Читаем без скачивания Письма президентам - Александр Минкин

«Гэллап» всем предлагает поставить пиплметр, но соглашаются приблизительно 40 % (из тех 60 %, которые согласились отвечать).

Через некоторое время им звонят по телефону: «Не передумали?» И оказывается, что две трети передумали и ставить прибор не хотят. Остается треть от тех 40 % от тех 60 %, что согласились отвечать.

А когда мастера приезжают устанавливать прибор, еще значительная часть согласившихся отказывается в последний момент.

В конце концов на пиплметр соглашается 5 %. Люди особенные. Если 95 % отказываются, значит, 5 % согласившихся резко отличаются от подавляющего большинства.

Статистика «Гэллапа» стабильна (и в России, и везде): несмотря на все приманки и подарки, только 5 % опрошенных соглашаются поставить у себя пиплметр. Только среди них выбираются «эксперты», которые нажимают кнопки, а мы узнаём, что нравится «народу».

Жизнь с прибором

На всю Москву – 550 семей. Кто эти люди? Их имена держатся в тайне. «Гэллап» гарантируют им анонимность.

Эти 550 семей постоянны. Некоторые живут с прибором долгие годы. Что с ними происходит? Если им уже давно все отвратительно, то, может быть, они включают, регистрируются, но не смотрят, сидят в соседней комнате? Но если они перестанут включать – у них отнимут прибор, призы. Значит, они смотрят не как зрители, а как наемники.

Их вкус опускается, их восприятие нарушено. Привычка смотреть пакости превращается в потребность и оборачивается спросом на пакость.

Психологи по моей просьбе описали (предположительно) такую личность.

Вряд ли согласится на пиплметр профессионально успешный, активно работающий, хорошо зарабатывающий. Вряд ли согласится тот, кто ходит в кино и театр, имеет дачу, любит копаться в огороде… Люди, живущие насыщенно, любящие близких, друзей, природу, скажут «нет».

Должна быть некая пустота в жизни. Эту пустоту и займет пиплметр.

Ущербный, одинокий (есть люди, которые одиноки даже в своей семье), нереализовавшийся, пытающийся доказать себе и миру, что он чего-то стоит, согласится гораздо скорее. У него в жизни ничего не выходит, а тут – к нему пришли, его мнение важно для телеканалов! Теперь он будет влиять на то, что смотрит вся страна.

Человек даже не сознает, что соглашается на резкое, интенсивное вмешательство в личную жизнь. Он соглашается на тотальный внешний контроль своего поведения. И – своего образа мыслей (скажи нам, что ты смотришь, и мы узнаем, кто ты).

У многих людей свобода рождает тревогу. Им трудно выбрать самостоятельное поведение, их угнетает необходимость сделать выбор. Они предпочитают, чтобы решали за них.

Пиплметр резко уменьшает степень свободы – уменьшает их тревогу.

Появившись в квартире, он вводит кучу правил. Надо нажимать дополнительные кнопки, надо фиксировать каждый уход от работающего телевизора (на кухню, в туалет). Надо фиксировать каждое возвращение… Надо смотреть столько часов в день, сколько вы обозначили в анкете, и столько дней. А если вы несколько дней пропустите – вам позвонят и спросят, что случилось?

Согласившимся объясняют правила поведения. Просмотром считается нахождение в комнате с работающим телевизором. Входишь в комнату – нажми кнопку, зарегистрируйся. Выходишь даже на малое время – нажми.

Если, не выключив телевизор в комнате, вы на кухне включите другой, автоматика зарегистрирует нарушение. Но мучения окупаются: каждый раз, как включаешь, – прибор здоровается. Каждый раз, как регистрируешь уход, – прощается.

Положим, человек, заполняя анкету, сказал, что имеет постоянную работу. Если он начнет смотреть телевизор днем, то вскоре последует звонок: «Вы больны? Вас уволили?»

Их не интересует ваше здоровье, судьба. Но если вы перестали зарабатывать – вы не покупатель, вы больше не нужны.

Тот, кто согласился на пиплметр, моментально и без труда вписался в социум.

Эти люди с большим интересом изучают телерейтинги, публикуемые в газетах и журналах, и сравнивают с собой. Это очень быстрая и сильная обратная связь: «Я смотрю то, что все. Мне спокойно». А если подопытный обнаруживает, что смотрел «не то», он начинает чувствовать себя диссидентом. Это плохо, это тревожно. Он торопливо подстраивается к большинству. И скоро новичок демонстрирует единение с «народом» (с такими же, как он, «пятипроцентниками»).

А прибор красивый, ни у кого из знакомых такого нет.

А какие красивые подарки: кофемолка, электромясорубка, пароварка, соковыжималка, пылесос, утюг. (Ни книг, ни картин, ни музыки – ничего духовного.) И год за годом награда за хорошее поведение все лучше, все дороже. Только нажимайте кнопки аккуратно и регулярно.

