– Безумные Барды? – удивленно переспросила Надежда. – Это еще кто?
– Контролирующие.
– А… Я слышала однажды о каких-то Сэфес,[47] но была уверена, что это глупые сказки.
– Далеко не сказки, но Сэфес обычно в нашей зоне редко появляются, в Империи они последний раз были лет восемьсот назад. А наши контролирующие – это как раз Барды.
Ирина подумала о дочери, оставшейся дома, и застонала, схватившись за голову:
– Наденька… О, Боже! Как же теперь?..
– Что? – удивленно уставилась на нее Надежда.
– У меня дочку зовут, как вас… – едва слышно сказала Ирина. – Ей одиннадцать всего… Как же она теперь без меня-то будет?
– Не надо убиваться, – грустно вздохнула Целительница. – Постараемся помочь вам вернуться домой, но обещать, сами понимаете, не можем. Говорят, Баг Бенсон с учениками разработали новую теорию параллельных вселенных, но проводились ли эксперименты – не знаю. Надо же, другая вселенная… Не думала, что сама столкнусь с таким.
– Их бесконечно много, этих вселенных, – скривилась Ирина. – Даже если и пробить канал, то как найти нужную? Это Бардам оно – раз плюнуть, гуляют, где хотят и когда хотят. Только где их искать, этих Бардов недоделанных? У нас, в Империи, тоже не так давно научились проникать в иные вселенные, но это слишком дорого. Сейчас вот весь флот в боевой готовности – ждем вторжения Юои Жерг, контролирующие предупредили. Юои, кстати, и к вам наведаться могут – справиться с ними будет непросто. Мерзкая цивилизация!
– Это вы с командиром обсудите, – поморщилась Надежда. – Мое дело – лечить, а не калечить. Вам помочь встать?
– Не надо, я сама.
Встать удалось легко – чувствовала себя Ирина на удивление хорошо, свежей и выспавшейся. Слизь на теле начала подсыхать, неприятно стягивая кожу, и она поспешила за Целительницей в душевую, снова удивившись про себя – назвать это крохотное помещение с красными бугристыми стенами душевой мог только сумасшедший. Однако в нем нашлось все необходимое, со стен брызнули струи горячей воды и мыльной пены. С удовольствием вымывшись, Ирина надела простой серый комбинезон, выданный Целительницей. Белья не было вовсе, по словам Надежды – комбинезон живой и сам обо всем позаботится. Пришлось поверить.
Порталы у аарн тоже отличались от привычных и удобных кабинок – вместо этого на стене возникла пугающая черная воронка, из которой потянуло ледяным холодом. Ирина поежилась, но пошла за Целительницей. Помещение выглядело ничуть не менее чуждым, чем госпиталь. Бугристые стены, по которым проскакивали белые разряды, потолок с шевелящимися черными щупальцами и огромный слизистый шар в центре. Возле него стояли двое подтянутых мужчин и прямоходящий ящер – все в такой же, как и на Надежде, черно-серебристой форме. Только сейчас Ирина присмотрелась к эмблеме на плечах аарн, и ей стало не по себе: когтистая лапа поддерживала на весу багровый нечеловеческий глаз…
– Добрый день, сударыня! – наклонил голову высокий блондин. – Позвольте представиться – Иван Алексеевич Оленев, дварх-майор легиона «Белые Ягуары», орден Аарн. Рядом со мной – Виктор Николаевич Савицкий, лор-навигатор, командующий этим крейсером. Справа – Ген-Тринак, мастер-социоматик.
– Ирина Александровна Тихонова, предосознающая, стадия Б+. Орден Осознания, Российская Империя.
– Надежда просветила вас насчет того, где вы находитесь? – улыбнулся дварх-майор.
– В общих словах… – вздохнула молодая женщина. – Главное, что я в другой вселенной.
– Судя по всему, – согласился Иван Алексеевич. – Но вы ведь родом тоже не из той вселенной, где расположена Империя.
– Вы подслушивали? – нахмурилась Ирина.
– Извините, – развел руками дварх-майор, – но поймите и меня. Нам еще не приходилось сталкиваться с гостями из других вселенных. Прежде всего, прошу вас сообщить о возможном вторжении этих… как вы их назвали?
