Читаем без скачивания Чужаки - Владимир Вафин

— Что же делать-то? Что? — Влад провел ладонью по своему лицу и вдруг мысли четко и ясно пронеслись в его голове: «Так, надо немедленно выбираться отсюда — и в суд. А где же взять машину? Одежду?» Он набрал еще один номер. В трубке щелкнуло, и раздался молодой голос:

— Алло, я слушаю.

— Санька, у тебя машина на ходу?

— Влад, это ты? — услышал он радостный голос Оленика.

— Санька, давай подгоняй к больнице, я тебя жду через пятнадцать минут. И захвати с собой одежду.

Он еще раз позвонил в ОМОН и предупредил: если появится старший лейтенант Белозеров, то надо передать, что Владин находится в суде.

Артемка подошел к двери директорского кабинета и постучал. Войдя туда, он увидел сидевшего за столом седовласого мужчину в больших квадратных очках. Сергей Егорович, глядя на незнакомого подростка, вдруг поймал себя на мысли, что он кого-то ему напоминает и, когда Артемка спросил про брата, то директор все сразу вспомнил, и его охватило волнение.

— Я понятия не имею, где находится ваш брат-убийца! Мне даже упоминание о Росине действует на нервы. Он сбежал из интерната, выкрав документы, и где он сейчас я не знаю и знать не желаю! Так что потрудитесь, молодой человек, покинуть мой кабинет!

Расстроенный Артемка вышел из интерната. «Где же искать Дениса?» — в задумчивости он прошел мимо малышей, входящих во двор. Один из них пристально посмотрел на него. Артемка подошел к калитке, но вдруг его кто-то окликнул.

— Артемка! — к нему подошла воспитательница. — Ты ведь Артемка? Ты так похож на Дениса...

— Скажите, а вы не знаете, где он?

— Так тебе разве не сказали? — Мария Васильевна вздохнула. — Вот ведь люди, а? Заскорузла душа у людей, ох, заскорузла! Артемка, у твоего брата сегодня суд...

— Какой суд? Что случилось?

— Я не знаю в точности, но якобы он принимал участие в каком-то ограблении. Но я не верю этому, Денис не способен на такое. Я сама хотела пойти на суд, но меня не отпустили. Что же это творится с людьми-то? Каждый держит камень за пазухой.

Узнав от Марии Васильевны где находится суд, Артемка побежал к подходящему к остановке автобусу.

— Мария Васильевна, это кто был? Денискин брат?

— Да, Родик, это был Артемка, которого он так искал. Только бы они встретились! — Мария Васильевна взяла его за руку и повела к интернату...

В зале суда пустовало лишь десяток мест. Все бурно обсуждали судебное заседание. За металлической перегородкой под охраной солдат сидели подсудимые. Денис сидел, склонив голову на руки.

— Ну что, сучонок, вместе на кичу пойдем, — тихо сказал Жора, криво улыбаясь, отчего его шрам над верхней губой стал еще безобразнее. — Поимей в виду, дождик капает на всех одинаково, так что вместе пойдем на зону, а там тебе не жить.

Денис поднял голову и с ненавистью посмотрел на него. Жора ухмыльнулся, что-то прошептал на ухо Духу. Лишь толстый Сява, казалось, был безразличен ко всему и равнодушно с тупым выражением лица разглядывал зал.

— Прекратить разговоры, — приказал солдат. Денис казался обессиленным. Он тупо смотрел на зал пустыми, глубоко запавшими глазами. Ему стало все безразлично: и этот суд, и приговор. Его не волновала своя дальнейшая судьба. Он понимал, что судьба поставила его на колени, придавив к земле, и от сознания этого он испытывал какую-то опустошенность.

— Прошу встать! Суд идет! — объявил секретарь суда.

Все в зале поднялись. Судья с присяжными заседателями прошли на свои места. Раскрыв папку, судья громко произнес:

— Выслушав на заседании уголовное дело по статье 90 УК Российской Федерации, статье 102, а также по статье 192, части второй, суд приговорил подсудимых...

— Стойте! Остановитесь! — вдруг раздался голос в конце зала.

Все повернулись на крик. Судья прекратил чтение приговора.

— В чем дело? — спросил он вошедшего.

— Вы еще не выслушали меня, — твердо сказал Влад, проходя вперед.

— Кто вы такой? — удивленно спросил судья.

— Я работник милиции, на чью жизнь посягнули подсудимые, — и с этими словами он подошел к барьеру, где сидели обвиняемые. — Узнаешь, погань? — спросил Влад Жору.

Жора сидел с вытаращенными от удивления глазами.

— Выжил, падло! Из-за тебя меня под вышак сейчас впишут!

— Узнал! Это и надо было доказать! — Влад взглянул на Дениса, смотревшего на него широко распахнутыми глазами, в которых вспыхнули искорки радости и надежды.

