже на эмоции я почти не чувствую отклика.
— Это хорошо, значит всё работает. Ещё пару часиков отдыха и ты будешь в полном порядке. — Улыбнулся блондин, допив свой чай и поднявшись, начал убирать посуду.
— Эй, так ты проверял реакцию на эмоции этими шуточками? — Раздражённо спросила она.
— Ну… Можно и так сказать.
— Тц… Наруто, я тебя не понимаю. Вроде ты и заботишься, но иногда, ты ведёшь себя почти как Орочимару и тебя вообще не интересует ничего, кроме этих опытов или твоих техник, или ещё какой-нибудь херни… Нельзя же так с людьми, особенно с девушками. Тебе самому, совсем не хочется иногда расслабиться? Сколько уже времени прошло с того дня как ты явился ко мне в убежище? Неужели я тебе совсем не нравлюсь? Было бы иначе, то, ты бы сам сейчас не знал в какой тёмный угол меня затащить и использовал бы малейший повод…
— Хех… — Выдохнул он. — Прости, Карин, но сейчас реально слишком напряжённая обстановка и я просто не могу позволять себе лишнего, особенно учитывая, что я твой командир. Это… Скажем так… Подобное может негативно отразиться на нашей команде. Да и это совсем не мой стиль…
— Даже если я не против? Тебе почти шестнадцать или почти шестьдесят один?
— Особенно, если ты не против. Я пока не уверен, что последствия этого меня устраивают.
— А если не думать о последствиях? Какой смысл пренебрегать маленькими радостями жизни, если неизвестно сколько осталось?
— Сперва и я так думал, но, после её смерти я понял, что думать о последствиях стоит всегда. — Резко погрустнев ответил он.
— Ясно… — Прикрыв глаза, она вновь легла на кровать. — Значит ты боишься, что я стану для тебя ещё ближе? И чтобы терять было не так больно, ты держишь меня на расстоянии? Похоже, что не стоило и пытаться тогда… Эй, Наруто… — Окликнула она его, когда он почти покинул комнату. — А у меня вообще были какие-то шансы? — Блондин резко остановился.
— Хех… Давай поговорим об этом потом. Сейчас голова занята совсем не этим. Я отправлюсь в деревню Звука и перенесу оттуда Хаку, затем надо будет ещё ненадолго там задержаться, скорее всего, снова появлюсь тут к вечеру. Отдыхай пока…
— Ладно… — Произнесла она на выдохе и за ним закрылась дверь.
Пролежав так ещё час, она почувствовала, как где-то недалеко в городе появилась чакра Хаку и Наруто, но последняя быстро исчезла. Попытка поспать в это время не принесла результатов, и она решила сходить в душ, а затем перебрать свои вещи. Вытирая волосы, она тщательно осмотрела своё тело в ростовом зеркале, что висело в гостиничной ванной. Несколько раз повернувшись она убедилась в том, что везде тщательно выбрито. Грудь была совсем небольшой, да и с её режимом питания и тренировок шансов сильно вырасти у неё не было. Талия была довольно худой, но радовало то, что и сильно выделяющихся мышц пресса, которые могли бы отпугнуть парней не было, хотя, тренировки всё же дали свои плоды и мышцы были заметны, но это больше касалось бёдер, таза, икр и ягодиц. Её лицо резко погрустнело, когда она подошла ближе, чтобы рассмотреть в деталях шрамы на плечах, чуть ближе к груди и на руках, а особенно предплечьях. Их было достаточно много для того, чтобы она уже и не помнила, когда и от кого получила очередной укус. Однако касаясь следов от зубов она всякий раз вздрагивала, вспоминая боль и чувство как из неё выходит жизнь.
«Не удивительно, что увидев эти следы, он не захотел меня… Кто вообще захочет смотреть на подобное и касаясь, чувствовать насколько глубоко чужие зубы впивались в плоть его партнёрши. Вместо гладкой кожи он бы получал ощущение прикосновения к пористому сыру.» — Пронеслось у неё в голове и по щеке прокатилась слеза, которую она поспешила вытереть и несколько раз вдохнув и выдохнув успокоилась. В этом ей помогло прикосновение к шраму чуть ниже локтевого сгиба. Поглаживая пальцем его укус, она подумала, что ещё он мог бы прикусить зубами, сжав себе левый сосок и слегка прикусив губу, но услышав шаги за дверью, вспомнила, что в этой гостинице ванны общественные на этаж и поспешила одеть нижнее бельё и другие вещи, вернувшись в номер. Сейчас она была в одной футболке и шортах. Рубашка и накидка немного порвались во время запечатывания чакры девятихвостого. Приведя себя в порядок причесав волосы и использовав минимум косметики, она нашла швейный набор и вышла из комнаты в общий зал, решив, отвлечься от всех своих мыслей делом.
Она аккуратно отрезала от плащей команды капюшоны и пришивала к ним специальные заклёпки, чтобы капюшоны можно было отстегнуть по необходимости. Периодически, от дрожи в руках, она случайно укалывала себя иголкой, что вызывало поток ругательств в окружающее пространство. Хаку, явившийся с пакетом разной еды приступил к распределению и лёгкой уборке на кухне, застав её в общем зале именно за этим занятием. Номер, который они сняли, вмещал четыре спальни, кухню и весьма просторный общий зал с чайным столиком в середине, за которым Карин и занималась шитьём. Хаку, не торопясь, закончил дела на кухне, не издав ни единой жалобы даже с одной рукой. Второй раз проходя мимо Карин, он застал момент, когда она гневно отбросила свою рубашку к которой пришивала несколько пуговиц. Саму рубашку он
