сложится, тогда вы станете своего рода кандидатом в талисманы, приносящие удачу.
— Недурственным талисманом ты хочешь обзавестись, Виктор, — зампред начинает веселиться.
Ага. Вот и экс-президент заговорил со мной на «ты». Мой статус и вес растут прямо неимоверно. Только Басиме, глупой бабке, на него плевать.
Хотя ещё посмотреть, кто кому нужнее. Короля играет свита. И если та свита состоит из рыцарей — искусных воинов, могущественных герцогов и сказочно богатых банкиров и промышленников, то и король велик и славен.
Почему бы мне и не выбрать зампреда СБ себе в короли? С собой можно быть честным — вариант не идеальный. Только идеальных в нынешнем правительстве вообще не вижу. В упор не зрю. Вполне вероятно, из вторых рядов кто-то есть очень толковый. Из тяжёлых фигур — никого.
Уже видно, что меня ценят. Как средство поднять свой политический вес, популярность и репутацию. Циничная позиция? И что? Она меня не отталкивает, наоборот, привлекает. Во-первых, кто доказал, что цинизм это недостаток, которому трудно противостоять? Мне представляется, что это всего лишь стиль. Главное — изощрённость ума, неординарный интеллект и так далее. Во-вторых, свою незаурядность Медведев доказал одним лишь тем, что безошибочно выбрал меня в качестве паровоза для своей популярности. В президенты он вряд ли вернётся, (сам не хочу, гы-гы-гы!) но стать заметной фигурой на политическом небосклоне России сможет.
Мне, хочешь — не хочешь, самому придётся становиться политической фигурой. Предвижу впереди какие-то коллизии щекотливого свойства с моим политическим сюзереном. Но будем решать проблемы по мере их поступления.
— На тебя, Виктор, Роскосмос жалуется, — зампред делится последними слухами и новостями.
— Что им не так?
— Говорят, всё под себя гребёшь, обходишь их с заказами…
— Подлая клевета, ДмитрьАнатолич. Они от меня больше денег получили, чем Казахстан в целом. Раза в полтора. Три «Ангары», каждая за семь с половиной миллиардов, двадцать шесть малых спутников тоже они изготовили. Два тяжёлых построили по нашим чертежам, маневровые движки мы у них скоро оптом начнём брать, кучу оборудования у них заказываем. Услуги связи… общий объём ушедших к ним денег давно границу в тридцать миллиардов пересёк. У нас нет пока ни одного контрагента, который бы от нас больше получил.
— Кроме «Ависмо»? — зампред хитро улыбается.
— Контракт с «Ависмо» масштабный, что тут скрывать. Но он длинный, не меньше, чем на два года, так что до момента последних выплат по нему ещё ой, как далеко. Пока он на втором месте по объёмам.
Ногастая, хорошенькая секретарша приносит поднос с кофе. Втягиваю запах, потрясающее впечатление. Чувствуется кремлёвский стиль.
— Дайте мне как-нибудь раскладку по вашим поставщикам, — просит зампред после первого глотка. — Самым крупным.
— Не вопрос. Вернусь — озадачу бухгалтерию и вышлю. Хотя в чём-то вы правы. Роскосмос действительно на втором месте, я собственного производства не учитываю. На первом месте — мы сами, конечно.
Уделяем время кофе. Оно того заслуживает.
— Вы, Дмитрий Анатолий, опытный политик, — собеседника легче всего размягчить лестью, причём мимоходом лучше всего, — хочу посоветоваться.
Почему бы и нет! Вопросы безопасности моей семьи обсудили самым первым делом, меры приняты. Ближайшее время можно не беспокоиться. Теперь можно и о будущем задуматься.
— У меня родилась такая завиральная идея. А что если, к примеру, на основе Байконура, — да любая территория подойдёт, — объявить о создании нового государства?
У зампреда от неожиданности глаза лезут на лоб. Откашливается.
— Виктор, а зачем?
— Вы подумайте о множестве выгод для России! — с места в карьер полыхаю энтузиазмом. — К примеру, не понравилось нам поведение Лондона. Какие проблемы? Выдвигаем им ультиматум любого содержания. Не выполнили? Наносим ракетный удар с орбиты по какому-нибудь важному объекту. Или сносим пару десятков спутников.
— Погоди, погоди… — Дмитрий Анатольевич мотает головой, как бычок, получивший сильный удар в темя. — Куда это тебя унесло? А если они ответный удар нанесут по Байконуру?
— Тогда объявим базовой территорией нового государства орбитальную станцию, — с дебильной жизнерадостностью выдвигаю новый довод. — А она, вы уж поверьте, задумана с изрядной прочностью. Просто так её не возьмёшь. Превратить её в мощную боевую платформу ничего не стоит.
— Вот именно, Виктор, — зампред строжает. — Не стоит этого делать.
Хмыкаю.
— Дмитрий Анатольевич, а вы уверены, что американцы не озаботятся этим первым делом, когда научатся строить на орбите мощные объекты? Они же немедленно превратят их в военные космические базы.
Озадачивается.
— Вы подумайте. Не стоит ли хотя бы на этот раз опередить американцев в делах обороны?
— В космос мы первыми вышли, — напоминает зампред.
— До этого американцы базами ВВС со всех сторон СССР обложили. Так что это был наш ответ Чемберлену.
— Построй сначала эту орбитальную станцию, — зампред окончательно приходит в себя, — а там посмотрим.
— Кстати, следующий запуск, тоже контрольный, будет недели через полторы. Пожалуй, на него вы уже можете приехать. Вероятность полного успеха оцениваю процентов в семьдесят. Это если ракета успешно приземлиться по возвращении.
— Договорились.
1 августа, воскресенье, время 14:15.
МГУ, ВШУИ, кабинет главы Ассоциации.
Не хочу изгонять Люду из обжитого кабинета даже на время. Но сегодня воскресенье, у неё выходной, только Вере приходится им пожертвовать. По приходу сюда испытал лёгкий укол ностальгии о прошлых славных временах.
Двух молоденьких, что вообще-то хорошо, невесты нам нужны, но всё-таки завернул. Слишком легкомысленные, при этом чрезмерно амбициозные. Завернула ещё кадровая служба, они у меня не зря хлеб едят, но эти профурсетки выцыганили встречу со мной. Стало любопытно, опять-таки не грех проверить работу кадровиков, вот и согласился.
— Все вы так говорите, — фыркает одна и передразнивает с непередаваемой едкостью. — «Мы вам позвони-им»! Ни у кого храбрости не хватает прямо сказать!
Улыбаюсь максимально обаятельно.
— Девушки, это делается исключительно из деликатности. Но если вам хочется прямого ответа, то извольте: вы нам не подходите. У вас есть только одно качество — вы молоды и красивы…
Один из способов смягчить жестокий отказ: сопроводить убойными комплиментами.
— … но, к сожалению, вы не владеете ни одной нужной нам профессией. Журналистки, блогерши и офис-менеджеры нам не требуются. Зато есть куча амбиций, которые мы удовлетворить не сможем, — ага, оклад в восемьдесят тысяч они согласны получать только поначалу. Карьерный рост им подавай. На пустом месте.
Пофыркали и ушли. Затем поговорил с крановщиком
