Голос Аумы охрип, она быстро проговорила:
- Они отперли дверь. Подождите, она должна открываться наружу...
Матимео чувствовал в темноте пожатия лап друзей.
- Зачем ждать? Давайте бросимся на них.
- В атаку!
Они ударили в дверь, и она широко распахнулась. Маттимео бросился на первого, кто оказался на его пути. Тим и Сэм наскочили на другого. Даже слабый свет в туннеле ослепил их глаза, привыкшие к полному мраку. Сцепившись и борясь с кем-то на полу, Маттимео услышал свое имя, произнесенное низким, грубоватым голосом.
- Маттимео, это я, Лог-а-Лог!
Маттимео вцепился в горло Флаггу. При звуке голоса его лапы опустились, звякнув кандалами.
- Стойте, это друзья! - крикнул он.
В тот же момент борьба прекратилась. Маттимео и его товарищи стояли в освещенном факелами коридоре, протирая лапами глаза, Герн восторженно качал головой.
- Что за отряд юных воинов! Не трите глаза так усердно. Дайте я открою ваши кандалы своим кинжалом.
Синтия опять начала всхлипывать, на этот раз - от счастья.
Друзья улыбались друг другу. Постепенно они начинали осознавать, что они больше не пленники Малькарисса, Слэгара, Надаза или еще какого-нибудь злодея.
Смех Маттимео разнесся, отдаваясь в стенах туннеля:
- Ха-ха-ха, свободны! Мы свободны! Это друзья моего отца, Гуосим.
- Поистине это ваш счастливый день, дети. Большинство ваших родителей здесь. Матиас, Орландо, Джабез, Джесс, даже старый Бэзил Олень. Мы объединили наши силы, чтобы отыскать вас. Они внизу, на большом уступе, сражаются с ордами Малькарисса.
Маттимео едва верил своим ушам: его отец, Защитник Рэдволла, - здесь!
Аума громко вскрикнула от радости, Сэм высоко подпрыгнул, Юб важно наморщил нос.
- Я же говорил, что, как бы далеко мы ни оказались, мой старый папаня все равно нас найдет. Вы помни...
Тэсс и Тим подхватили его и закружили. Синтия присоединилась к ним.
- Старый добрый Бэзил, рэдволльцы - все здесь! Ур-ра!
Кружась, они нечаянно опрокинули Флагга, и Маттимео помог ему подняться. Отряхиваясь от пыли, тот широко улыбался во всю пасть.
- Клянусь мехом, когтем и лесными законами, я рад, что мы вас нашли, хотя за это вы должны благодарить нашего Лог-а-Лога. Если бы он не решил отдохнуть здесь немного, мы прошли бы мимо и вы остались бы гнить в этой яме.
Смеясь счастливым смехом, Маттимео встал перед Лог-а-Логом на колени и потряс его за лапу.
- Я знал, что вы нас найдете. О, правда, я знал. что когда-нибудь так и будет! Спасибо тебе, Лог-а-Лог, спаси...
Лог-а-Лог все еще улыбался, хотя глаза его уже закрылись навсегда. Он прожил ровно столько, сколько было нужно, чтобы сдержать свою клятву. Он нашел их детей.
Матиас выбивался из сил. Изнуритель, казалось, имел в себе неистощимый запас бешеной энергии. Невероятный зверь истекал уже кровью от дюжины ран, но его огромные размеры и безумная свирепость, казалось, делали его необоримым. Воин встал в боевую стойку, держа клинок наготове и слегка переводя дух, пока Изнуритель обходил его кругом, выискивая слабое место. Матиас медленно поворачивался, в то время как чудовище пыталось зайти со спины. В арке туннеля бок о бок стояли Орландо и Бэзил, наблюдая за поединком.
- Эта тварь не может одолеть нашего Воина, но Матиас кажется очень усталым. Эта рана у него на лбу - она очень глубока, как думаешь, Бэзил?
- Ха! Сущая царапина, старина! Я бы уже нанес больше ущерба, орудуя ложкой в салате. Не давай Защитнику Рэдволла одурачить тебя - о нет! Через минуту-другую он решит, что настало время завтрака, и сделает из этого, как, бишь, его, хорошую отбивную, помяни мое слово!
Бэзил оказался прав. Когда Матиас увидел, что Изнуритель стоит спиной к стене, он налетел как разъяренный волк. Лишь искры посыпались от камней, когда он могучим натиском обрушился на Изнурителя. Казалось, он занял собою все пространство сражения - рычащий, рубящий, колющий, сокрушающий. Самонадеянная усмешка слетела с морды Изнурителя, он понял, что бой идет не на жизнь, а на смерть. Воин бился с такой силой, которой хватило бы на двоих, и с искусством, отточенным за долгие сезоны тренировок. Изнуритель, собрав все силы, оттолкнулся от скалы и со всей свирепостью ринулся вперед, наставив на Матиаса обе пики. Тот мгновенно среагировал, отскочив в сторону, его клинок сверкнул как молния в летнюю грозу, и обе пики были перерублены одним лихим ударом. Воин по инерции развернулся, но Изнуритель был быстрей бегущей тени. Он прыгнул на незащищенную спину Матиаса и сдавил ему горло обломками пик, стараясь задушить.
Задыхающийся Матиас всадил меч в ногу Изнурителя и, схватившись лапами за пики, рывком пригнулся вперед к земле.
Чудовище пронзительно завопило и, перелетев через голову Матиаса, с глухим звуком шлепнулось у края уступа. Матиас вскочил и бросился на него, но Изнуритель ждал этого: не успел Воин вцепиться в него, как тот резко выбросил все четыре лапы вверх, поддав противника и подняв его в воздух. Матиас почувствовал, что летит. Ударившись о самую кромку уступа, он перекатился через нее и с отчаянным криком полетел в зеленую бездну.
Генерал Железноклюв купался, хлопая крыльями, на нагретой солнцем отмели пруда аббатства. Запрокинув голову, он сделал большой глоток, и капли воды засверкали на его черном оперении. Мангиз стоял рядом и с отвращением наблюдал эту сцену. Он пил воду, но купаться... Это было выше его понимания. Генерал отряхнулся и важно прошелся по кромке воды. Сегодня был день грандиозных планов. Предзнаменования были прекрасными, он чувствовал себя полным сил.
- Чак-ка! Хорошо! Ну, Мангиз, твои видения предвещают наш успех? Твое умственное око по-прежнему видит ясно?
- Кай-ах! Да, Генерал, хотя знамения говорят, что спешить в этом деле не подобает.
- Ка-ах! Не подобает! Что за вздорная куриная болтовня? Послушай меня, мое крепкое правое крыло. Ты только заставь свои видения быть благоприятными, а уж Железноклюв займется планами.
- Но, Генерал, я говорил вчера, что видения указывают...
- Тихо! Крагга! Я уже слышал достаточно. Пойди и приведи сюда всех моих сорок и грачей. Я разработал план, как покончить со всеми этими нелепостями, которые нас здесь окружают. Хороший план, простой, без всяких уловок и ухищрений, которые пригодны лишь для дроздов на заборе. Начиная с сегодняшнего дня мы будем сражаться, как сражались на севере, - никаких подкрадываний со спины, прямая атака, открытый бой, крыло к клюву, и никаких пленных. Теперь ступай!
Мангиза мучили ужасные предчувствия, но он знал, что бесполезно разговаривать с Генералом, когда тот охвачен завоевательским духом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