Подключенные к прибору нажимают кнопки (за кофемолку!) и – диктуют человечеству.

Человек-приставка

Удалось встретиться с одной из них (это было самое трудное, ушло несколько месяцев). Ее жизнь подключена к пиплметру уже 10 лет. 10 лет жизни с прибором.

– Сколько смотрите?

– Немного, примерно 5 часов в день. Но в субботу и воскресенье – с утра до вечера.

– А ночью?

– Часто и ночью. Порно я смотрю редко, чаще муж.

– А как вы согласились?

– Ну, прибор – что-то новое в жизни. Поздравляет с днем рождения. Каждый год дарят подарки. Кто в гости приходит – тоже очень хотят… Рейтинги читаем в «ТВ-Парке». Чувствуем большое удовлетворение, что наш голос учтен. Мы – одни из ста, кто решает!

– Почему из ста?

– Мне кажется, что всего сто квартир на всю Москву оборудовано.

– Что смотрите?

– Развлекательные. Криминальные не люблю – ужас, хотя очень интересно. (Это типичный случай – «ужасаюсь, но смотрю». – А. М.) Когда родился первый ребенок – стала меньше смотреть, а муж по-прежнему.

Ну и я смотрела, пока ребенок спит и т. д., жертвовала сном. А когда родился второй…

– Стали меньше смотреть?

– Нет, мы же чувствуем ответственность. Нам же не просто так его поставили. Мы должны оправдать ожидания. Муж, правда, не хотел, его раздражало, но потом он смирился.

– Но ведь прибор ставят только в случае согласия всех членов семьи?

– А это другой муж. Первый был согласен. А потом, когда я вышла замуж за второго, он некоторое время бунтовал…

Неудивительно, что новый муж моей собеседницы некоторое время бунтовал, – видимо, никак не мог привыкнуть регистрировать свои внутриквартирные походы по разным нуждам. И очень интересно, что прибор устоял. Он оказался крепче, чем… или, во всяком случае, приносит ей больше удовлетворения. И она, похоже, не очень заметила, что муж сменился. Главное – прибор остался. А вот если б она не вышла немедленно за другого, прибор бы у нее отняли, ибо изменился бы состав семьи.

Эти люди ценят подарки, ценят загорающиеся на экране приветствия и поздравления, им нравится зависть гостей и сам прибор.

Когда из этих 550 семей (а моя собеседница была огорчена, что их, оказывается, не 100, а 550; чем уже круг, тем больше гордость) кто-то выбывает (умер, переехал в другой город), прибор устанавливается в схожей по параметрам новой семье.

Новый нажиматель кнопок вступает в анонимное, но прочное сообщество и пристраивается к его вкусам. Так новенький продавец начинает воровать, чтобы быть как все.

«Гэллап» выбирает случайных, но из очень необычных.

А глубокомысленные специалисты, и легкомысленные журналисты, и великие начальники главных каналов постоянно употребляют выражения «народ предпочел», «зрители предпочли». Не знают, что их главный аргумент (рейтинг)… произведен не народом, а пятипроцентным слоем… больных? Нет, так сказать мы не решимся. Хотя было бы очень интересно отдать в руки психологов нескольких многолетних сожителей пиплметра.

Представьте глубокомысленных аналитиков с чужой планеты. Эти марсиане – сами по себе умные и опытные, – прилетев на Землю и случайно приземлившись на территории тюрьмы, сделали бы очень печальные выводы о землянах.

Оказалось бы, что люди живут в очень тесных комнатах с маленьким окном под потолком; два раза в день слуги им приносят отвратительную еду, а эти бездельники играют в карты, чешутся, издеваются друг над другом. Вероятно, все они извращенцы, так как ни одной женщины в комнатах нет.

…Эти особые «пятипроцентники» влияют на то, что смотреть детям, женщинам, девушкам и – с нулевого возраста.

Они – не духовная элита. Важно не только, что они – «пятипроцентники», важнее, что они – из низших пяти процентов. Заведомо не аристократы духа, а плебеи, по «девять и более» часов таращащиеся в ящик. (Для справедливости: если аристократ и попадет в «550 семей», то он там будет в таком меньшинстве, что его мнение не повлияет на рейтинг. Мнение аристократа вообще не повлияет, поскольку окажется меньше, чем погрешность.)

Есть ли в числе живущих с прибором академики, доктора наук, талантливые врачи, добрые учителя?

Какие вопросы надо задать, чтобы что-то узнать о личности? Нам важно, чтобы на программы ТВ влиял добрый, справедливый, чуткий, мудрый. Если мы просим совета, то у кого? Уж конечно, у хорошего человека. А нам отбирают советчиков по доходу и числу телевизоров.