единоутробному брату Генриха VI, Джасперу Тюдору, графу Пембруку объединить свои валлийские войска с войсками Сомерсета в Йоркшире. Несмотря на свои юные годы, Эдуард оказался более чем способным полководцем и 2 февраля 1461 года нанес Пембруку решительное поражение при Мортимер-Кросс. Если бы войскам Джаспера Тюдора удалось добраться до лагеря Сомерсета, то ланкастерская армия могла бы стать непобедимой.
Маргарита и Сомерсет узнали о поражении при Мортимер-Кросс во время похода на юг к Лондону, во время которого владения йоркистов в Ноттингемшире и Линкольншире подверглись грабежу и разорению. Армия королевы, состоявшее преимущественно из северян, пополнилась шотландскими добровольцами, и новости об их "подвигах" вселили страх в лондонцев, опасавшихся, что их "ограбят и разорят", как только северяне войдут в столицу[626]. В ответ Уорик собрал свои войска и при поддержке Норфолка, Саффолка и Арундела ожидал подхода противника под Сент-Олбанс, где в 1455 году ланкастерцы потерпели сокрушительное поражение. Для Сомерсета, Нортумберленда и Клиффорда, сыновей тех, кто погиб в той первой битве, не могло быть более подходящего места, чтобы свести счеты с Уориком, главным автором той победы.
17 февраля 1461 года ланкастерцы тактически переиграли Уорика, и после нескольких часов напряженной рубки на узких улочках города граф "решил уйти с поля боя", избежав плена и верной смерти от рук своих мстительных противников. Разочарование Сомерсета от того, что ему не удалось захватить своего заклятого врага, должно быть, было очень сильным, хотя его несколько смягчило то, что Уорик, поспешив бежать, не прихватил с собой короля Генриха VI. Согласно донесению миланского посла, написанному несколько недель спустя, король был обнаружен Сомерсетом смеющимся и поющим под деревом, примерно в миле от поля битвы, хотя ни один современный английский источник не упоминает о том, что их государь вел себя подобным образом. Посол также отметил, что королева и Сомерсет убедили обезумевшего короля отказаться от трона в пользу принца Эдуарда, и это был не первый случай, когда Бофорта обвинили в том, что он уговаривал короля Англии отказаться от короны в пользу наследника. Это утверждение было повторено 15 марта, хотя посол добавил, что "это слухи, в которых я не слишком уверен"[627]. Вряд ли Сомерсет выступал за то, чтобы, в столь критический момент, посадить на трон ребенка, даже если учесть неустойчивое психическое состояние короля.
После битвы ланкастерцы захватили и младшего брата Уорика Джона Невилла, лорда Монтегю, который был бы предан смерти, если бы у йоркистов не было в плену младшего брата самого Сомерсета, Эдмунда Бофорта. Младший Бофорт попал в плен на острове Уайт 16 декабря 1460 года, когда его свита из 61 человека была перебита отрядом под командованием сторонника Уорика по имени Джеффри Гейт. Эдмунд был ненадолго заключен в замок Кэрисбрук, который формально все еще принадлежал Бофортам, а затем переведен в более надежный лондонский Тауэр. Понятно, что Сомерсет пришел к выводу, что казнить Монтегю означало бы приговорить к смерти собственного брата[628].
Вторая битва при Сент-Олбанс, несомненно, стала праздничным днем для герцога, который, возможно, впервые посетил город после того, как стал свидетелем гибели своего отца. Учитывая религиозность людей того времени, можно предположить, что перед отъездом из города Генри посетил близлежащее аббатство, возможно, даже помолился в часовне, под которой было погребено тело старшего Эдмунда Бофорта.
После победы при Сент-Олбанс путь на Лондон был открыт и ланкастерцы продолжили свой прерванный поход, но вскоре им пришлось пожалеть о совершенных грабежах последних недель. Въезд в столицу был заблокирован, и никакие уговоры не смогли убедить перепуганных лондонцев отступить. Когда запасы провизии подошли к концу, а разочарованные солдаты начали дезертировать из армии, королева Маргарита отдала приказ возвращаться на север.
Зато Эдуарду Йорку не составило труда убедить лондонцев разрешить его армии войти в город. Соединившись с Уориком в Оксфордшире, кузены вошли в город 27 февраля и действовали с характерной для них решительностью; Генрих VI, вернувшись в ряды ланкастерцев, был объявлен виновным в нарушении Act of Accord, а противники йоркистов были обвинены в измене за убийство Ричарда Йорка, законного наследника трона по условиям акта. Отправляясь на север, лидеры йоркистов утверждали, что Генрих "лишен короны и должен быть свергнут с трона"[629].
Таким образом, 4 марта у собора Святого Павла Эдуард был провозглашен королем Англии на глазах у лондонцев, потрясенных величественной фигурой, которая была противоположностью человека, бездумно правившего в течение тридцати девяти лет. Хотя Эдуард получил все королевские регалии, сидя на троне в Вестминстер-холле, он не стал короноваться, предпочтя сначала подавить сопротивление ланкастерцев[630]. С похвальной уверенностью и решимостью Эдуард отправился на север, собирая по пути войска для решающего сражения. Это была очень смелая стратегия, поскольку север был для него враждебным регионом, как это выяснил собственный отец Эдуарда несколькими месяцами ранее.
Королева Маргарита с душевнобольным мужем и маленьким сыном на руках отступила в Йорк, где обсуждала свои планы с главными командирами, включая Сомерсета. Хотя Генри Бофорту было всего двадцать четыре года, он уже успел зарекомендовать себя хорошим полководцем и, имея за плечами победы при Уэйкфилде и Сент-Олбанс, вероятно, был уверен, что в ближайшие недели ему удастся одержать еще одну. Генри опирался на помощь Эндрю Троллопа, который после своего дезертирства при Ладфорд-Бридже оказался незаменим благодаря своему большому военному опыту, не говоря уже о вкладе таких аристократов, как Нортумберленд и Эксетер. Все вместе они строили планы по уничтожению йоркистов, ожидая их неизбежного приближения. Но это приближение оказалось более быстрым, чем ожидалось.
28 марта отряд йоркистов под командованием Уорика достиг реки Эр у Феррибриджа близ Понтефракта, но их дальнейшему продвижению помешал разрушенный мост. Последние исследования показывают, что на рассвете следующего утра, в Вербное Воскресенье, а не в субботу, как традиционно считалось, ланкастерские разведчики во главе с Клиффордом и Джоном Невиллом совершили внезапное нападение на йоркистов, нанеся им многочисленные потери и ранив Уорика в ногу стрелой. Лорд Фоконберг, дядя Уорика, был предупрежден о нападении и переправился через реку вверх по течению у Каслфорда, а затем обошел отряд Клиффорда с запада. В ходе ожесточенной стычки, которая привела к более крупному сражению несколькими часами позже, ланкастерцы были отбиты, а Клиффорд был убит стрелой попавшей ему в горло, когда пытался отступить к основной армии[631].
Когда король, королева и принц оказались в стенах Йорка, Сомерсет решил разбить лагерь у деревни Тадкастер, примерно в двенадцати милях к юго-западу. Если Эдуард намеревался захватить крупнейший город на севере и находившуюся там королевскую семью, то ему сначала было необходимо одолеть Сомерсета. Но Бофорт был готов поставить на кон свою жизнь, чтобы защитить дело ланкастерцев. Две огромные группы людей, каждая из которых претендовала на звание законной королевской армии и обвиняла противника в мятеже, готовились для непревзойденной по жестокости битвы, в которой
