Он с ужасом глядел на свою начинающую движение вниз руку с мечом… Нет, не с мечом! Андреа даже на секунду забыл обо своём незавидном положении от радости — сверкающий по лучами отсутствующего солнца меч так и остался висеть у него над головой, словно вмёрзший в воздух, а пустая рука с впустую махнула перед носом Ану.
Юлька коротко выругалась, подвигала «мышкой», заставив сначала Андреа пошататься туда-сюда, а потом и девушек. Подошла сама и, словно на каменный памятник, забравшись на коня, попыталась схватить меч сама, но её рука прошла сквозь него, как сквозь воздух. Это не показалось таким уж удивительным — когда Юлька ставила ногу в стремя, потом бралась за руку Андреа, как за поручень, он даже не чувствовал её прикосновения, словно бы вокруг него суетилось бесплотное изображение.
— Что за чёрт… — процедила она сквозь зубы, и вернувшись на землю, дала новый приказ.
Андреа продолжал чувствовать себя управляемым манекеном, но теперь у него появились возможности выбирать — приказ подразумевал объехать несколько возвышенностей, и вернуться на прежнее место. По крайней мере можно было самому выбирать дорогу. Похоже, что конь под ним тоже почувствовал это, потому что вместо того, чтобы двинуться по чётко указанному маршруту, он пошёл сначала вправо, потом влево, потом вернулся на предыдущий курс…
Путешествие заняло минут десять, а когда Андреа вернулся на прежнее место, сцена с мечом повторилась — снова команда взять, и снова неудача. Правда на это раз ему удалось меч схватить, и даже чуть-чуть сдвинуть его, но блестящий металлом клинок вновь превратился в призрак, и теперь на головой Андреа висели два меча — один в том же положении, как и раньше, и второй — в сдвинутом.
Лицо Юльки сделалось сумрачным. Она бросила "мышью, потрещала пальцами по клавиатуре, но ничего не изменилось.
«Ну что? Съела?» — злорадствовал Андреа, и он готов был бы поклясться, что во вроде бы ничего не выражающих глазах Голди и Ану-инэн появилось такое же выражение, и сожаление, что нельзя это сказать вслух.
Видимо дама Юлианна и без подсказок вслух поняла, что всё идёт не так как надо. По прежнему, обращаясь не к Андреа, а в основном сама к себе, она заговорила, вернее даже сначала запела на смутно знакомый мотив, диссонирующий с продолжающей назойливо звучать музыкой:
— Спущен флаг, открыты люки… В коридорах бродят глюки… Хей, тичар! Тихо бродят глюки… Что ж ты сволочь, не берёшься-то а? Вот ведь не попёрло! Ну ладно, на каждую хитрую задницу найдётся болт с левой нарезкой. Счас мы тебя, дружок, пожалуй изнутри подремонтируем…
Видно было, что это решения далось Юльке нелегко, и что выполнение его связано с чем-то неприятным — она принялась за дело не сразу, а некоторое время колебалась, и один раз положив руки на клавиатуру, их убрала, но на второй раз оказалась более решительной, и всё же что-то простучала на ней.
Нельзя сказать, что Андреа приготовился к самому худшему — даже если и существовало положение более гадостное, чем то, котором он оказался, то для того, чтобы его представить, у него уже не хватало воображения. Тем не менее он ожидал, что произойдет хотя бы что-то, например Юлька превратится в злобного дракона, и начнёт «ремонт» драконовскими методами.
Но не произошло ничего. Просто на удивление ничего, Юлька как сидела на корточках, так и осталась сидеть. Потом встала и подошла к Андреа, вновь полезла на коня, и вот тут-то он понял, что изменилось. Во-первых её внешность — она тоже стала состоять из неестественно освещенных и скомбинированных поверхностей, хотя двигалась значительно более свободно, чем все остальные, виденные до сих пор здесь. А во вторых — если во время первых её упражнений ни он, ни конь просто ничего не почувствовали, то теперь за спиной Андреа на круп коня лез человек… вернее теперь не человек, а объект, прикосновения которого чувствовались, который имел объём и вес.
Держась за плечо всадника, она привстала, протянула руку, и легким рывком вытащила первый меч из того прозрачного «нечто» в котором он застрял! Второй подался легче, и Юлька соскочила наземь с обоими мечами под мышкой, похожая так на маркитантку-мародёршу…
И в этот момент на фоне музыки раздалось могучее «Бабах!», а потом ещё один такой же звук. Там, где лежала джинсовая сумка Юльки и её клавиатура вспухли два огненных разрыва, а когда огонь опал, то на их месте осталось аккуратное пятно обгорелой земли.
Первым движением Юльки было броситься туда, но сделав один только шаг она остановилась. Из-за двух холмиков одновременно показалось сразу около полутора десятка гоблинов в красных повязках, но на это раз среди них носильщиков не было, зато только бойцов с топорами насчитывалось штук пять. Остальные тоже относились к воинской касте: лучники, копейщики, а на заднем плане взявшись по двое мускулистые артиллеристы тащили пару салазок с короткими мортирами. В камнях салазки почему-то не застревали.
Молча и деловито они окружили чужаков, потом замерли, ожидая чего-то или кого-то, и Андреа наконец понял, кого же ему напоминали своей манерой двигаться и гоблины, и он сам. Дракины! Вот здесь бы они были словно дома! И кстати, помогли бы Юльке выпутаться из этой ситуации — трое гоблинов с топорами наготове стояли вокруг неё, и лучники тоже держали своё оружие нацеленным в ту же сторону. На Андреа и девушек не то что бы внимания не обратили, но отнеслись с пренебрежением, оставив рядом с ними одного лишь воина с копьём наперевес — чисто для порядка.
Юлька озиралась по сторонам, и даже в упрощённом виде её лицо выражало бешенство.
«Ещё бы!» — Андреа бы с удовольствием ухмыльнулся бы, но пришлось ограничиться внутренним смешком. — «Инструментики-то твои — тю-тю! Вот тебе и тупые юниты! Хотя они, похоже действительно тупые… Стоят и стоят. Словно чего-то ждут… Или кого-то?»
Оказалось, что ждали они именно кого-то, и этот кто-то появиться не замедлил. Из воздуха сгустился высоченный… действительно кто-то. Ни человеком, ни гоблином, ни представителем какой-либо ещё знакомой Андреа расы «кто-то» не был, но вид имел тем не менее внушительный, хотя бы потому что ростом был на две головы выше Андреа, по-прежнему сидящего на коне. Налитые кровью раскосые глаза, свисающий раздвоенный язык, три острых рога, возвышающиеся над головой, словно корона, руки, одна из которых оканчивалась кистью с десятью пальцами, увенчанными саблевидными когтями, а другая плавно переходила в скорострельный пулемёт с вращающимся блоком из шести стволов…
Ну и конечно, красно-чёрный плащ на плечах. При виде этой детали Андреа сразу приободрился — такой плащ давно стал чуть ли не униформой прислужников Тёмного Владыки, какую бы форму они не принимали. Конечно, от этого легче не было, но всё же из многих зол Андреа всегда предпочитал знакомое.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
