небо, — заворожено сказала Тэсия.
— Это миры, — молвил Хирос. — И пожалуйста, постарайтесь меня не перебивать.
Херувим слегка нахмурился и продолжил. — Это миры и им несть числа, и число их безмерно, и постичь всё это нескончаемое пространство невозможно ни одному уму. И за всей этой бесконечностью следит Творец, потому что именно он её и создал. Только ему подвластно держать в голове все, что творится в бесконечных пределах. Именно он дарует жизнь всему тому, что вы видите. И именно Творец решает, чему дальше жить и развиваться, а чему раствориться во времени и пространстве. Начало всему есть его ищущая натура, его неистовое желание создать идеальный мир с идеальными существами, живущими в любви и гармонии. Творец — великий экспериментатор, Творец — великий художник, Творец — великий выдумщик в своих поисках, и это желание всецело владеет им. Мы, небесные жители, также созданы им, чтобы всецело быть преданными ему и помогать ему в достижении Великого Замысла — создании идеального гармоничного мира. И создал он всех нас, самых разнообразных, чтобы мы, каждый на своём месте, выполняли свою задачу.
Начало всему даёт он. Он создаёт планету. Он берёт абсолютно ледяной, огромных размеров безжизненный камень, коих в безбрежных пространствах бесчисленные множества. И передаёт его ангелам Начала. Это повелители стихий. Именно ангелы этого сословия отвечают за все стихии природы, которые вы видите или чувствуете. Именно с их работ всё и начинается.
Их всего семь братств. Отличаются они друг от друга цветом. И задачи у них, соответственно, разные. Первые, кто приступает к работе — это красные.
Хирос прочертил в воздухе красную черту. — Красные дают этому камню тепло. Они запускают внутреннюю энергию планеты и наполняют её теплом.
Хирос провёл оранжевую линию выше красной линии. — А вот это оранжевые. Они создают землю и песок. Потому что на камне ничего не может родиться. Чтобы проросло семя, должна быть благодатная почва.
Он провёл жёлтую линию поверх оранжевой. — Теперь наступает черёд жёлтых. Они создают атмосферу, воздух, которым будет дышать всё живое.
Хирос прочертил зелёную линию. — Следующими идут зелёные. Зелёные отвечают за всё живое, что будет жить на этой планете. От самой малой травинки и самой ничтожной букашки, что не всякий раз можно разглядеть, до самых больших и удивительных созданий, что несоизмеримо больше вас.
— Это слоны, я их у нас в Карфагене видел, — прошептал восхищённый Промиус, но тут же наткнулся взглядом на нахмуренную Эрдэнэ и осёкся.
Хирос нарисовал голубую линию поверх зелёной. А вот это голубые ангелы, создатели неба. Они создают пространства, в которых летают воздушные твари, создают ветер, который гоняет облака, которые проливаются на вас дождём.
Хирос провёл в воздухе синюю линию. Ну и, наконец, синие, повелители воды. Без них всё живое также не смогло бы существовать.
Хирос спустился к ошеломлённым детям.
Неро наклонил голову вбок и произнёс неожиданно громко. — А мне кажется, что это очень похоже на радугу, которая появляется на небе после дождя.
Хирос улыбнулся и удивлённо покачал головой. — Вы так у себя называете печать ангелов? Не знал.
— А что это значит, печать ангелов? — спросила Тэсия.
— Ну, раз вы видите эту, как вы называете, радугу, значит именно в этом месте создана идеальная гармония сил, гармония равновесия, в которых все силы сбалансированы оптимально, и это, соответственно, значит, что все стихии на своих местах.
— Но я тут тогда не вижу фиолетового цвета, — удивлённо показала девочка на все ещё висящие в воздухе линии.
Хирос хлопнул себя по лбу. — Ой, совсем забыл, конечно же. — Херувим снова взлетел и над последней синей линией провёл фиолетовую. — Это фиолетовые, конечно же.
— А эти тогда за что отвечают? — подал голос до сего момента молчащий Ид.
— О, это у ангелов Начала важное братство. — Они и следят за тем самым балансом сил, чтобы всё было в порядке и в должном количестве и не было ущемлений чего-то за счёт другого.
— А ты тогда какого цвета? — спросила Тэсия. — Зеленого? Ты же охраняешь древо Жизни.
Хирос зашёлся в беззвучном смехе. — Нет. Я из сословия херувимов. Этот чин выше ангелов Начала. И среди нас тоже есть различия в том, за что отвечаем лично мы. Лично я из братства херувимов-хранителей. После того, как все ангелы Начала сделают свою работу, на планете вырастает Древо Жизни, которое и питает своей энергией всё живое на ней, а мы, херувимы-хранители, как раз и приставлены к нему, чтобы не допускать к нему всё, что может ему помешать выполнять свою работу или отвлечь от этого.
Вот, и после того, как всё сделано, Творец сам определяет, кого ему подселить на эту планету из существ, подобных вам, ибо только он решает, кого и куда направить жить. И только он решает, как будут выглядеть эти существа. Как, например, ты, — он ткнул в сторону Неро, — или ты, — Хирос указал на Ида.
Хирос развёл руками в стороны. — И вот, почти перед самым этим решением, сюда заявляетесь вы, которых здесь никто не ждал. Вас здесь не должно быть ни при каких условиях. Вы нарушили один из главных запретов, закон нетронутости и целомудренности этой планеты. И как, вы думаете, я должен был отнестись к вам?
— Даа, — протянула Тэсия, — нас здесь совсем не ждали.
— Именно об этом я всё время и напоминаю вам, существам, прилетевшим сюда из ниоткуда, — горько усмехнулся Хирос. — Я должен был убрать вас с этой планеты, как только вы появились. Я должен был покарать вас за то, что вы начали безнаказанно убивать живых тварей, населяющих эту планету.
Хирос посмотрел на Ида. — Я должен был превратить в камень или утопить тебя, маленький зеленокожий детёныш, когда ты только приблизился к Древу Жизни, но я не сделал это. А ведь это моя прямая обязанность, для чего я и приставлен сюда по воле Творца.
— Почему? — спросил Ид, которого уже отпустило чувство тревоги при виде Хироса. — Почему тогда вы спасли меня? Почему вы оставили нас в живых?
Херувим обречённо пожал плечами. — Были три причины, по которым я не смог. С самого начала я не увидел в тебе достаточного греха, чтобы я смог применить к тебе кары небесные. Ты первый, кого я увидел, когда вы только появились на вашей небесной колеснице, что упала сюда, на вершину скалы. Ты оказался слишком чист душой, и я… я дрогнул. Потом я также не увидел сколь-нибудь заметных грехов и у твоих юных товарищей, чего не сказать про ваших взрослых спутников. Вот
