Барон направился к судье, а его дядя перешел на соседнюю аллею. И сначала все шло по намеченному плану.
Приподняв цилиндр, Рейнард поклонился, рассчитывая, что Бёрнс захочет обменяться с ним хотя бы парой фраз. Так оно и случилось. Однако вскоре к ним, вопреки изначальному плану, присоединился граф Аэрли.
– Рад видеть вас в добром здравии, мистер Бёрнс, – сказал он, обращаясь к судье.
– Милорд? – Тот радостно заулыбался. – Что привело вас в наш город? Дорогая, – обратился он к супруге, – позволь представить тебе моего благодетеля, графа Аэрли…
На такое барон точно не рассчитывал. Версия о виновности Бёрнса уже давно казалась ему маловероятной, но меньше всего он ожидал, что они с дядей окажутся старыми знакомыми. Рейнарду даже пришлось извиниться и некоторое время бродить по парку в гордом одиночестве, прежде чем граф Аэрли вновь к нему присоединился.
– Как ты уже понял, это ни в коем случае не Макбет, – сказал дядя, отвечая на молчаливый вопрос барона. – Мы с Джозефом знакомы со времен учебы в Дун-Эйданском университете. Во время учебы Бёрнс был тем еще бедокуром. Его отчислили. Но после переезда в Ландерин и перевода в Королевский колледж с ним случилась… любовь, – улыбнулся граф. – Девушка была из хорошей семьи, и ее не выдали бы замуж за беспутного гуляку без единого фенинга в кармане. Пришлось Бёрнсу браться за ум и получать образование. Однако кредиторы нашли его и здесь. Джозеф обратился за помощью к родным, но они ему отказали. К счастью, в то время я приехал с родителями в Ландерин и оказал ему помощь. Сумма была немалая, но для меня посильная. Джозеф уже отдал мне все до последнего фенинга. Вот так, Рей, любовь превратила гуляку и игрока в приличного джентльмена. Он смог жениться на предмете своих воздыханий и, как видим, с тех пор счастлив и весьма доволен своей жизнью.
– Еще одна гипотеза потерпела крах, – признал барон. – Но зато теперь я могу сообщить вам самую хорошую на сегодня новость. Правда, она такая хорошая, что у меня есть опасения за ваше здоровье. Как вы себя чувствуете?
– Прекрасно, – ответил граф, начиная волноваться.
– Может, вы хотите сесть на лавочку?
– Рейнард! – зарычал дядя. – Что за новость?!
– Я нашел Айлин. Она жива, здорова и ждет вас в доме неподалеку.
Граф рванул рукой воротник, словно ему стало нечем дышать.
– Это правда? – спросил он, почти падая на лавочку, которая, к счастью, была рядом.
– Да. К сожалению, Айлин почти ничего и никого не помнит. Но это совершенно точно ваша дочь. Я не сказал вам сразу лишь потому, что нужно было сначала проверить судью Бёрнса.
– Мальчик мой, – в порыве чувств граф вскочил на ноги и крепко обнял племянника, – я никогда не расплачусь с тобой за этот подарок. Но знай – я твой вечный должник. А теперь пойдем… пойдем быстрее к моей девочке!
Глава 32. Встреча с медиумом
Лесли ждал Санду у лесного родника, что журчал, вытекая из неглубокой пещеры в подножье Соснового холма. Дом мистера Фокса находился на противоположном склоне, так что вряд ли кто-то мог стать свидетелем встречи брата и сестры.
– Как ты? – спросила Санда, подойдя к Лесли и вглядываясь в его изможденное лицо.
– Хорошо, – безразлично ответил брат, глядя куда-то в темную прохладную глубину пещеры.
– Непохоже.
– Какое это имеет значение?
– Для меня имеет. Я все еще твоя сестра. – Санда попыталась взять брата за руку, но он ловко увернулся.
– Зато я уже не тот человек, которого ты знала.
– Понимаю. Но ты по-прежнему мой брат. Каким бы ни стал. И… ты прав. Во всем. Мне действительно давно следовало уйти из твоей жизни, чтобы найти свою дорогу.
– Рад, что ты поняла. – В голосе Лесли не было прежней доброты – лишь полное безразличие ко всему.
– Ты звал меня, – напомнила ему Санда. – Зачем?
– Мистер Маллиган просил тебя зайти. У него есть важные сведения о пропавших девочках.
– Мистер Маллиган? – переспросила Санда. – А кто это?
– Мой учитель.
– Учитель?
– Медиум. Он учит меня говорить с ними. – Лесли кивнул куда-то в сторону родника.
– С ними? – Санда поневоле сделала шаг назад – подальше от пещеры.
– Не бойся. Они не причинят тебе вреда, – заверил ее Лесли, а потом добавил холодно: – Во всяком случае, пока ты не пытаешься причинить вред мне.
– Это угроза?
– Нет. Факт. – Лесли повернул голову и посмотрел сестре в глаза, и от этого взгляда у девушки мороз прошел по коже.
– Джереми Риджентса убили они? – догадалась Санда.
– Да.
– Это ты им приказал?
– Им никто не приказывает. Они сами выносят приговор. – Так мог бы говорить бездушный автоматон. И Санда начинала понимать Айлин. Брат стал кем-то совсем другим.
– Их много?
– Да. Но здесь пока только одна. – Сказав это, Лесли посмотрел на что-то невидимое, что стояло рядом с ним и было ниже его на полголовы или около того. – Ее зовут Виола.
– У нее есть имя?
– Разумеется. Имена есть и у мертвых, – холодно ответил брат, а глаза его на мгновение стали полностью черными.
– Лесли, ты меня пугаешь! – не выдержала Санда. – Или ты… не Лесли?
– Тебя ждет мистер Маллиган. Замковая улица, дом девятнадцать, – прозвучал ответ.
Глядя в спину уходящему брату, Санда тщетно ломала голову над тем, как ему помочь. Разговаривая с Эбби, она думала, что защищает взрослого самостоятельного мужчину, но теперь… теперь она видела в Лесли изменения – слишком странные и страшные. Те, которые нельзя объяснить обычным взрослением.
Дом мистера Маллигана никак не напоминал прибежище мрачного медиума. Здание было светло-бежевого цвета с огромным количеством цветочных горшков на подоконниках и яркой клумбой вдоль фасада. Гостью встретила опрятно одетая служанка, которая проводила Санду в крохотную гостиную. Эта комната, судя по круглому столу, испещренному загадочными символами, старинной каменной чаше и черепам на каминной полке, а еще тяжелым черным шторам, служила местом проведения спиритических сеансов.
