Читаем без скачивания Чужие пространства - Евгений Гуляковский

— Тогда компьютер останется без энергии… Пожалуй, это может получиться.

— Это обязательно получится. Получится, потому что они никогда не принимали пас всерьез в своих расчетах и планах. Те, кто попадает в рабосты или на рудники, вычеркиваются из всех учетных карточек Комора. Мы для них больше не существуем, кто же будет считаться с мертвецами?

— Но вам потребуется немало времени для того, чтобы пробиться с нижних палуб к управляющей рубке корабля. С помощью ремонтных работ новый щит можно смонтировать за полчаса.

— Вот тут вы правы. И поэтому кто-то должен будет заранее проникнуть в рубку.

Забаррикадироваться там и взять на себя управление кораблем вручную, на то время, пока мы захватим все палубы. Иначе они перекроют проходы и изолируют нас в отдельных отсеках.

— И этим человеком может быть лишь тот, кто сумеет осуществить подобное управление.

— И тут вы правы. Им может быть только новый капитан этого корабля.

— Спасибо за честь. Однако не думаю, что у меня много шансов слишком долго удержаться в этой должности.

И он еще говорил мне об отсутствии плана! Этот человек точно знал, чего хотел, и все рассчитал наперед.

— Когда вы собираетесь начать?

— Как только вы поправитесь.

— Я чувствую себя вполне терпимо и не слишком задержу вас.

— Несколько дней не имеют значения. Здесь у нас есть достаточно мест, в которых можно спрятать человека. Официально, в одном из рапортов, упомянут о вашей гибели.

Глава 10

По совету Стрима я не взял с собой никакого оружия. Так у меня было больше шансов добраться до верхних палуб. Там я надеялся проникнуть к Гагарову и, согласившись со всеми его требованиями, в качестве штурмана получить реальный шанс попасть в управляющую рубку.

Задача осложнялась необходимостью строго выдерживать график. Как только я поднимусь выше шестого яруса, всякая связь с нижними палубами будет прервана. Я должен оказаться в рубке в точно назначенное время. Мне не удастся продержаться там слишком долго, а если я начну действовать до того, как центральный компьютер выведут из строя, меня уничтожат его защитные системы.

Вообще говоря, вся эта затея имела слишком мало шансов на успех, и все же я чувствовал необычайный подъем, почти радость — радость оттого, что наконец мог поступать по собственной воле, без невидимой направляющей руки всемогущей корпорации.

Продвигаясь по бесконечным пустынным коридорам захламленных нижних палуб, производивших впечатление каких-то старинных свалок металлолома, я думал о том, что если этот старый, но все еще могучий корабль окажется под моей командой, я сумею навести здесь порядок.

И еще я прикидывал, как можно использовать крейсер, после того как мы его захватим, уведем в безопасный район, восстановим все повреждения. Что потом?

Какое-то время нам придется осуществлять рейды для захвата транспортников Комора, чтобы восстановить запасы топлива и подготовить корабль к дальнему рейсу, а затем… Я усвоил в жизни одно простое правило: если возникшая передо мной задача оказывалась слишком сложной, ее следовало разбить на множество простых, маленьких, легко выполнимых условий. И постепенное накопление под ногами необходимого фундамента рано или поздно возносит на вершину. Но прежде чем думать о следующем восхождении, следовало закончить начатое.

Я поправил все время сползавший на бок тяжелый футляр с лазерным паяльником.

Этот универсальный инструмент поможет мне справиться с любым замком, а в случае необходимости, послужит неплохим оружием в рукопашной схватке. Сделав несколько глотков горьковатой воды из маленькой пластиковой фляжки, прикрепленной к грязной защитной робе, я двинулся дальше. Эта роба внешне ничем не отличалась от стандартной одежды рабоста, но под ней скрывалась защитная пленка, снятая с костюма охранника. Она способна выдержать удар холодного оружия и даже небольшое излучение. Это была лучшая защитная одежда, которой располагали рабосты. В ней я мог подниматься приблизительно до шестого уровня, не вызывая особых подозрений.

Затем придется любым способом раздобыть новую одежду.

Очередной подъем по аварийному межпалубному трапу закончился у круглого люка, ведущего в верхний коридор. Мне все время приходилось двигаться по запасным переходам — так было больше шансов не столкнуться с охраной. Сверившись со схемой, полученной от Стрима, я осторожно приподнял крышку и осмотрелся.

