по данным официальных органов, факты собирались с выездом корреспондентов на место. Они могли быть неполными или произвольно истолкованными (особенно когда речь шла о кампаниях), но «ядро» журналистов экономической направленности старалось делать свою работу тщательно, а редации центральных СМИ их проверяли. Из-за серьезной ошибки в опубликованном номере, особенно если дело касалось материалов, критических по отношению к местным властям и экономическим руководителям, работы могли лишиться не только авторы текста, но и редакторы.
Один из таких людей, Александр Волков, заведовавший во второй половине 1960-х годов сельскохозяйственным отделом газеты ЦК КПСС «Советская России», так вспоминает об этом:
Постепенно публицисты-технологи, как я условно называю себя и других журналистов того времени (сам я после университета еще учился заочно в сельхозтехникуме, стремясь по-настоящему освоить агрономию), становились публицистами-экономистами. Не случайно в ту пору многие защитили диссертации по экономике, и как раз на защите Отто Лациса в Институте народного хозяйства имени Плеханова [в 1980-м году] известный экономист Александр Михайлович Бирман[949] говорил, что многие публицистические статьи в журналах и даже в газетах по глубине анализа отвечают самым строгим требованиям, предъявляемым к научным трудам[950]. Он назвал тогда в качестве примера очерки Юрия Черниченко в «Новом мире» и Светланы Ярмолюк в «Известиях»[951].
Впрочем, в публицистике Лациса (так сказать, алаверды) изложению идей Бирмана, равно как и ему самому, а также его единомышленникам и соратникам из прогрессистских экономических кругов (например, Белкину и Ивантеру), отводится значительная роль.
В 60–70-е годы он многому научил молодых экономистов и журналистов, склонных приходить в восторг от любой новации — учил разбираться по существу, исследовать не лозунги, а реальные процессы. Помню, встревоженным вернулся он весной 1968 г. из поездки по Чехословакии. Говорил, что реформа там сворачивает на неверный путь, предприятия ориентированы не на повышение эффективности, а на растаскивание общенародных ресурсов. Учил глубже понимать и задачи нашей реформы, не сводя их к смене «показателей»[952].
Для журналистов «Экономической газеты» середины 1960-х (Василия Селюнина, Отто Лациса, Леонида Лопатникова) и входивших в их компанию журналистов «Литературной газеты» (Лоры Лопатниковой и Александра Никитина) авторитетным источником знаний по экономике был также Моисей Кобрин — соратник наркома тяжелой промышленности (и члена Политбюро 1930-х годов) Серго Орджоникидзе, бывший начальник «Главметалла», отсидевший 17 лет в сталинских лагерях[953]. В «Экономической газете» он работал на полставки и, по словам Селюнина,
он нам всем поставил мозги. Как у футболистов ставят удар, он нам поставил мозги. <…> Он [Кобрин] один лучше разработал (здесь в смысле составил альтернативный комплекс предложений по плану реформ. — Н. М.) эту [косыгинскую] реформу, чем все эти комиссии. У него одно с другим все было состыковано… Тогда в «Экономичке» было 48 полос, и мы освещали новую систему — показатели, вал и так далее. Ну, что вы предлагаете? Вот он и сделал эту положительную разработку[954].
В первой половине 1960-х годов часть экономических журналистов и публицистов оформляется в группу, базирующуюся первоначально вокруг трех изданий: «Известий» эпохи Аджубея, «Советской России» и «Экономической газеты». Во второй половине 1960-х эти журналисты работают также в сельскохозяйственном отделе редакции «Правды», в «Комсомольской правде» и журнале «Журналист». Примерно с 1967–1968 годов для них открывают двери также пражский международный журнал «Проблемы мира и социализма» (ПМС), советская газета «Социалистическая индустрия» и журнал «Молодой коммунист»[955]. Эта группа также оказывала сильное влияние на повестку экономических статей в «толстых журналах» прогрессистской направленности («Новый мир» и другие).
Лидерами в ней становятся Константин Зародов, Александр Волков и Геннадий Лисичкин, которые самостоятельно формировали и продвигали в СМИ, в которых работали, прогрессистскую повестку, особенно касающуюся вопросов сельского хозяйства. В нем они действительно хорошо разбирались на основе большого опыта журналистской деятельности в этой сфере (в том числе длительной работы корреспондентами региональных изданий), а Лисичкин (основной теоретик группы) — и на основе практических знаний, полученных в должности председателя колхоза.
Политическим «тараном» и прикрытием для группы являлся бывший заведующий сектором в Отделе пропаганды ЦК КПСС по РСФСР (1956–1961) Константин Зародов, который был главным редактором «Советской России» (1961–1965), первым заместителем главного редактора «Правды» Румянцева (1965–1968), а потом надолго стал шеф-редактором ПМС (1968–1982)[956]. Он обладал безупречной биографией — выходец из деревни, воевал, в том числе в качестве комсорга десантной роты в Заполярье, получил орден Красной Звезды за отражение атак СС зимой 1941–1942 годов и выпуск «одной из лучших газет в ВВС»[957]. После войны окончил АОН при ЦК КПСС. В последующие десятилетия он был аккуратным и внешне консервативным лоббистом самых ярких и прогрессистских экономических текстов, появлявшихся в партийной печати[958].
Журналисты из этой группы нередко занимали посты заведующих отделами, заместителей главных редакторов, корреспондентов центральных СМИ. Например, публицист Геннадий Лисичкин (выпускник МГИМО) был заведующим сельскохозяйственным отделом «Известий». Отто Лацис (экономфак МГУ) поработал в «Экономической газете», в 1964–1971 годах был экономическим обозревателем «Известий», а затем заведующим отделом также в ПМС (1971–1975), потом до 1987 года — заведующим отделом в ИЭМСС. Егор Яковлев (Московский государственный историко-архивный институт) был заместителем главного редактора «Советской России», затем в 1967–1968 годах — главным редактором журнала «Журналист». Василий Селюнин (журфак МГУ, потом Высшие экономические курсы Госплана) работал обозревателем в «Экономической газете» (1964–1969), потом экономическим обозревателем в «Социалистической индустрии» (1969–1985). Юрий Черниченко (филологический факультет Кишиневского университета) начинал в «Алтайской правде», потом работал в «Известиях», был специальным корреспондентом «Советской России» и «Правды», активно публиковался в «Новом мире», а в 1970-е стал ведущим телепрограммы «Сельский час»[959]. Светлана Ярмолюк (журфак МГУ) после «Советской России» работала специальным корреспондентом «Известий», потом редактором-консультантом в ПМС[960]. Анатолий Стреляный (журфак МГУ) был специальным корреспондентом «Комсомольской правды».
Александр Волков относит к группе также сотрудника сельхозотдела «Правды» Виталия Степанова, журналиста «Советской России», затем «Известий» Олега Павлова. «Приезжал посоветоваться» к членам группы по своим экономическим материалам и «журналист № 1» страны Анатолий Аграновский (окончил истфак Московского областного пединститута), работавший в тех же «Известиях», который в 1970-е годы стал ghost writer второй (экономической) части воспоминаний Брежнева «Возрождение». Кроме того, уже в «Правде» Волков и Лисичкин организовали «постоянный совет по экономике», то есть нечто вроде семинара, в который приглашали потенциальных авторов из числа молодых экономистов[961].
Идеология группы, насколько можно реконструировать по мемуарам Лисичкина и Волкова, имела двойственный характер. С одной стороны, она была «рыночной» по стандартам советской общественной мысли, то есть была обращена к достижениям
