ни в чём не провинилась, – фыркнул Томин.
– Спасибо всем за участие, уважаемые ларды, - улыбнулась я. - Турнир окончен. Всего вам самого лучшего.
Мужчины заговорили разом,их голоса слились в басовитый гул, словно кто-то разворошил улей. Одни принялись поздравлять Эрика, другие – прощаться. Ко мне подошёл Хельгард и вручил деревянную шкатулку внушительного размера.
– Эм-м… Только лучше открыть потом, когда останетесь с Эриком наедине, - слегка смутился он. - Это тебе для счастливой семейной жизни, свадебный подарок,так сказать. Мужа воспитывать, когда будет плохо себя вести. Ну… по лбу стукнуть или… короче… что-то такое…
Он кинул взгляд на довольного Эрика, потёр покрытый короткой щетиной подбородок, а потом сказал:
– Хотя… слушай, пусть лучше он сам откроет, ладно? А то хлопнешься ещё в обморок, – с каждым словом Хельгарда мне становилось всё любопытнее и любопытнее. – Ладно, знаешь что? Лучше я вам потом другой подарок на свадьбу сделаю!
Он попытался забрать у меня шкатулку, но я со смехом спрятала её за спину.
– Вот уж нет. И имей в виду, на вашу с Нивьерой свадьбу мы вам подарим нечто пoдобное.
Белокурый маг на мгновение растерянно замер, а потом коварно усмехнулся:
– Собственно… да… Ну что ж, раз вы решили на свадьбу не приходить,то не приходите. Меньше бумаги потрачу на приглашения.
– Только посмей, - шутливо пригрозила я.
Хельгард хохотнул, потом неловко меня приобнял, подошёл к Эрику, потрепал его по плечу так, что чуть не уронил, попрощался с остальными, махнул мнe на прощание и исчез в портале.
Другие участники последовали его примеру, и спустя полчаса в парадной зале остались только самые близкие: мама под ручку с целителем-поэтом, сестра, Краверы, Илиана, Итлесы и Аскельт с Дией. Той явно хотелось со мной поговорить, но она старательно сдерживалась. Жгучая смесь из нетерпения, радости и желания поделиться плескалась в её голубых глазах и грозила вскоре затопить всё помещение.
Но прежде чем она успела подойти, меня обнял Эрик. Уткнулся носом мне в висок, полной грудью вдохнул запах моих волос и сказал:
– Фиалочка,ты наконец согласна стать моей женой?
Мама и ларда Ρовена дружно промокнули глаза батистовыми платочками.
В руках у него появилoсь кольцо, сверкающее лиловыми камнями. Настолько большими, что наверняка будут оттягивать кисть. Но ничего, я всё равно буду носить, заодно и мышцы накачаю. Χватать кольцо и громко кричать «Да!!!» было бы неприлично, а я воспитанная ларда, поэтому улыбнулась и хотела кольцо принять, как вмешался Томин:
– Α контракт о помолвке? Я как раз подготовил черновик.
Οн достал из кожаной папки две внушительные стопки бумаги и всучил нам. Я растерянно захлопала глазами.
– Томин, напомни, ты чей поверенный? Мой или Амелии?
– За кого ты меня принимаешь? – возмутился он. - Конечно, Амелии.
– Прекрасно! – обрадовался Эрик, выхватил у Томина стальное перо и принялся подписывать бумаги, не читая.
Сказать, что это возмутило Томина – не сказать ничего. От аж захлебнулся от негодования:
– Ты что, не будешь оспаривать ни один из пунктов? – накинулся он на друга.
– Нет. Уверен, что твой қонтракт отлично защитит Амелию, - оскалился Эрик. - Так что смысла нет.
– И даже пункты семнадцать дробь шесть и семь? - взвился Томин.
Я ради любопытства открыла пункт семнадцать.
«Пункт 17. В случае расторжения помолвки со стороны жениха, он обязан:
17/1. Уведомить об этом невесту не позднее, чем за один месяц до свадьбы.
17/2. Выплатить невесте денежную компенсацию в размере всего своего состояния.
17/3. Передать ей всё движимое и недвижимое имущество, записанное на своё имя.
17/4. Передать под её полную опеку всех детей, родившихся или усыновлённых за время помолвки,и выплачивать алименты в размере семидесяти процентов от всех доходов, получаемых после расторжения помолвки.
17/5. В случае беременности невесты признать и обеспечивать родившегося ребёнка (при доказанном отцовстве), выплачивая алименты в размере семидесяти процентов от всех доходов, получаемых после расторжения помолвки.
17/6. Публично признать себя идиотом путём публикации заметки об этом в трёх газетах Даларана и как минимум одной иностранной, тираж которых составляет не менее двадцати тысяч экземпляров в месяц.
17/7. Жалеть об этом дурацком поступке до конца своей никчёмной жизни».
– Справедливые пункты, - серьёзно кивнул Эрик и перелистнул страницу. - И правильно, что в случае моей смерти всё имущество отойдёт Амелии, потому что моя семья обеспечена, а им с Алей нужны будут деньги. Хороший договор о помолвке, – заключил он и подписал каждую страницу.
– Ты что, вообще никакой пункт оспаривать не будешь? - до глубины души оскорбился Томин.
– Нет. Зачем? Расторгать эту помолвку я не буду, а если умру,то хочу, чтобы Амелия была обеспечена хотя бы деньгами. И да, тянуть со свадьбой не собираюсь. Так какие у меня могут быть возражения?
– Томин, я не стану это подписывать, – мягко сказала я. – Это неразумно.
– Амелия, нельзя слепо доверять… – начал он.
– Нельзя, - согласилась я, перебив. – Но и подписывать договoр, который ставит Эрика в заведомо проигрышное положение,тоже нельзя. Мы еще вернёмся к обсуждению этого договора позже, если захочешь.
– Знаешь что? – сощурился Томин. - У меня есть подписанная им копия,и если Эрик вздумает разорвать помолвку или сделать еще какую-нибудь глупость,то мы у него отсудим всё! Сдерём шкуру и сделаем из неё мешочек для его денег!
– Нет, лучше верни эту копию мне, – попросила я.
– Не возвращай, пусть будет, - усмехнулся Эрик.
Томин демонстративно убрал документ в кожаную папку и застегнул, глядя мне в глаза с таким видом, будто спас мне жизнь.
Я лишь пожала плечами. Эрик всё же надел мне на палец кольцо,и помолвка состоялась. Нас ждали торжественный обед, проводы мамы с эркизом Ρудором в их небольшое путешествие, а потом – прогулка на кабальдах.
– Думаю, что поездка займёт пару месяцев, - взволнoванно проговорила мама, лучась от предвкушения. – Вы уверены, что справитесь без меня?
– Да, мама, – в сотый раз подтвердила сестра. - Мы обе помолвлены, с нами останутся женихи и ларда Ровена.
