Читаем без скачивания Во власти страха - Карен Роуз

Стивен насколько мог нежно обхватил ее лицо ладонями. Ему необходимо было доказать самому себе, что она цела. Он поцеловал Дженну в лоб, в сантиметре от края щетины, где раньше начинали расти ее прекрасные волосы, и почувствовал, как она вздрогнула. Он посмотрел в ее невероятные глаза, такой благодарный, что она до сих пор жива. Остальное не имело значения.

— Делай, что хотела, для Келли. — Он вытянул шею, услышав приближающиеся шаги. — Давай, укрой ее, а я позабочусь о Нейле. Тяжелая артиллерия уже прибыла.

Глава 37

Воскресенье, 16 октября, 10.00

Кейси дрожащей рукой провела по «ежику» Дженны.

— Знаешь, ты можешь вообще обриться наголо и станешь на Хэллоуин как Шинед О’Коннор, — сказала Кейси преувеличенно весело, но голос ее дрогнул, и Дженна поняла, что подруга вот-вот разрыдается.

Дженна через силу улыбнулась друзьям и родным, собравшимся в больничной комнате ожидания, чтобы убедиться, что с ней на самом деле все в порядке.

— Чтобы порадовать отца Майка?

— А мне кажется, он будет не против, — ответил отец Майк, сидящий в кресле у стены. Когда «скорая» привезла ее в больницу, Дженна первым увидела его улыбающееся, но ужасно встревоженное лицо.

Она тут же поинтересовалась состоянием Келли и Нейла. Он рассказал, что Нейл в операционной, а родные Келли вместе с дочерью в реанимации, но очень хотят поговорить с Дженной.

Прошло шесть часов, а Нейл все еще был в операционной: ему складывали раздробленные кости бедра и руки.

Родители Келли встретились с Дженной в пункте оказания первой помощи, на их лицах были написаны благодарность, облегчение и печаль.

Сейчас, несколько часов спустя, Дженна чувствовала оцепенение. Она знала, что нервная дрожь придет позже. А пока она искала спасения в лицах любящих ее людей.

Разумеется, в больнице находился Сет с перевязанной головой — еще один привет от Джоша Лютца. Эллисон сидела очень тихо, вцепившись в руку отца, понимая, что едва его не потеряла. Сет пребывал в приподнятом настроении и пытался шутить, но в какой-то момент не сдержался, обнял Дженну, стал баюкать ее — насколько она понимала, исключительно для собственного успокоения. За последние несколько недель она научилась тому, что людям необходимо заботиться о тех, кого любишь, и отказываться от их заботы — значит отказываться от их любви.

Пришел Лукас и стал шутить насчет того, что Кейси и Дженна устроили в больнице филиал школы, но медсестры не разделяли его веселья. Кейси, по всей видимости, оказалась не самой приятной пациенткой.

И только Чарли удалось по-настоящему снять напряжение, когда она смело вошла в наполненную тяжелой тишиной комнату, сжимая в руках бейсболку.

— Тетя Дженна, некоторым очень идут бритые головы, — заявила она. — Но ты не из их числа. — И торжественно водрузила на голову Дженны бейсболку.

Примерно час назад приехала Хелен с мальчиками. Ники крепко обнял Дженну, едва не сломав ей ребра и напомнив о том, что они со Стивеном так и не приняли окончательного решения. Они прошли сквозь огонь, спасли друг другу жизнь, но не закрыли самый важный вопрос — есть ли «они». Дженна обнимала Ники и смеялась в нужных местах, когда он рассказывал ей о носороге из Огайо, который пел йодлем в Альпах.

Сегодня утром ее не навестил только Стивен — последний раз она видела его часа в три ночи из окошка «скорой помощи». Он выглядел испуганным, как будто не мог поверить, что все закончилось и она в безопасности. Он поехал в штаб-квартиру ФБР, настаивая на том, что хочет до конца проследить за арестом Джоша и его матери. Дженна предполагала, что он все еще там.

Она не знала, что скажет ему, когда увидит. «Спасибо» — казалось неуместным. «Я люблю тебя» — правда, но, учитывая их последний разговор, прозвучало бы странно. Она начнет со слов «мне не хватало тебя» и «обними меня».

И тут, словно мечты стали реальностью, она услышала за спиной его голос:

— Дженна.

Понимая, что все взгляды направлены на нее, она обернулась к Стивену — все лицо в синяках, оставленных кулаками Джоша. Она смотрела в его прекрасные карие глаза, которые, казалось, говорили все то, что пронеслось у нее в голове.

«Спасибо. Я люблю тебя. Прости. Мне тебя не хватало. Пожалуйста, обними меня».

Она не знала, кто сделал первый шаг, но вот он уже сжимал ее в объятиях, а она наконец-то прижималась к нему. Он поцеловал ее, прямо здесь, в больничной комнате ожидания, в присутствии всех друзей и родных.

