Вэйлок в изумлении покачал головой.
— Кто из них Герцог?
Бэзил показал. Герцог не был высоким, но зато очень широким и мощным. Могучие руки его были перевиты канатами мышц.
— Интересно, — сказал Бэзил, — что даже в таком состоянии он поддерживает высокий физический тонус! Ведь можно было бы ожидать полной атрофии мышц, а все остальные, хотя и лежат без движения, выглядят как хорошо тренированные атлеты.
— Это возможный предмет исследования, — заметил Вэйлок. — Может, мозг сумасшедшего производит гормоны — строители мышц.
Бэзил поджал губы.
— Вполне возможно. — Он нахмурился и кивнул. — Я подумаю об этом позже. Интересная мысль… Но скорее всего, мышечный тонус сохраняется из-за того, что мышцы в постоянном напряжении. Посмотри на лица больных.
Вэйлок взглянул и увидел, что Бэзил прав. Маски нечеловеческого отчаяния были на каждом лице. Зубы стиснуты, носы обтянуты кожей. Лицо Максимилиана было выразительнее всех.
— И ты думаешь, что ты сможешь вылечить его?
— Да, да. Сначала переправим его в мой кабинет.
Вэйлоку казалось, что мощное тело Герцога, зажатое в тиски неведомых сил, похоже на паровой котел, в котором нагнетается высокое давление. Он спросил:
— А это не опасно?
Бэзил рассмеялся.
— Естественно, мы примем меры предосторожности. Например, гранулы миорала. Герцог будет слабым, как ребенок.
Бэзил подошел к Герцогу, прижал сопло распылителя к шее. Послышалось шипение и препарат вошел в кровь. Бэзил отошел от постели, махнул рукой.
Тут же два служителя принесли носилки и положили на них Герцога. Бэзил подписал какую-то бумажку, поданную ему служителем, и все формальности были закончены.
Носилки покатили к туннелю и затем в лифт.
— Теперь мы можем идти, — сказал Бэзил. — Герцога доставят в мою личную лабораторию.
Бэзил и Вэйлок прошли через приемную, где сидел Каддиган, занятый своими картами и записями. Он поднял голову и, не произнеся ни слова, вернулся к своей работе.
Бэзил и Вэйлок вошли в кабинет Бэзила. Там Бэзил набрал кодовый шифр, стена скользнула в сторону и они оказались в лаборатории Бэзила.
Она была небольшая, но прекрасно оборудованная. У одной стены стоял диван, у другой — компьютер с различной аппаратурой измерений, записи, и бог знает для чего еще. Тут же стоял шкаф с книгами и лекарствами.
Бэзил пересек комнату, сдвинул стенную панель. За ней находилось неподвижное тело Максимилиана Герцога. Бэзил потер руки.
— Ну вот и он, наш инструмент, с помощью которого мы сможем продвинуться. И я надеюсь, что мы заодно и вылечим его.
Они освободили Герцога от пут.
— А сейчас, — сказал Бэзил, — начнем процедуру. В некотором смысле она, — он сделал паузу, — нападение на источник болезни.
Он выпрямил большое тело Герцога, поправил его руки и ноги. Находясь под действием лекарств, Герцог выглядел спокойным и умиротворенным. Бэзил подошел к ЭВМ, щелкнул тумблерами и положил металлический цилиндр на грудь больного. На экране дисплея побежали цифры и замелькали вспышки света.
— Пульс слишком замедленный, — сказал Бэзил. — Подождем. Миорал быстро рассасывается.
— А потом что? — спросил Вэйлок. — Он будет в коллапсе или в безумии?
— Кто знает? Садись, Гэвин. Я постараюсь тебе кое-что объяснить.
Вэйлок устроился в кресле, Бэзил прислонился к постели. Счетчик пульса установили на груди Герцога. На экране уже высветилась цифра 41.
— Мозг наших пациентов, — заговорил Бэзил, — можно сравнить с заклинившим мотором.
Вэйлок кивнул. Частота пульса уже поднялась до 46.
— Естественно, что существует бесчисленное множество теорий и методов лечения. Одни из них дают результаты в отдельных случаях, а в других случаях они бесполезны. Однако, все они основаны на том, что необходимо приглушить, обесчувствить неверно функционирующую часть мозга, но никак не излечить его. Есть методы, основанные на применении шоков химического, электрического, механического, спиритуального. Иногда эти методы дают поразительные результаты, но чаще всего сам шок становится губительным для мозга.
Есть хирургические методы замены поврежденных частей мозга, всего мозга. И, наконец, система Готвальда Левишевски, аналогичная тому, как выращивают суррогаты амарантов. Но этот процесс вряд ли можно назвать лечением. Скорее, это получение нового человека. Я изучил все эти методы и убедился: ни в одном из них нет нападения на сам источник болезни. Чтобы излечить нашего больного, нужно убрать препятствие, мешающее вращаться мотору, который заклинило. Самое простое, но вряд ли приемлемое — изменить существующую систему жизни. Или же изменить мозг пациента так, что это препятствие не будет для него непреодолимым.
Вэйлок кивнул:
— Понятно.
Бэзил горько улыбнулся.
— Совсем понятно, да? Но как это сделать? Гипноз слишком слаб, хирургия слишком рискованна, да и неизвестно, что нужно вырезать. Остается электролечение и лечение препаратами. Остается выбрать наиболее эффективное лечение.
Глаза Вэйлока не отрывались от экрана. Пульс уже 54.
— Я нашел ключ к решению проблемы в работах Хельмута и Герарда, — продолжал Бэзил. — Я имею их работы в области хирургии синапсов — короче, я понял, что происходит, когда импульс проходит от нерва к нерву. Результат Хельмута-Герарда действительно интересен. Оказывается, при передаче импульсов имеет место двадцать одна химическая реакция. И если хоть одна из них запаздывает, или не произойдет, импульс возбужения не перескочит от нерва на нерв.
— Мне кажется, я понимаю к чему ты клонишь, — сказал Вэйлок.
— Значит, мы теперь имеем способ контролировать мыслительные процессы. Нам нужно выключить из мозга нашего пациента память о препятствии, о неразрешимой проблеме. И очевидный путь для того, чтобы сделать это, атаковать синапсы на пути прохождения определенного импульса возбуждения. Для этого я выбрал вещество, полученное Хельмутом и Герардом. Бэзил подошел к шкафу, достал мензурку с оранжевой жидкостью. — Вот он, антигептант. Растворимый в воде, нетоксичный, высокоэффективный. Будучи введенный в мозг, он действует как кнопка стирания, воздействующая на активные в данный момент цепи, но не трогает бездействующие.
— Бэзил! — искренне воскликнул Вэйлок. — Это же гениально!
— Осталась еще одна серьезная проблема, — сказал, улыбаясь, довольный Бэзил. — Мне совсем не хочется стирать куски памяти у наших пациентов, но как это сделать, я не заню, да меня это не очень интересует сейчас.
— Ты уже пробовал антигептант?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
