брата или сестру. И за это никто не накажет — всё легально. Были бы деньги и желание — варианты всегда найдутся.
— А…
— Не перебивай, — жёстко обрываю попытавшегося вставить очередную ремарку родителя.
Мягкие объяснения неплохо работали с матерью и сестрёнкой, а вот с мужской частью семьи лучше быть жёстче, иначе привыкшие к патриархальному укладу отец и приёмный брат начинают наглеть, забывая, кто есть кто. Впрочем, они всё равно не осознавали, с кем имеют дело. Это с одной стороны хорошо — иначе опаска могла перерасти в настоящий ужас, а с другой — не очень: я хоть и несоизмеримо богаче, сильнее и выше по статусу, но в то же время являюсь ребёнком Сона и Каи, да ещё и девочка, которая (в их понимании) должна быть тихой и послушной.
Вот и корёжит мужчин от столкновения двух шаблонов.
— О себе могу сказать, что я, хм, человек, который выполняет важные поручения одной влиятельной особы и решает различные проблемы. Несмотря на возраст, мне хватает силы и мозгов для того, чтобы мне доверяли.
— Это как приказчик у купцов? — хмыкнул Джин. — На побегушках у благородных?
— Не совсем, — сравнение скорее повеселило, чем покоробило, тем более что подобная ошибка в восприятии моего рода занятий мне на руку. — Но местами похоже. А для вас хватит и того, что я обладаю некоторым влиянием и деньгами. В вашем понимании — большими деньгами. Подробности вам не нужны и только введут в замешательство.
— Не думал, не гадал, что меня собственная дочка затыкать будет.
— Я тоже представляла наше воссоединение… иначе. И прибыв сюда, рассчитывала на нечто более приятное, чем брюзжание, революционные лозунги и глупые претензии, — пускаю ответную шпильку.
— Сон, Куроме, Джин! Пожалуйста, ради всех богов… — вмешалась мама, успокаивающе положив руку на плечо мужа и просяще воззрившись на меня.
— Прости дочка, — выдавил из себя мужчина. — Не привык я к тебе и к такому, — не найдя слов он мотнул головой, будто предлагая мне самостоятельно найти нужные эпитеты для произошедших с семьёй перемен. — И нога проклятущая эта… не болит, даже не хромаю почти, а нрав дурной остался. Старого пса тяжко учить свежим трюкам, — невесело усмехнулся он. — А Джин на меня глядит, да повторяет.
— Да, у меня тоже не самый приятный характер, здесь мы похожи, — изгибаю уголок рта в кривоватой усмешке. — Семейное сходство из крови не вытравить. Давайте просто забудем этот момент.
— …Я, кстати, хотела пригласить вас куда-нибудь сходить всем вместе: на музыкальный концерт или на театральное представление, — своей репликой нарушаю тишину, воцарившуюся после взаимных извинений.
Рейка, которая и так пребывала в сонно-расслабленном состоянии, переваривая съеденные вкусности, а стоило возникнуть напряжению между старшими родичами — вовсе притихла, словно мышка, — услышав о развлекательной программе, резко активизировалась. По всей видимости, её «монстр в животе» уже уничтожил добычу и девочка вновь обрела привычную энергичность.
— Старшая сестра, мы идём смотреть клоунов?! — блестя глазами, мелочь заёрзала на своём месте.
Мысленно морщусь, старательно держа лицо.
«Ненавижу клоунов!»
— Не совсем. Я собиралась пригласить вас на нечто, м-м, не столь крикливо яркое.
— А можно клоунов?! Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!
— Цыц, негодница, — зыркнул на неё Сон. — Куда скажут, туда и пойдёшь. Ишь! Сказали театра — значит театра.
Девочка немного скуксилась, но признаков особого расстройства не проявила.
М-да… пожалуй, тащить мелкую на скучный для неё концерт станет перебором. Театр и я не особо люблю, но цирк и клоунов не люблю больше. Пожалуй, стоит найти компромисс и сходить на какое-нибудь яркое и не напрягающее представление. В самый раз для знакомства деревенских жителей с культурной жизнью города. В Империи вроде бы что-то подобное есть: с песнями, танцами, музыкой и постановочными боями на мечах — и даже пользуется популярностью у публики.
Память земной жизни подкидывала смутные воспоминания о китайском оперном театре, где происходило нечто похожее. Хотя за точность воспоминаний ручаться не стану: я-Виктор театры особо не посещал, темой не интересовался и знания в данной области имел соответствующие. То есть почти никакие. А вот в этой жизни можно и просветиться… вместе с родственниками, да. Интернета и кино в этом мире ещё (или, возможно, уже) нет, методов борьбы с благородной скукой не так чтобы много. Думаю, на безрыбье местные обязаны создать нечто интересное.
Ну, помимо неплохой музыки, на которую меня подсадила Эрис, и разнообразной литературы в виде различных трактатов, а также полу- и полностью хентайных книг и манги, что радостно подсовывал мне Кей.
— Не люблю клоунов, но в принципе готова потерпеть, — произношу, подмигнув сестрёнке, которая успела перебраться на колени матери. — Всё же я здесь для того, чтобы мы привыкли друг к другу, а также все вместе приятно провели время. Развлечение себе по вкусу я могу подобрать и после, в одиночестве. Но если нужны не именно клоуны, а что-то весёлое и энергичное, то у меня есть иные варианты. Я специально изучила программу всех более-менее приличных городских площадок.
— Балуешь ты её, — неодобрительно покачал головой отец.
— Не слишком, — едва заметно дёргаю плечом в ответ. — Рейка молодец: усердно учится и хорошо себя ведёт, с другими отдыхающими не дерётся, — насмешливый взгляд в сторону защитника чести революционеров и проституток, то есть, конечно, массажисток. — Почему не пойти ей навстречу?
Приёмный братец «свирепо» на меня зыркнул, сжал челюсть, забавно покраснел, но говорить ничего не стал.
— Сестрёнка Куроме — самая лучшая! — мелкая, соскочив с коленей матери, перебежала ко мне обниматься.
«Перебежчица, хех».
— А ты покажешь волшебство? — спросила девочка, заглядывая мне в глаза.
— Волшебство? — задумчиво переспрашиваю, продолжая тискать и гладить по голове эту маленькую и шебутную копию Акаме.
Мне даже пришлось немного ускорить течение мыслей, дабы сообразить, что можно показать девочке и другим родичам в качестве примера «волшебства». Так-то в
