- Итак, - подвела итог своим речам богиня. - Пророчества о Джокерах начинают сбываться. Карты Либастьяна, полагаю, первые глашатаи этих грандиозных событий. Каким-то даром Творца гениальный рисовальщик смог через пространство и время уловить черты и отражение сути будущих спутников Триады, и так уж случилось, что наша семья оказалась на перекрестке пророчеств.
Король слушал дочь молча, только просматривал, а потом уже почти машинально тасовал карты колоды. Когда Элия замолчала, Лимбер знал не меньше, а кое в чем даже больше сыновей и племянников, но радости или удовлетворения ему это знание не принесло.
Монарх Лоуленда хмурился, возвращая карты в шкатулку и захлопывая крышку. А вот этот резкий звук, между прочим, вопреки законам акустики, принятым на Уровне, разнесся по всей зале, да еще и эхо с отголосками породил, такое, что бог почти вздрогнул.
- Вы пытались уничтожить их? - первым делом спросил Лимбер.
- Нет! Как можно, папа! - горячо возмутилась принцесса, щеки окрасились румянцем негодования. - Они - живое доказательство воли Творца, самого грандиозного из предсказанных событий во Вселенной!
- Они опасны, - бог указал на очевидный для него, но почему-то не доходящий до обыкновенно здравомыслящей дочери, факт и пристукнул указательным пальцем по крышке для убедительности.
- Во Вселенной масса опасностей, - философски пожала плечами Элия и пошутила: - Мы с тобой или Злат, к примеру, тоже опасные твари.
- Да уж, особенно мы с тобой, - буркнул Лимбер, который не знал, то ли погордиться тем, что его поставили в один ряд с Повелителем Межуровнья, то ли обидеться.
Элия только кивнула, соглашаясь и продолжила гнуть свою линию:
- Но даже если не углубляться в рассуждения о том, что акт вандализма с Колодой Либастьяна будет противен Воле Творца. Я не думаю, что уничтожить карты само по себе возможно. Во всяком случае, уничтожить без эффекта обширного магического резонанса. Думаю, будет такой всплеск силы, что все, кто еще не в курсе наших действий, тут же о них узнают. И, кстати, пока карты хранятся у Злата, опасности для семьи и Лоуленда нет. Излучение гасит шкатулка и сама сила Межуровнья, - привела обоснованные аргументы богиня, умолчав о том, что шкатулок у Дракона Бездны две и во второй должна лежать одна единственная карта - Джокера Элегора. - Впрочем, уничтожение карт уже ничего не решит. Память о них отпечаталась в наших сознаниях и изменила их бесповоротно, особенно тех, кто смотрел на собственные образы. Да, ради этих миниатюр многие, очень многие готовы убить. Едва не отправился к Творцу Эйран и Связист, но именно решение собрать карты в колоду подарило семье брата из Мэссленда, помогло разделению душ Клайда и Рика, способствовало обретению целостности Леймом, наконец, вернуло нам дядю Моувэлля. Именно благодаря намерению собрать колоду я познакомилась с Силами Равновесия, и поэтому твой отец сейчас спит в гроте Источника, а не безумствует в мирах. Потому прерывать сбор карт я не считаю целесообразным. Пусть уж лучше найдутся и останутся на хранении у Злата, нежели окажутся в руках наших врагов.
- Ты от своего не отступишься, - задумчиво констатировал король, оценивая планы богини и ее доводы.
- Нет, и ты, отец, понимаешь, что я права, только желание защитить Лоуленд и семью у тебя перевешивают чувство истинности, - уверенно ответила принцесса, тонкие брови сошлись на переносице, правда, вертикальной семейной морщинки не появилось.
- Должен же кто-то мыслить разумно, если Богиня Логики не желает, - рыкнул Лимбер, действительно ощущая правоту дочери, но не желая уступать этому чувству. Бог пытался растравить досаду и запахнуться в нее, как в плащ.
- Не всегда разумные размышления самые правильные. В безумии и безрассудстве может открыться более высокая истина, - мягко промолвила Элия. - И что есть разумность, а что безрассудство подчас вблизи не разглядеть. Мы ввязались в эту грандиозную игру Творца не по своей воле, но я полагаю, что в таких забавах лучше участвовать сознательно, нежели быть рабом, которого волочет на аркане эндорский кочевник. И тебя тоже, отец, избрали Силы, отречение не подпишешь, даже не пригрозишь.
- Не нравится мне все, - мрачно констатировал король. - Колода каких-то Безумных Шутов. Мне кажется, в этой истории слишком часто встречается слово 'безумный'.
- То, что выходит за рамки обыденности всегда воспринимается как ненормальность, - пожала плечами Элия. - Нашу семью, к примеру, иначе, как сумасшедшей семейкой в мирах редко кличут. Мы слишком мало знаем о Триаде, чтобы строить предположения. Но зато я знаю точно, коль Джокеры собираются изменить тысячелетние устои Мироздания, им наверняка понадобится помощь. В мирах уже очень давно пора многое поменять.
- Хочешь стать советницей при Шутах? - выгнул бровь Лимбер, оценивая масштабы амбиций любимицы.
- Как можно советовать грозе, где бушевать, а ветрам, куда дуть? Их можно только попытаться принудить, но с Триадой такой трюк будет никому не под силу, - мечтательно улыбнулась принцесса. - Я просто хочу видеть, как все будет вершиться! Хочу видеть, как в этом будут участвовать братья, помогать чем смогу и где смогу.
- М-да, уж эти-то олухи в любую авантюру с радостью ввяжутся и без твоего здравого смысла им не обойтись. Надо же, чего от меня ухитрились скрыть! Нет, я больше не злюсь, понимаю, без защиты разума в такое посвящать Хранителя Мира Узла нельзя было. Ладно, оставим пророчества, - сдался Лимбер, почему-то разговор о Джокерах, хоть и интересный, требовал сильнейшего напряжения воли, за эти несколько минут бог устал больше, чем за семидневку безвылазного сидения над документами, а уж как начала трещать голова - никакому похмелью такая мощь не снилась. - Когда, как думаешь, я смогу навестить отца, и смогу ли?
- Сможешь, - согласилась Элия, что-то быстро прикинув, - полагаю, нам удастся выторговать для дедушки Лео небольшой отпуск для поправки здоровья. Я не думаю, что у него окажется силен синдром 'разрыва нитей'.
- Чего? - нахмурился король, гадая, сколько всего и на какие загадочные темы известно его дочери такого, что никогда не узнает он сам. Мало того, никогда не пожелает и не сможет даже узнать.
- Жнецы считаются одиночками, потому что, не имея родственных связей, им проще исполнять миссию Слуги Творца. Если жнец слишком привязан к семье, то может ощутить желание оборвать нити привязанностей вместе с существами их образующими. Поэтому дядя Вэлль так осторожен при контактах с нами, но дед Лео другой. Он куда легче воспринимает связи и никогда не считал их чем-то вроде обузы или препятствий, - коротко объяснила богиня, почти удивившись тому, что отец не знает столь элементарных вещей. - Так вот, я полагаю, деду разрешат даже задержаться в Лоуленде. Конечно под личиной, чтоб не переполошить его нежданным воскрешением народ. Кроме того, Лео действительно нужно будет время на выздоровление, пожалуй даже, помощь.
