делу и окрылила своего мужчину, потерявшего надежду ничтожного человека. Как она на него не похожа!
Швырнула скалку, вскочила… На протяжении тысячелетий – какой приятный эпизод!
Царевна Заоблачных Плющей
I
Ань Дае происходил из Лулуна. Заговорил сейчас же, как только родился. Мать напоила его собачьей кровью – тогда только он перестал.
Затем он вырос: стал тонким, изящным юношей. Второго такого не было, и он, как говорится, «только и смотрел, что на свою тень»[364].
Ко всему этому, он был малый смышленый: умел читать и знать самое важное[365]; за него прочили своих дочерей самые видные старинные семьи.
Однажды его мать видела во сне, как кто-то ей сказал: «Твоему сыну судьба почтить царевну»[366]. Она поверила в это знамение, но вот сыну исполнилось уже пятнадцать и даже шестнадцать лет[367], а пророчество не было осуществлено, и она уже раскаивалась в том, что поверила сну.
Однажды Ань сидел у себя один. Вдруг слышит запах каких-то необыкновенных духов. В тот же миг к нему вбегает красивая служанка и говорит:
– Царевна прибыла!
И сейчас же разостлала по полу длинный ковер, а в дом уже входила девушка, опираясь на плечо своей служанки. Красота ее наряда, сияние прекрасного лица озарили светом всю комнату.
Тотчас же, как только она вошла, служанка бросилась к дивану и положила на него вышитые подушки, взяла девушку опять под руку и помогла ей сесть. Ань пришел в крайнее замешательство – не знал, что ему теперь делать. Почтительно склонился перед девушкой и сказал:
– О фея, небожительница, откуда дают себе труд спуститься ко мне ваши драгоценные ножки?
Девушка улыбалась, прикрывая рот рукавом своего халата.
– Это царевна Заоблачных Плющей, – сказала прислуга, – из Дворца Августейшей Царицы. Августейшая Царица дарит вас, сударь, своим вниманием: она хочет, чтобы царевна спустилась с высот и вышла за вас замуж. Для этого она посылает ее сюда лично явиться и осмотреть ваш дом.
Ань был вне себя от счастья, положительно не знал, как составить свою речь. Девушка тоже опустила голову. Оба молчали.
Ань всегда любил играть в шахматы[368], и шахматная доска постоянно была у него под рукой. Одна из служанок царевны схватила красный платок и вытерла с доски пыль, потом перенесла ее на диванный столик[369].
– Царевна целыми днями предается этому удовольствию, – сказала она, – интересно, кто из вас выиграет, она или же наш, так сказать, «розовый князек»[370].
Ань подсел к столику. За ним с улыбкой подсела и царевна. Не сделали и тридцати ходов, как служанка смешала шашки.
– Царский зять проиграл, – сказала она и убрала шашки в коробку. – Царский зять, очевидно, среди жителей этого мира считается великим мастером, так что царевна может согласиться лишь на шесть шашек.
Илл. 36. Царевна Заоблачных Плющей
И поставила Аню шесть черных шашек. Царевна сделала то же у себя.
Сидя за столом, она приказывала служанке лечь у кресла и подставить ей под ноги свою спину. Когда же ее левая нога касалась пола, то наступала очередь другой служанки лечь к ней справа, а в это время две девочки становились по обе руки царевны и служили ей. Когда Ань погружался в раздумье, она сгибала руку и облокачивалась на плечо служанки. Игра еще не закончилась, как маленькая служаночка сказала с улыбкой.
– А царский-то зять проиграл-таки одну шашку!..
Другая служанка подошла к царевне и доложила:
– Царевна устала, надо бы пока что удалиться домой.
Царевна склонилась к ней и шепнула что-то на ухо. Служанка вышла и сейчас же вернулась, положив на диван тысячу серебром[371].
– Мне царевна говорит, – заявила она Аню, – что ваш дом очень уж жалкий и убогий. Потрудитесь на эти деньги несколько принарядить его, пристроить и украсить. Когда все будет готово, настанет час свидания.
– Помните, – сказала другая служанка, – что в этом месяце можно попасть под небесную кару[372], строить и возродить чего-либо не следует, а в следующем месяце будет удача.
Царевна поднялась с места, студент загородил ей путь, остановил и запер дверь. Тогда служанка достала какую-то вещь, с виду напоминавшую складной мешок, доложила на пол и стала надувать. Вдруг оттуда вырвались тучи: миг – и все померкло, не стало видно ничего. Ань бросился искать, но царевна исчезла.
Узнав об этом происшествии, мать Аня решила, что это обольстительное, но злое наваждение. У студента же вся душа неслась куда-то вверх. Он и во сне и наяву все только и думал, что о царевне; не мог отстать от мечты о ней. Ему было не до того, чтобы считаться с указанным запретом, и он быстро покончил с постройкой. День свидания был все ближе и ближе. Дома и пристройки[373] стояли новехонькие.
II
Незадолго перед этим по соседству с Анем поселился приехавший на экзамены из Луаньчжоу студент, некий Юань Даюн. Приехал и по-соседски занес студенту свой именной листок. Ань обычно был не очень общителен и велел сказать, что его нет дома. Потом, укараулив момент, когда Юань куда-то ушел, он сделал ему ответный визит.
Прошло так с месяц. Как-то случилось, что оба встретились на улице. Перед Анем был юноша лет двадцати с небольшим.
Он был одет в дворцовый атлас, из которого был сделан летний халат. Пояс был шелковый и туфли черного вороньего цвета. Вид он имел человека весьма культурного и тонкого.
Ань завел с ним серьезную беседу. Новый знакомец оказался очень симпатичным и искренним. Ань сделал приветствие рукой и ввел его к себе.
Дома он усадил его за шахматы; выигрывал то тот, то другой. Ань велел дать вина и задержал гостя, собиравшегося уходить. Беседовали, смеялись, обоим было очень весело.
На следующий день Юань пригласил Аня к себе. Угостил его самыми дорогими и разнообразными яствами, ухаживая за ним с особой любовью и предупредительностью. Прислуживал студентам отрок лет двенадцати-тринадцати, который звонко пел, ударяя в такт кастаньетами, прыгал, жонглировал, выделывал разные фокусы ловкости.
Ань сильно захмелел, так что не мог идти. Юань велел мальчику отнести его на себе домой. Ань выразил опасение, что такому нежному и хрупкому созданию не совладать с ношей, но Юань настаивал. И что же – у отрока оказалась огромная сила. Он взвалил Аня к себе на плечо и дотащил до дому.
Студент дался диву и на следующий день подарил отроку в