— Все будет нормально, мы пробьемся, Дин.

Денис почувствовал, как по телу прошла приятная, радостная дрожь.

Подойдя к свидетельскому месту, Влад начал говорить:

— Десятого ноября этого года мы — старший сержант Павел Ямшин и я, лейтенант милиции Владин, прибыли на место происшествия для задержания...

Влад подробно рассказал всем собравшимся в этом зале, как они задерживали подсудимых.

— Вот и все, — сказал он твердо, потирая шрам. — Но здесь произошла судебная ошибка! Подросток, находящийся сейчас вместе с этими преступниками на одной скамье, не является обвиняемым. Гул удивления пошел по залу.

— Росин знаком мне с детства, но не по уголовному делу. Благодаря ему преступники были задержаны. Он спас мне жизнь, и поэтому я свидетельствую в защиту Дениса Росина, подростка с горькой судьбой, обиженного законом.

Зал загудел, обсуждая услышанное.

— Это подросток с выжженной душой, — добавил Влад и, оглядев зал, уверенно произнес:

— Он неподсуден!

— Сучонка своего выгораживаешь, мент поганый! — закричал Жора и бросился на Дениса. Солдаты схватили его и усадили на место.

Судья Иван Тихонович провел в этом зале много судебных заседаний, но сегодня он был удивлен тем, что произошло. Он сидел, обхватив лоб ладонью и опустив глаза, и вдруг почувствовал, как защемило в груди. Ему было трудно вести сегодняшнее заседание. Неделю назад он похоронил своего сына, Игорешу, которого доставили домой в цинковом гробу. Игорь не успел прослужить в армии и года. У Ивана Тихоновича это был единственный сын, и они теперь остались вдвоем с женой, убитой горем. И сейчас сидевший на скамье подсудимых подросток напомнил ему Игорешу. Иван Тихонович устало протер глаза и посмотрел на Влада.

— Кто может подтвердить ваши слова?

— Я! — раздался молодой голос в дверях. — Я, старший лейтенант ОМОНа Дмитрий Белозеров, перед судом подтверждаю все сказанное лейтенантом Владиным. Это правда!

Зал взорвался от возбуждения, не ожидая такого оборота. Судья стал переговариваться со своими заседателями. Следователь Талачкова сидела, поджав губы, гневно и холодно окинула взглядом Влада.

— Суд удаляется на совещание, — объявила секретарь.

К Владу подсел Димка.

— Ты как, Влад? Я только что приехал. Мне сказали, что ты пошел сюда. Ты что, сбежал из больницы?

— Ты что думаешь, Дима, я буду спокойно глотать таблетки, когда Дениса обвиняют во всех грехах?

— Прошу встать, суд идет!

Иван Тихонович, подойдя к своему месту, оглядел зал, притихших в ожидании приговора подсудимых и решительно произнес:

— Суд, посоветовавшись, пришел к решению передать дело на доследование. Дениса Росина признать невиновным, изменить меру пресечения, освободив из-под стражи в зале суда.

— Правильно! — раздался чей-то крик в зале.

Сержант подошел к Денису и, снимая с него наручники, чуть слышно прошептал:

— Прости нас, парень.

Еще не веря в то, что он свободен, Денис вышел из-за стойки и затуманенным слезами взглядом посмотрел на Влада с Димкой.

— Иди, парень, ты свободен, — подтолкнул его сержант.

Денис медленно подошел к Владу.

— Пошли, Денис! — сказал ему Влад. — Ты и так здесь задержался. — И, обнявшись за плечи, они вышли из зала.

У здания суда их встретил повзрослевший Санька с пшеничного цвета усами.

— Ну как?

— Мы победили! — гордо произнес Влад и вдруг пошатнулся. — Братцы, плохо что-то мне... — Влад почувствовал, как толкнулось сердце, будто захлебывалось кровью.

Димка подхватил его и повел к машине.

— Давай срочно в больницу, Санек!

Денис уже открыл дверцу, но вдруг его пронзил знакомый голос:

— Денис!

Он резко обернулся и увидел бегущего к нему Артемку.

— Артемка! — крикнул он срывающимся от волнения голосом.

Артемка облапил брата за шею и прижался к нему щекой.

— Дениска, — еле слышно шепнул он, еще не веря во встречу.

— Вот мы и встретились, — прошептал Денис, оторвавшись от Артема Улыбаясь, он долго и пристально разглядывал повзрослевшего брата, заметил на его лице россыпь веснушек

— Ты че, уже не шепелявишь? — удивленно спросил он.

— Нет, — Артем тряхнул отросшими прядями. — Жизнь научила!

— Да... жизнь нас многому учит!

Братья сели в машину, и «Жигули» тронулись с места, влившись в поток машин. На улицы, на площади и дома пошел первый снег.