И почему она понимает меня даже не с полуслова - с полужеста, с полувзгляда?
Я протиснулся между металлическими трубами и в изнеможении улёгся на рамку верхнего края экрана. С удовольствием полежал бы так пару часов, но времени, увы, не было.
Телеведущий едва не застрял, и я выдернул его, как морковку из грядки. Дядька взвыл, но забота о его комфорте не входила в мои планы. Потом я достал и эльфийку, которая с лёгкостью проскользнула в неширокий проём. Забрал у неё пульт.
Мы стояли над площадью, метрах, наверное, в пятидесяти от белых точек запрокинутых лиц. Раньше вдвое, втрое меньшего расстояния хватило бы, чтобы мои нервы превратились в кисель, но сейчас я был таким храбрым, что сам себе удивлялся. Словно прикосновение горячей ладони эльфийки полностью исцелило меня от боязни высоты.
Пинком подбодрив скулящего и цепляющегося за трубы шоумена, я подошёл к креплению экрана. Ролики и рельсы, по которым ездило крепление, находились прямо надо мной, в каком‑то десятке метров.
— Ну, ещё один рывок? - я обернулся к шоумену и застыл в недоумении.
Он выпрямился, безумно улыбаясь и небрежно держась одной рукой за подобие перил, которые были здесь.
— Вот и всё!.. - объявил прежним тоном ведущего, человека, вокруг которого всё вертится. - Ты сам лишил себя возможности сдаться, а ведь я предлагал тебе!..
Что‑то не припомню.
— Но теперь уже поздно!.. - торжественно объявил шоумен, повернулся в профиль и ткнул себя пальцем в ухо. В свой крохотный наушник. - Мне только что сообщили, что твой пульт отключили.
Я, словно во сне, поднял руку и нажал кнопку.
Шоумен взвизгнул, и на его штанах мгновенно расплылось мокрое пятно. Сведя колени, он зажал рот руками, потом высунул язык и осторожно скосил на него глаза.
— Шработаво… - пробормотал. - То есть… не сработало!.. Ты, что ты теперь делать будешь?!. - восторженно заорал.
Я, как дурак, всё щёлкал кнопкой. Ведущий дико расхохотался.
— Теперь он совершенно бесполезен, можешь его хоть выкинуть!..
Я так и поступил, уронив пульт. Шоумен проводил его взглядом.
— Ну что ж, не получилось, так не получилось. Ничего, бывает.
— Разве ты не понимаешь? Ты проиграл, у тебя больше нет заложника!..
— Да, досадно, - согласился я. - Как ты там говорил? Ах да, кровища и потроха.
И ласково ему улыбнулся.
Ведущий сделал шаг назад, но закричать не успел. Я полоснул его от плеча до бедра.
Всегда мечтал это сделать.
Тело полетело вниз, разваливаясь в падении на две половинки.
— Вот теперь у меня точно нет заложника. Зато обещанные кровища и потроха в избытке, - сообщил я девушке. Та лишь моргнула своими дивными очами, когда внизу на эстраде появилась алая клякса.
Тонг!..
В трубе, на которую я опирался, возникла рваная дыра. Удар болезненно отдался в пальцах.
В нас стреляют!..
Развернувшись, я полоснул по трубам мечом - раз, другой, третий. Вниз полетели куски металла.
А потом едва не полетели и мы сами. Одно из двух креплений, на которых держался экран, не выдержало такого варварского обращения, несколько не разрезанных ещё труб и балок под многотонной тяжестью гнулись и деформировались. Один из металлических профилей со скрежетом разорвался.
Мы повернулись и побежали. Под ногами ходили ходуном технические мостки, приходилось следить, чтобы случайно не наступить мимо железного кружева. Вокруг возникали фонтанчики искр - в нас вовсю палили.
Добежав до противоположной опоры, удерживающей второй край экрана, я с ходу полоснул её мечом и тут же подпрыгнул, хватаясь за трубы. Девушка повисла рядом, экран уходил из‑под ног.
Удерживаясь левой рукой, я резанул ещё дважды.
И многотонный экран с величавой неспешностью оторвался и полетел вниз - прямо на сцену, на прозрачный куб клетки, на алую кляксу, на отцепление… Впрочем, нет, коротко взглянув вниз, я убедился, что охрана благоразумно успела убраться куда подальше.
Грохот удара раскатился по всему миру. Никакого преувеличения, так и было - благодаря развёрнутым везде везде голографическим экранам и системам объёмного звучания свидетелями падения огромной конструкции стало всё человечество. Проклятый прозрачный куб исчез в металлическом ломе, облако пыли поднялось до нас, заставив кашлять и чихать.
Зато и прицелиться в беглецов мешало.
Я торопливо полез наверх, девчонка не отставала. Пыль прошивали голубые трассеры, из‑за какого‑то странного эффекта в такой атмосфере следы выстрелов исчезали не сразу, и мы ползли, петляя между этими мохнатыми лучами. Конструкции, задетые выстрелами, мгновенно раскалялись. Шёпотом ругаясь, я подтягивался всё выше и выше. Да когда же кончится этот подъём, подумал за секунду до того, как почти традиционно удариться головой.
— Руку!.. - и снова касание обожгло, пробуждая какие‑то фальшивые воспоминания. Я вздёрнул девчонку наверх, толкнул к перилам. - Держись крепче. И смотри по сторонам, сюда они уже могут выйти. Хорошо, пыль прикрывает…
Я был чересчур оптимистичен.
Никто в пылевое облако соваться не стал. И от современных систем наблюдения эта защита была совсем эфемерной.
Вокруг нас взблеснул алый луч - и погас. Обошлось, успел подумать я, а потом жар ударил в лицо, и перехватило дыхание. Скрежет металла, брызги искр…
Уже в падении я понял. Лучемёт просто вырезал здоровенный кусок железного моста над площадью, по которому ходил экран.
И сейчас мы вместе с эльфийкой падали вниз, на развалины экрана. Прямо на милосердно скрытые пылью острые пики железного лома.
Опора ушла из‑под ног. Жар, от которого сводило кожу, сменился порывом ледяного ветра. Скрежет железа в последний раз резанул по ушам, а потом их словно заложило мягкой ватой.
И всё исчезло. Остался лишь полёт и ощущение тепла рук другого человека.
Да, в падении мы зачем‑то дёрнулись друг к другу и взялись за руки, словно первые двое из полусотни парашютистов, собирающихся нарисовать в небе какую‑нибудь геометрическую фигуру.
Вот и всё, подумал я. Напоследок остаётся сделать лишь одно… и, потянув к себе девушку, я поцеловал её.
Глава шестнадцатая. Сила крови
Удар.
Земля оказалась ближе, чем я думал. И мягче, вместо железа мы ударились о мягкий лесной ковёр. Но падение всё равно вышибло дух, к тому же Нан, как за ней это водится, приземлилась сверху.
— Ох!.. - погодите‑ка… - Нан!..
— Серый!.. - завизжала девушка и повисла на мне, заливая слезами. - Серый, Серенький, я так напугалась!..
— А уж я‑то… - пробормотал я, осторожно обнимая её в ответ. Всё тело болело, как после трёх последовательных спаррингов со Светкой, Тохой и Дедом. Фантомные повреждения? Я сел и осторожно головой в попытке выбросить из неё осколки невероятной иллюзии, которую мы только что просмотрели.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
