Конечно, я намеренно пишу только имена подписавших, поскольку в своём дневнике в книге «Создание Республики Сербской», Никола Колевич так пишет о последующих событиях:
Случалось и «искренне радоваться», даже праздновать подписание документов в присутствии генерала Роуза и «миротворца» Акаши, а на полях сражений тянулись дни, полные страданий, особенно в «бихачском кармане». Всё это время Холбрук в Сараево ведёт переговоры с мусульманами, американцы их тайно вооружают, появляются и какие-то новые лица — американский член Контактной группы Чарльз Томас, который на заваленные документами столы переговоров добавляет ещё один — «Позицию Контактной группы»! Команда усиливается представителями английской, немецкой и российской сторон. В переговорах участвует «признанная» БиГ и Республика Сербская, находящаяся под санкциями. Хорваты тоже где-то рядом.
Вмешательство генерала Младича
Когда в какой-то момент переговоров главный американец Томас произнёс почти угрозу, что можно переговариваться сколько угодно, но «в конце обе стороны обязаны согласиться», вмешался генерал Младич.
В своём дневнике Колевич записал, что Младич произнёс взволнованную, но исключительно логичную и системную речь, достойную великих сербских полководцев прошлого:
— Это вы нам говорите об равных правах и одинаковых стандартах, а сами используете двойные стандарты постоянно, с начала войны? Что же тогда должна означать эта последняя резолюция, появившаяся прямо перед нашей встречей? Ещё более жёсткие санкции? Это что, признак одинаковых стандартов? Признание, как вы знаете, господа, не было равноправным. В противном случае не было бы этой войны. Вы говорите, что Босния сейчас — международно признанное государство, а не вспоминаете, что и Югославия была признанной, да только от того признания ничего не осталось. За три года она доведена до статуса страны, не являющейся постоянным членом ООН, а ведь была её основателем.
После чего, пишет Колевич, Младич упомянул то, что было так же логично, как и мудро:
— Мы не ждём, что великие признают свои ошибки. Великим это сделать тяжело, практически невозможно. Но мы вправе ждать, что они их исправят. Вы говорите о союзе, но ни один ребенок, которого вы встретите сейчас, выйдя из здания, не согласится, чтобы его в мире представляла мусульманская Босния. Не надо восстанавливать старые барьеры и создавать почву для новых войн. Очевидно, что права сербов не признаются. В конце концов, о свободе передвижения сербов на мусульманских территориях вы никогда и не хотели говорить! Третий раз в этом веке мы воюем с теми, кому мы протягивали руку, а они нас бросали в ямы! Наконец скажите мне, ответьте, как мне объяснить своей матери, что в свои восемьдесят лет она не может получить необходимые лекарства, а в это самое время я пропускаю медицинский конвой для мусульман в Горажде?
После этой речи Младича встреча закончилась в тягостном молчании.
Сербы пришли к выводу, что Картер своими действиями спасал Дудаковича и его 5-й корпус от очевидного поражения, АРС оказалась в унизительном положении, отступив под политическим давлением — компромисс, на который пошло политическое руководство, и при всём том американцы стали вести ещё более оголтелую антисербскую кампанию! Из-за подстроенных инцидентов сербы вынужденно оказались в положении виноватых, и в продолжающихся переговорах над ними всё больше нависает опасность (подготовленной) бомбардировки. Руперт Смит постоянно обращает внимание СООНО на то, что АРС нарушает разные договорённости (которые применялись исключительно по отношению к сербам) и предупреждает, что обладает полномочиями осуществить бомбардировки «второстепенных целей».
Наши бойцы оборонялись отчаянно и героически
«В том, что наши бойцы действуют исключительно в целях самообороны, я убедился на Влашиче 27 и 28 марта 1995 г., — пишет в своём дневнике Никола Колевич. — Я видел, что на десять мусульманских гранат наши отвечают лишь изредка. Мусульмане их били с занятого плато, небольшого, но стратегически важного. Наши отчаянные бойцы, в снегу по пояс, героически восстановили прорванную линию фронта. А потом, когда линия была восстановлена, зазвучала краинская песня! Это было невероятное ощущение: песня разнеслась по всей длине фронта на пять-шесть километров. Все пели ту же песню, охваченные одним чувством. Когда сталкиваешься с такими проявлениями и такими героическими усилиями бойцов, тогда тяжеловато, чтобы не сказать более выразительно, вновь возвращаться к дипломатическим инициативам и серьёзно отнестись к каким-то известным именам в надежде, что к решению вообще можно прийти политическим путём».
Давление на сербов было подкреплено заявлением судьи новоиспечённого так называемого трибунала в Гааге, созданного специально по бывшей Югославии (скоро станет ясным, что против сербов) — Ричардом Голдстоуном. Он заявил, что выдвинет обвинения против Радована Караджича, Ратко Младича и Мичие Станишича за военные преступления в БиГ!
Акаши настоял на повторной передаче аэродрома под контроль СООНО (для использования мусульманской и хорватской стороной без какой-либо ответственности). Хорваты по системе «блицкриг» атакуют Посавину и проводят этническую чистку, изгнав более 5000 сербов, при этом не установлено число сотен убитых гражданских лиц. Солдаты РСК сдавали своё оружие представителям СООНО, а те их передавали хорватам как военнопленных. Свыше 1500 человек тогда «пропало». Восемнадцатого мая в Градишку из Западной Славонии прибыл десятый конвой беженцев-сербов: женщины, дети, старики. Несмотря на существование военного союза PC и РСК, PC не пришла на помощь РСК, потому что «всё происходило так стремительно, что мы были не в состоянии что-либо сделать, тем более, что связь была повреждена, поэтому наша артиллерия не могла быть задействована без угрозы и силам АРСК,[76] а из-за внезапного прорыва хорватов наша армия не смогла перейти на другую сторону Савы», — объяснил Караджич на заседании Главного правления СДС 21 мая 1995 г. Он пришел к выводу, что война с Хорватией в конце концов неизбежна, обвинил левых «как деструктивную силу, не предлагающую никаких возможных удовлетворительных решений, отвечающих сербским национальным интересам». Определил, что «происхождение наших трудностей это прежде всего блокада на Дрине», что «негативную роль играет и недоверие между военными и гражданскими структурами, включая интриги в органах власти». «Нужно помнить, что цель нашего врага — свергнуть эту власть из-за отказа от плана Контактной группы». Караджич «предлагает реконструкцию Главного штаба и низших уровней командования» (Колевич Н. Создание PC. Белград, 2008. С. 144–145).
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