Мне опять повезло: коридор был пуст. Чем ближе удастся пробраться к центральным палубам, тем больше вероятность того, что меня хотя бы выслушают. Здесь охрана не будет даже разговаривать с разгуливающим на свободе рабостом…

Едва я вылез из люка, как металлический голос корабельных динамиков гулко покатился вдоль коридора:

— Рабост номер четыреста семь! Немедленно вернитесь на свое место!

Проклятье! Здесь работали охранные сканеры, и теперь компьютер не оставит меня в покое, пока я не выполню команду… Что же делать? Стюард говорил, что на корабле много заброшенных помещений, в которых датчики не работают. Если мне удастся разыскать поблизости что-нибудь подобное, прежде чем мной всерьез займется охрана, у меня появится шанс. Я бросился вперед, стараясь как можно быстрее проскочить открытый коридор.

— Рабост номер четыреста семь! Немедленно вернитесь на нижнюю палубу! — назойливо повторил компьютер. Теперь он наверняка включит тревогу — но конец коридора был уже совсем рядом!

За поворотом, буквально в двух шагах от меня, стоял ухмыляющийся охранник. Он стоял здесь, видимо, уже давно, затаился, как только включились динамики, и ждал свою жертву, словно охотник в засаде. Ствол лучевого пистолета, направленный в мою сторону, дрогнул и выплюнул раскаленный добела сгусток протонов.

На груди у меня вспыхнуло ослепительное пятно разряда, я почувствовал легкий толчок. Охранник пошатнулся и упал. Я стоял оглушенный, ничего не понимая, а мой противник неподвижно лежал у моих ног с выпавшим из рук пистолетом.

Защитная пленка в моей робе не способна отразить заряд лучевого пистолета. Что же произошло? Выглядело это так, словно в момент выстрела меня прикрыли защитным полем. Человек не сумел бы это сделать достаточно быстро. Компьютер? Это единственное правдоподобное объяснение. Но почему? Этого я не знал. И, скорее всего, никогда не узнаю. Что-то в его схемах сработало не так. Рабост должен был выполнить распоряжение машины и вернуться на нижние палубы, но для этого необходимо сохранить ему жизнь, не в этом ли дело? Я не знал. Я нагнулся над охранником. Он был мертв. Отраженный от моей робы лучевой выстрел попал ему прямо в лицо, и теперь оно походило на спекшуюся черную маску.

Вот она, нужная мне одежда… Что ж, мне оставалось только воспользоваться еще одним предоставленным судьбой счастливым шансом. Не слишком ли их много выпадало на мою долю? Впечатление складывалось такое, словно некто невидимый весьма настойчиво и любезно крутил колесо случая в благоприятную для меня сторону…

Спустя минуту на полу коридора лежал в робе рабоста мертвый охранник.

Вряд ли им здесь заинтересуется кто-нибудь, кроме уборщиков. Проверив заряды, я вложил пистолет в кобуру и пошел дальше не торопясь, как и положено ходить знающему себе цену охраннику. Компьютер, после этого переодевания, похоже, потерял ко мне всякий интерес.

Однако на этом мое везение закончилось. Через несколько минут, добравшись до следующего уровня, я натолкнулся на вооруженный наряд. Их было четверо, и искали они, судя по всему, именно меня. Во всяком случае, они не стали вступать со мной в переговоры, а сразу же заблокировали проходы по обе стороны коридора и ощетинились стволами лучевиков, грозно темневшими над жилетами самозащиты.

Только после этого командир отряда обратился ко мне через корабельный интерком, разнесший его голос по всей палубе металлическим рыком: — Сопротивление бесполезно. Бросьте оружие.

Поскольку я не торопился выполнить его требование, он продолжил: — Если вы немедленно не подчинитесь, мы заблокируем коридор и прекратим подачу воздуха!

Из этого следовало, что чувствовали себя мои противники не слишком уверенно, они даже не пытались угрожать мне немедленным открытием огня. Очевидно, результат предыдущего выстрела по моей персоне был им отлично известен. В таком случае, мной заинтересовались всерьез, они воспользуются всей мощью корабельной техники, и, похоже, они меня очень боятся. С чего бы? Во всяком случае, именно страх делал их по-настоящему опасными, и я решил не искушать судьбу.

Пистолет звякнул о металлическую плиту палубы, я отодвинул его в сторону и показал им пустые ладони.

Начальник корабельной службы безопасности лейтенант Лоуэлл был худ и излишне молод. Его сухие руки, без всякого видимого смысла, перебегали по разложенным на столе бумагам, словно не знали, на какой из них следует остановиться.