– Юои Жерг… – помрачнела молодая женщина. – На редкость неприятный конклав, но очень сильный. Дома им расширяться уже некуда, соседи на все готовы, лишь бы отбиться – вот они и начали искать пути в другие вселенные.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Чем же они так неприятны?
– Моралисты. Иначе говоря, все разумные, не признающие их норм морали – полуживотные, по их мнению, и должны быть либо уничтожены, либо принуждены к соблюдению этих норм. Предпочитают искать слабых противников и ассимилировать их.
– Моралисты… – нахмурившись, повторил дварх-майор. – Это понятие растяжимое. Нас вот в большой галактике тоже ненавидят, хотя мы уничтожали нелюдей. Работорговцев и пиратов. Вы полагаете, что их нужно оставить в покое и позволить им наживаться на чужом горе?
– Ни в коем случае! – возмутилась Ирина. – У нас таких тоже давят безо всякой жалости. Но Юои просто ломают любую цивилизацию, преобразуя под себя. Вытравливают из детей даже намек на чувства.
Аарн переглянулись, и Ирина уловила, что они обмениваются потоком ментальных образов. Это что, все разумные в этой странной комнате – эмпато-телепаты? Очень похоже… Или это местные осознающие? Она вслушалась внимательнее и сначала не поверила себе – аарн использовали не привычные ментальные образы, а, скорее, эмоциональные. Хотя нет, не так, они совмещали необычным образом скомпонованные информационные блоки с эмоциями, и именно эмоции несли на себе основную информационную нагрузку. Ирина задействовала все резервы мозга и вскоре начала что-то понимать. Хозяева обсуждали странную гостью и ее слова. Перестраивать свое восприятие на иной тип ментального общения ее обучили еще два года назад – мало ли с кем встретится осознающий. Вот и пригодилось.
Заболела голова – обычная плата за перенапряжение. Часа через два пройдет. Она анализировала эмообразы аарн и все больше удивлялась. Такой способ общения был намного информативнее привычного, надо будет по возвращении домой – если вернется! – обязательно продемонстрировать его князю и остальным старшим магистрам.
Разобравшись, Ирина перестроила несколько участков мозга, из-за чего голова разболелась еще сильнее, и сформировала первый эмообраз:
– А кто вы вообще такие? Что такое ваш орден?
Все четверо аарн потрясенно обернулись к ней.
– Вы нас слышите? – эмообраз дварх-майора горел цветами изумления.
– Еще не полностью… Надо еще три участка мозга преобразовать, чтобы все понимать, но пока не могу – слишком уж голова болит. У вас очень интересный способ общения, первый раз встречаю, ни одна ди-структура не использует ничего подобного. С трудом поняла.
– Однако поняли, – задумчиво посмотрел на гостью Иван Алексеевич. – Мы не встречали до сих пор природных эмпатов такой силы, как вы… У вас идеальная защита, даже дварх не сумел прочесть память.
– Но это же неэтично! – вспыхнула Ирина. – Это…
– Сударыня, этика относительна! – возразил молчавший до сих пор ящер. – То, что неэтично для вас, может быть вполне этичным для кого-нибудь другого. У нас принята полная открытость мыслей и чувств. Никто и ничего не скрывает.
– Ужас какой… – поежилась Ирина. – Да я без щитов через полчаса с ума бы сошла! У разумных в голове порой такая мерзость…
Она брезгливо поджала губы. Аарн переглянулись и совершенно одинаково усмехнулись. Кроме ящера – тот широко распахнул пасть, куда вполне влезла бы голова Ирины.
– Среди нас таких нет, – объяснила Надежда. – А во внешнем мире действительно без психощита не выжить. Но мы там бываем редко, предпочитаем жить среди своих.
– Среди своих? Но разве это возможно? Одаренных ведь очень мало!
Аарн снова переглянулись.
– У нас все эмпаты, – в эмообразе дварх-полковника чувствовалась улыбка. – Много миллиардов разумных.
– Все?! – Ирина помотала головой. – Простите, не верю…
– Наша эмпатия – искусственная, проявляется во время Посвящения, которое проводит опытный вероятностный ментат. Обычно таких ментатов именуют великими магами. Однако наши дети – врожденные эмпаты.
– И у вас не воруют детей ди-структуры сильных конклавов? – Ирина никак не могла поверить. – Да многие из них за десяток одаренных планету готовы взорвать! На что угодно идут, лишь бы хоть нескольких в год найти!
