У нее закололо в боку. Ощущение не проходило, коварно впивалось в нее. Боль от маршевого перелома в правой ступне остро отдавала в подбородок.
Но с болью можно было справиться, терпеть ее и даже преодолеть. Требуется лишь усилие воли и дисциплина. Эмори говорили, что у нее есть и то и другое. В избытке. Почти недостаток. Но именно ради этого и требовались все эти изматывающие тренировки. Она могла это сделать. Она должна была это сделать.
Давай, Эмори, прибавь. Одна нога, другая нога. Преодолевай дистанцию ярд за ярдом.
Сколько еще осталось?
Господи, только бы не очень далеко.
Решимость и страх перед неудачей подстегнули ее, и Эмори побежала увереннее.
Затем где-то в глубокой тени деревьев раздался хруст. Потом Эмори почувствовала движение воздуха прямо у себя за спиной. Ее сердце сжалось от предчувствия катастрофы. Среагировать она не успела: из глаз посыпались искры, в голове как будто что-то взорвалось.
Она упала, больно ударившись о землю.
Перед глазами все еще плыли огненные круги, но Эмори сумела встать на четвереньки и стояла так несколько секунд, низко опустив голову, стараясь справиться с головокружением. Наконец она подняла голову, но лишь настолько, чтобы увидеть пару сапог.
Эмори смотрела, как они подходили ближе, становясь все больше, пока не заполнили собой все ее поле зрения. Когда сапоги остановились в нескольких дюймах от нее, она подняла взгляд выше: колени, торс, плечи, подбородок и пара знакомых глаз.
– Элис?
Глава 41
– Ты могла бы избавить меня от хлопот и умереть в первый раз, – сказала Элис. – Острая субдуральная гематома. Я была уверена, что ударила тебя достаточно сильно, чтобы началось медленное, но длительное кровотечение. В этих условиях, – она широко развела руки, – оно было бы смертельным. Но не для тебя. Не для «золотой девочки». Тебе хоть когда-нибудь в твоей волшебной жизни не везло?
Мозг Эмори, еще не оправившийся полностью после сотрясения мозга неделей раньше, остро ощущал последствия аварии, а теперь новый удар по голове. Она попыталась встать, ноги у нее подгибались и не держали ее, поэтому она села.
Эмори пыталась сосредоточиться на том, что говорила Элис, но в ее словах не было смысла. Фигура Элис расплывалась перед глазами Эмори, как будто ее закрывала толща воды. От раскачивающейся картинки к горлу Эмори подступила тошнота.
– Что ты говоришь? Что у тебя в руке?
– Это? – Элис подняла оружие. – В каждом отделении скорой помощи его знают как оружие субботнего вечера. Обычный револьвер тридцать восьмого калибра.
Эмори начала понимать, что происходит.
– Что ты собираешься с ним делать?
– Я собираюсь убить тебя, и на этот раз я прослежу за тем, чтобы ты действительно умерла.
У Эмори заныло в животе, затошнило еще сильнее. Она с трудом сглотнула.
– Почему?
– Уйдет целая вечность, если я стану перечислять причины, Эмори, а здесь холодно. Скажу кратко: Джеф был гнидой, но это была моя гнида. По крайней мере, он был моим, пока я не совершила ошибку и не познакомила его с тобой. Ты была куда более лакомым кусочком. Красивая. Богатая. Для него это ценные качества. Но, знаешь ли, он тебя не любил. Никогда не любил.
– Теперь я это понимаю.
– Но Джеф наслаждался влиянием и статусом, которые ты ему дала. Причем настолько сильно наслаждался, что он бы никогда не бросил тебя, каким бы неудачным ни оказался ваш брак. Он бы всегда держался за тебя.
– Поэтому тебе пришлось избавиться от меня.
– Ты удачно показала мне карту, на которой был отмечен твой маршрут утром в субботу. Ты все описала мне очень подробно.
– Но ты же была с Джефом.
– Он никогда не умел покурить травку без того, чтобы потом не отключиться. Я влила в него два виски, добавила две бутылки красного вина и угостила высококлассным косячком, чтобы он наверняка не проснулся раньше следующего утра.
Я долго ехала, потом припарковалась там, где ты должна была повернуть обратно. Это место ты мне тоже показала на карте. Потом я прошла по тропе, пока не нашла подходящее место, чтобы спрятаться. Я дождалась, пока ты пробежала мимо, и зашла сзади, держа в руке камень, который я нашла на тропе.
Элис кисло улыбнулась.
– Теперь-то я понимаю, что мне следовало остаться немного дольше, чтобы убедиться, что ты умерла или вот-вот умрешь. Я боялась дотронуться до тебя, чтобы не оставить следов. Я не прикасалась к разбитым солнечным очкам, которые так тебя встревожили.
Как бы там ни было, я поспешила вернуться к машине. Она по-прежнему одна стояла на парковке. Спускаясь с горы, я никого не встретила. Я доехала до Атланты за рекордное время и позавтракала в постели с Джефом, который ни о чем не подозревал. Все было именно так, как я тебе рассказала сегодня утром, только не Джеф ускользнул из дома, а я.
– Ты хотела моей смерти, чтобы он достался тебе.
Элис рассмеялась.
– Эмори, ты очень все упрощаешь. Я хотела, чтобы ты умерла, а Джефа за это осудили. Если бы его обвинили в твоей смерти, это бы стоило ему жизни, так или иначе. Двух птиц одним камнем. Понимаешь?
Элис сверкнула сияющей, веселой, самодовольной улыбкой безумной женщины.
Эмори постаралась сложить фрагменты головоломки воедино, пока перед ней не предстала вся картина.
– Это ты оставила брелок от его куртки на тропе?
– А его нашли? Я все гадала, но спросить не могла.
Эмори не сказала ей, кто нашел брелок.
– Все шло по плану, – продолжала Элис. – Джеф быстро попал под подозрение. Он делал вид, что расстроен твоим исчезновением, но он очень быстро проникся перспективой стать богатым вдовцом. Это, разумеется, было мне только на руку.
Но я никак не могла понять, почему никто не может найти твое тело. Почему это так трудно? Я подумала, что ты пришла в себя и ушла с тропы в лес. Через три дня я расслабилась, решив, что если ты не умерла от травмы головы, то наверняка тебя прикончило переохлаждение.
И вдруг ты оказалась жива. Тебя спас этакий Дэниел Бун[6]. Невероятно, – Элис покачала головой в недоумении. – Кто бы мог подумать, что ты сумеешь воскреснуть из мертвых? И это был только первый удар в череде прочих. Твой мужик из хижины оказался беглым преступником, за которым охотится ФБР. Вы оба помешали двум местным подонкам.
– Но, – Элис снова улыбнулась, – я увидела способ обратить всю эту кашу себе на пользу. Больше всего на свете Джеф терпеть не мог выглядеть дураком, а после твоих эскапад именно дураком он и выглядел, причем круглым дураком. Он быстро вышел из себя. Мне оставалось только дергать за веревочки.
Вчера вечером он пытался убедить меня, что ты психически нестабильна. Поэтому я, как ваш общий друг, приехала сюда сегодня утром, чтобы поддержать вас. Джеф рассказал мне о своем смехотворном сговоре с братьями Флойд. Я сделала вид, что я в ужасе, хотя на самом деле я была в восторге. Он и без моей помощи закапывал себя все глубже. Я была бы счастлива сидеть и смотреть, как он это делает. Но, – вздохнула Элис, – в последнюю минуту он вынудил меня действовать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
