Как только Сиси отошла, Дот набросила на себя кремовый пиджак.
— Не хочу, чтобы ее величество видели, как я покупаю секонд хэнд. Сколько это стоит, милая?
— Для тебя, тетушка Дот, бесплатно.
Однако Дот настояла на покупке.
Тетушка Дот вскоре ушла. Она повела двоих своих внучат в кино. А спустя несколько минут Энни могла побиться об заклад, что почувствовала приближающийся дождь.
— Поскорее вытаскивайте этот брезент, — сказала она Дэниелу. Огромная черная туча угрожающе увеличивалась в размерах прямо над головой.
— Ага, так вот ты где! — Вблизи Руби Ливси выглядела еще больше и неприятнее. Ее сопровождала девчушка очень заурядной внешности, на вид лет двенадцати. — Да ты тоже, оказывается, торгуешь одеждой. Эти вещи новые? — Руби потрогала платье в горошек, которое когда-то носила Энни.
— Нет, все они подержанные.
— А выглядят как новые.
— Это только кажется.
— А можно мне эту вязаную кофточку, мам? — Девочка сняла с вешалки белый пушистый свитерок.
— Сколько он стоит? — недовольно проворчала Руби.
— Десять шиллингов, хотя я не уверена, — сказала девочка.
— Десять шиллингов за старую кофту, еще чего не хватало! Ну, — Руби резко дернула головой, обращаясь к дочери. — Пошли отсюда.
Небеса разверзлись, и дождь с силой обрушился на землю. Энни запихнула внутрь палатки вешалки для одежды, и с помощью ребятишек ей удалось все разместить под брезентом. Сами же они спрятались в машине, тесно прижавшись друг к другу и слушая, как дождь стучит по крыше. Сара с Дэниелом стали считать деньги.
— Шестнадцать фунтов семьдесят пять пенсов, мамочка, — с торжествующим видом произнесла Сара. — Мы могли бы жить на это несколько недель.
Энни отрицательно замотала готовой.
— Вообще-то, нет, мое солнышко. Нам нужно заработать куда более солидную сумму.
Дождь продолжался недолго. Небо быстро прояснилось, и к тому времени, как они вышли из машины, показались слабые проблески солнца. Посередине брезента собралось целое озеро. Энни аккуратно подняла за два края так, чтобы дождевая вода стекла, не намочив одежду, однако хрупкая конструкция, которую представляли собой самодельные кронштейны, не выдержала под тяжестью всей этой жидкой массы. Раздался треск, и одна перекладина, разломившись на две части, рухнула на землю, увлекая за собой одежду.
— О нет, только не это! — закричала Энни. Половина вещей упала наружу, прямо на грязный мокрый бетон. Другие держались на честном слове, повиснув на сломанном шесте, конец которого случайно зацепился за рукав пальто.
Сара и Дэниел схватили шест, в то время как Энни стала снимать одежду, чтобы ее не постигла печальная участь вещей, лежащих на земле, — все снова придется стирать и гладить. Она кляла себя за то, что не научилась плотничать. Вот Лаури наверняка смастерил бы пару вешалок, даже не прилагая к этому особых усилий, хотя если бы ее муж был сейчас жив, то не было бы необходимости торговать на рынке. Будь он жив-здоров, она бы с детьми сидела дома, а он ковырялся бы в саду или же в гараже в случае непогоды. Однако Лаури больше не было, и ей предстояло работать за прилавком. Вздохнув, Энни закинула грязную одежду в багажник. Она кое-как умудрилась разместить остальные вещи на вешалке. В следующий раз ей все-таки придется купить надлежащее оборудование.
Похоже, дождь смыл большую часть покупателей. Было без пятнадцати три, и некоторые продавцы уже начали собираться домой.
— Вы тоже скоро будете уходить? — спросила Энни у Ивора.
Он с довольным видом дымил сигарой, кажется, нисколько не беспокоясь о том, что его антикварные изделия намокли.
— Нет, милая. Я всегда остаюсь до самого конца. И частенько делаю хороший бизнес в последнюю минуту. Клиенты, которые приходят поздно, скупают почти все. Никому не нравится покидать рынок с пустыми руками.
— В таком случае я тоже остаюсь.
Вернувшись с покупкой — брезентовым передником, Сиси была шокирована, обнаружив, что половина палаток исчезла. Энни сказала ей, что к следующему разу планирует приобрести настоящую вешалку — Ивор уже объяснил, где можно найти подержанную. Сиси нежно похлопала ее по плечу.
— Все-таки ты смелая девушка. Упрямая, как сказал бы Бруно.
В течение следующего часа никто ничего не купил. Даже Ивор глядел на свои предметы старины, словно раздумывая над тем, а не убрать ли их. Внезапно появилось человек двадцать темнокожих парней, возбужденно болтающих на иностранном языке.
— Это индийские матросы, — прошептала Сиси. — Перед войной их можно было сотнями встретить на Док-роуд. Сомневаюсь, что они заинтересуются женской одеждой.
Однако она ошиблась. Полдюжины человек тотчас нагрянули в палатку и принялись снимать вещи с вешалки. Парни показывали их друг другу, сверкая темными глазами.
Очень скоро они определились с покупками. Спустя каких-то десять минут Энни вручили огромный ворох одежды. Она внимательно сложила общую сумму.
— Восемнадцать фунтов десять шиллингов, — тихонько сказала она. — Но пусть будет ровно восемнадцать.
Один из мужчин аккуратно отсчитал нужное количество денег.
— Восемнадцать фунтов десять шиллингов, — сказал он, широко улыбаясь.
Энни попыталась вернуть ему десять шиллингов, но он наотрез отказался их брать.
— Нет-нет, это красивая одежда для женщин, которые ждут нас дома. Возьмите все.
— Благодарю вас.
— Это вам спасибо, милая леди. А она мне нравится. — Он слегка похлопал по своей голове и подмигнул.
— Кто ему нравится?
— Ему понравились твои волосы, — шепотом произнесла Сиси.
Мужчины ушли так же быстро, как и появились.
— Я же говорил вам, что лучше все-таки остаться, — сказал Ивор. — Один из парней все-таки купил этого чертового бронзового льва. А я уж думал, что мне никогда не избавиться от этой проклятой вещицы.
— Я подарила тебе на свадьбу точно такого же, — заметила Сиси. — Ты тогда сказала, что вам нужен ограничитель для двери между кухней и столовой. Вы когда-нибудь им пользовались?
Энни лихорадочно искала ответ в своем уставшем мозгу. Помощь пришла с неожиданной стороны.
— Мы постоянно о него спотыкались, — сказала Сара.
— Поэтому родители отнесли его на чердак, — добавил Дэниел.
— Вообще-то врать нехорошо, — серьезно сказала Энни, возвращаясь домой, — однако порой, когда речь идет о человеческих чувствах, невинная ложь все-таки не помешает. Спасибо. Вы помогли мне выйти из щекотливой ситуации. Сиси ужасно огорчилась бы, узнав, что я продала ее льва. — Она мельком взглянула в зеркало заднего вида, увидев сияющие мордашки детей. — Вы хорошо повеселились?