Дженна уткнулась лбом в его подбородок.

— Я собиралась сказать тебе, что мне тебя не хватало, и попросить меня обнять, — прошептала она. — Но ты уже меня обнимаешь.

Он поцеловал ее в лоб.

— Там, в сарае, ты сказала, что хочешь со мной поговорить, — прошептал он.

«Спасибо. Прости. Я люблю тебя». Слова проносились у нее в голове.

— Хочу, но я надеялась, что это произойдет в менее многолюдном месте, — прошептала она, физически ощущая направленные на них взгляды. — Может быть, кофе попьем?

— А я хотел предложить поесть мороженого. «Роки Роуд»?

— Тогда чего же мы ждем? Пойдем скорее.

Они сидели в «вольво» на стоянке у торгового центра, Дженна как раз доедала порцию «Роки Роуд». Она упиралась, не хотела, чтобы ее видели посторонние, и внутри у Стивена все сжималось. Несмотря на синяки, порезы и бритую голову, она все равно оставалась самой красивой. Он сидел рядом с ней, отчаянно пытаясь подобрать слова, такие, чтобы она ему поверила.

— Дженна, не знаю, с чего начать.

— Спасибо, — неожиданно сказала она, потом вздохнула. — Я должна была это сказать.

Он выглянул в окно машины, не в силах смотреть на нее.

— За что? За то, что на твоем лице появились новые синяки?

Она вздохнула.

— Нет, за то, что спас мне жизнь. Синяки не имеют к тебе никакого отношения. — Она помолчала. — Хотя те, что остались после ночи четверга, — имеют, — поправилась она.

— Спасибо, — с горечью прошептал он.

— Да, имеют. Хочешь услышать, что я еще собиралась тебе сказать?

— Конечно, почему бы нет.

— Прости.

Он вскинул голову, встретился с ней взглядом.

— За что?

Она взволнованно пожала плечами.

— Мне кажется, в основном за то, что предъявляла к тебе нечестные требования. С самого начала я сравнивала тебя с Адамом, а это нечестно. Еще мне очень жаль, что я не подумала о том, какую боль причиняю своим упрямством мальчикам. Они — твоя частичка, а значит, и частичка меня.

Стивен тяжело сглотнул.

— Спасибо. — Он полез в карман и достал кольцо Адама Луэллина. — Это твое.

Ее глаза округлились.

— Где ты его взял? Вчера я оставила его на могиле Адама.

— Мне отдала его Эллисон. Наверное, она надеялась, что кольцо поможет тебя найти.

Дженна смотрела на кольцо, не делая даже попытки взять его в руки.

— Ты никогда ничего не говорил мне о нем, хотя я носила его все это время. Обычно я забывала, что кольцо у меня на пальце.

Стивен пожал плечами.

— Решил, что ты снимешь его, когда придет время.

Она зажала кольцо в его руке, обхватила его кулак ладонями.

— Пора уже отдать его Сету, — сказала она. — Мне оно больше не нужно.

Он поднес ее ладони к своим губам.

— Прости, Дженна, — прошептал он. — Прости за то, что не доверял тебе. Как только успокоился, я понял, что ты никогда не предашь.

Она посмотрела на него глазами, полными тоски.

— Знаю. Но я хочу также знать: а что произойдет в следующий раз, до того как ты успокоишься? А если мы поженимся? А если у нас будут общие дети?

Сердце его замерло, потом забилось вновь.

— Этого я хочу больше всего на свете.

— И я, — призналась Дженна, и на мгновение он испытал такую бурную радость…

— Но только если мне не придется волноваться за каждого мужчину, с которым я встречаюсь и которому улыбаюсь, — добавила она. — Я должна знать, что ты мне доверяешь, или ничего не получится. Не хочу строить с тобой жизнь, а через несколько лет негодовать из-за твоего поведения.

Он понурил голову.

— Дженна, я не могу дать тебе такого обещания. Хотел бы, да не могу. Не могу обещать, что, когда увижу тебя с другим, не стану задаваться вопросами, злиться. Я могу споткнуться и упасть, потому что я — обычный человек. Могу лишь обещать, что изо всех сил буду над собой работать. Но мне просто необходимо знать, что ты не уйдешь от меня. Я больше этого не переживу.

— Я люблю тебя, — сказала Дженна. Он вскинул голову. Его лицо было таким удивленным, что она улыбнулась. — Это последнее, что я хотела тебе сказать. Я думаю, если бы ты дал поспешное обещание, что никогда больше не станешь ревновать, я бы, скорее всего, попросила отвезти меня назад к Сету. Но ты не обещал, потому что ты — человек чести. И за это я тебя люблю. И уважаю.