я видела по его взгляду, что он с некоторым облегчением воспринял то, что я ему сказала. Я вижу, что ему семья намного дороже, чем… нет, не буду думать об этом, — мотнула головой, прогоняя обидные мысли. Север прав, я слишком неуверена в себе. — Не позволяй ему обижать себя и говори мне, когда он говорит тебе что-то…
— Север, успокойся, ты слишком зациклен на моем побитом молью эго, — рассмеялась в ответ, чтобы скрыть нервозность. Просто мысли снова вернулись к тому, куда мы едем. К его родителям. Поэтому решила снова заикнуться об этом. — Рин, может, лучше в гостиницу, а твоих маму и папу навестим завтра? — робко улыбнувшись, закинула удочку. Все же не стоило мне соглашаться на его предложение и ехать к его родным.
— Аля! Мы это уже обсуждали, — укоризненно произнес Северин, останавливая автомобиль возле широкой площади — видимо, это центр города и здания администрации. — Стоит тебе только зарегистрироваться в гостинице, как тебя тут же обнаружит… сама понимаешь, кто! — Северин снова поджал губы. Я уже изучила его некоторые повадки и жесты, и поняла, что сейчас он злится. — Ладно, идем…
Он выбрался из автомобиля и открыл мне дверцу, протянув руку. Я вышла следом, остановившись у машины, и огляделась. Несколько зданий из серого кирпича, над которыми гордо реяли флаги, ясно давали понять, что это администрация города. Или, как это правильно тут называется?
Рядом стояло небольшое белоснежное здание, эмблема над входом в которое — два соединенных золотых кольца — не давала и малейшего шанса на ошибку. Место, куда стремятся все пары, желающие связать свои жизни навсегда. А затем также стремятся, желая расторгнуть брак, когда понимают, что совместная жизнь — это не сказка, где все живут «долго и счастливо». Это ежедневный труд и борьба за счастье. Ну, во всяком случае, я так думаю. Но Север потянул меня именно в ту сторону.
— Рин? Подожди, зачем мы туда? — я испуганно прижала к себе сумочку и уперлась пятками в брусчатку, заставляя мужчину остановиться. Он вдруг обернулся ко мне, и я едва не отшатнулась — его глаза горели гневом и решимостью, а пальцы сжимали неприметную вещицу в серой обложке — паспорт, догадалась я. Он что? Собирается…
— Я решил доказать тебе, что мои намерения честные, что непонятного? — с широкой улыбкой, больше напоминающей хищный оскал, ответил он мне. В глазах промелькнуло нечто странное, от чего мне тут же захотелось спрятаться и никогда больше не встречаться с ним. — Идем, Алекса. Ты же сама не захотела, чтобы я вез к маме незнакомую девушку, вот, привезу ей невесту! Только заскочим в ЗАГС подать заявление. Так же будет правильно? — он зло усмехнулся и снова потянул меня за собой, но я осталась стоять на месте, прижимая к себе несчастный ридикюль, в котором, как раз, тоже лежал мой паспорт. Да уж, не так я представляла себе…
У меня задрожали губы, и я подняла голову, чтобы осмотреться. Северин продолжал следить за мной, но сейчас в его взгляде я заметила тревогу. Он сделал шаг ко мне, желая взять за руку, но я резко сорвалась с места, побежав, куда глаза глядят. Впрочем, их давно застили слезы, поэтому дороги я практически не видела.
— Стой! Алекса! Куда ты?! Подожди! — раздался за моей спиной окрик Северина, но я и не думала останавливаться. Слезы все-таки полились по щекам, холодя кожу и приводя в чувства. Зло смахнула предательские капли, и, наконец, смогла рассмотреть, куда я несусь. Люди испуганно расступались перед зареванной, лохматой девицей, несущейся прочь от мужчины, который в очередной раз разбил ей сердце. Ничего, сейчас поплачу, успокоюсь, а затем спрошу, в какой стороне вокзал. Деньги есть, а там как-нибудь доберусь до Питера. И больше никогда, никогда…
Что «никогда» я пока не придумала, слишком больно было…
***
— Алекса, постой! — крикнул он вслед, убегающей девушке, а затем, забыв обо всем на свете, рванул следом.
Черт! Черт! Черт! Опять он совершил ту же ошибку, сказал то, что не следует! И кто его дергал за язык, да еще и… Он хотел совсем не так позвать ее замуж, но только девушка сама подсказала ему эту идею, как уберечь ее от притязаний бывшего жениха. И как он сразу не додумался сделать это?! Ведь это решит множество проблем. И добавит новых, судя по острой реакции Саши.
И все же он обидел ее. Теперь нужно догнать и просить, нет умолять, о прощении. Вот только… разве догонишь вольный ветер, которым она стала, а он всего лишь… дряхлая развалина с издыхающим сердцем.
— Аля! Стой! — ему все же удалось ее догнать, когда девушка остановилась, растерянно озираясь вокруг и пытаясь сориентироваться в незнакомом городе. Люди смотрели на них, будто они давали представление в цирке, кто-то осуждающе качал головой, вероятно, думая о том, что молодежь совсем распоясалась. — Аля! Алечка, успокойся…
Он схватил ее в охапку, едва успевая уворачиваться от сыплющихся ударов маленьких кулачков. Что ж, ее право выплеснуть обиду на него.
— Пусти! Пусти! Ненавижу!!! — задыхаясь от быстрого бега, гнева и слез, закричала она, заставляя прохожих шарахаться от них. Он даже поймал несколько взглядов, в которых застыла настороженность — «не позвать ли полицию?..» читалось в них — но он лишь отрицательно качнул головой. — За что? За что ты со мной так?! Ведь я же… я же не… просила ничего…
— Прости… прости, пожалуйста, — шептал он, крепко сжимая ее в объятиях. Ну почему у них все так?! Шаг вперед — десять назад? — Тише, тише, маленькая моя. Успокойся, — шептал Север, целуя ее мокрые щеки и губы, — я же хотел… просто хотел, чтобы мы…
Он крепко прижал ее к себе, все еще сопротивляющуюся, но вскоре она обмякла в его руках, лишь громко всхлипывая и неловко отвечая на его поцелуи. Север осторожно откинул прилипшие волосы, стараясь заглянуть в глаза Саше.
В груди резко стало не хватать воздуха, но Север боялся отпустить любимую, так как второй раз догнать и остановить ее он не сможет. Сердце снова заполошенно забилось, и он с досадой понял, что до очередного приступа у него слишком мало времени, и надо скорее вернуться к машине, чтобы не напугать ее. Дотянуться до таблеток, лежащих в кармане брюк, ему не удалось. С губ началось срываться прерывистое дыхание, и мужчина пошатнулся, привлекая внимание Саши.
— Север… Север! — взвизгнула она, и в голосе послышались панические нотки. Он попытался сделать шаг, но споткнулся, неловко заваливаясь вперед. Лишь мелькнуло в голове, что
