Из-за дальнего стеллажа выступила темная фигура. Подошла к полке, с которой эльфы забрали свиток, провела пальцем по корешкам футляров и довольно улыбнулась.
Да, все было верно. Не выдать себя, раскрыть кусочек информации. Отправиться следом, проследить.
И взамен узнать все.
Амарг будет доволен.
Жаль только Аяру.
***
Дверь в комнату была закрыта, а на окно — наброшено одеяло, чтобы свет не проникал сквозь ставни. Зажженая свеча нещадно чадила.
Аэль сидела на кровати, обхватив себя руками за плечи. Молчаливый и сосредоточенный Аллард мерял комнату шагами, делая воском со свечи отметки на полу.
— Это зачем? — дрогнувшим голосом спросила девушка.
— Границы действия силы. Я никогда раньше не проводил серьезные ритуалы — мне будет проще сосредоточиться и контролировать, если я буду знать хотя бы примерные пределы действия заклинания.
Аллард загасил свечу и положил ее на столик.
— Пора.
Аэль закрыла и открыла глаза.
Аллард помолчал.
— Ты не должна подвергать себя опасности, — неуверенно начал он.
— Заткнись.
— Так я и думал, — пробормотал эмъен. — Ты помнишь, что я тебе говорил? Как именно ты сможешь передать мне свои силы?
— Да.
Аллард взял с кровати нож.
Аэль положила руки на колени и выпрямила спину, будто от ровности ее позы зависел результат ритуала.
Эмъен снял рубашку, небрежно бросив ее на пол, и встал в условно обозначенном центре комнаты. Расслабился, вытянул руки вдоль корпуса — в одной зажат нож — и закрыл глаза.
Отсчет мгновений начался.
Зашипела свеча, потянуло легким сквозником из-под двери.
Аэль не шевелилась. Аллард тоже. Аэль сосчитала до тридцати, обвела взглядом комнату и снова посмотрела на эмъена. Тот по-прежнему стоял, не шевелясь, словно заснул. На торсе плясала тень от свечи, сложенные крылья были похожи на затаившиеся за спиной фигуры. Аэль захотелось окликнуть эмъена — просто, чтобы услышать его голос. Просто потому, что ей показалось, или воздух в комнате стал гуще, а пламя — слабее? Эмъен тихо произнес несколько слов на родном языке — тягучих, весомых, жутковатым, изменившимся голосом. Сверкнуло лезвие ножа — на рассеченной ладони появилась кровь.
И снова тишина. Нервная, нехорошая, выжидающая.
Эмъен переложил нож из правой руки в левую и резким взмахом разрезал левую ладонь.
Аэль поежилась и поднялась с кровати. Хотела шагнуть к Алларду, но вспомнила, что тот запретил приближаться к нему во время ритуала. Пламя свечи стало еще тусклее. В воздухе заплясали разноцветные искры. Аэльга моргнула — но они никуда не делись, наоборот, будто уплотнились.
Первые капли крови ударились об пол. Аэль вздрогнула.
Тишина.
Еще одна капля крови.
Рядом с Аэль кто-то прошел. В комнате было пусто, но, тем не менее, девушка почувствовала, что кто-то скользнул совсем близко, так, что шевельнулось несколько волосков на макушке.
Еще одна капля крови. Еще. Еще, еще, еще, еще, еще.
Теперь Аэль казалось, что она даже различает едва слышные шаги, как будто кто-то ступает босыми ногами. Осторожно. Очень осторожно. Подбираясь к лужице крови, у ног эмъена.
Пламя погасло и тотчас кто-то — Аэль готова была поклясться в этом — коснулся ее плеча. Девушка метнулась в сторону и нервно зашарила руками по воздуху.
Никого.
По комнате пронесся явственный вздох, не имевший никакого отношения к Алларду. Аэль показалось, что кто-то невидимый очень заинтересовался ее присутствием и теперь ходит вокруг нее.
— Аллард, — хриплым шепотом позвала Аэль, чувствуя, как подгибаются колени. Лучше в бою. Лучше со сломанным мечом на хромой лошади, скача против солнца, в бою. Чем в этой наполненной красноватым свечением комнате, с кем-то или чем-то, то ли перед собой, то ли… уже за спиной?
Аэль вскочила на кровать и прижалась спиной к стене. А если оно захочет подобраться справа… слева?
Аэль судорожно выхватила из-за пояса два ножа и выставила их с боков.
В настороженной тишине раздалось еще несколько слов, Аэль сначала вскрикнула, а потом выдохнула с облегчением — это говорил Аллард.
Воздух стал плотнее, слаще, Аэль показалось, что он стал пахнуть травами, землей и еще чем-то тягуче-неприятным, забивающим ноздри, оставляющим ощущение горечи на нёбе.
Блеснул нож — Аллард рассек себе руку, от плеча до кисти, блеснул еще раз, еще, и еще — и кровь побежала по груди, по животу, смешалась с кровью у ног, эмъен выронил нож и упал — сначала на колени, а потом набок. Аэль зажмурилась. Когда она открыла глаза, комнаты не было. Она стояла на полу, залитом кровью, ее было столько, словно здесь было убито несколько сотен эмъенов, и кругом была чернота — ни стен, ни границ помещения. Аллард по-прежнему лежал на боку, а к нему, осторожной, пружинящей походкой приближался высокий мужчина с белыми крыльями. Аэль громко выдохнула, и мужчина обернулся к ней — такого пронзительно красивого, гордого лица она до сих пор не видела ни у кого. Мужчина смерил ее взглядом и отвернулся, словно увидел не эльфа, а вещь. Встал на колени, зачерпнул кровь ладонями и принялся пить — шумно глотая, роняя капли на одежду, упуская тоненькие струйки сквозь пальцы. Аэль подумала, что ее сейчас вырвет, но обошлось — мужчина прервался и наклонился над Аллардом.
— Что ты хочешь дать мне, осмелившийся использовать это заклятье? — спросил он низким, полным презрения голосом. — Ты хочешь искупить свою вину? Просить прощения? Что ж, сыну, который смог пойти на этот обряд, я готов простить прежние заблуждения… посмертно.
Аллард с видимым трудом приподнялся на локте.
— Искупить? — чуть ли не с нежностью спросил он. — Ты и впрямь готов меня простить?
Эмъен смотрел на отца с такой нежной грустью, которую Аэль никак не ожидала увидеть на его лице.
"И кто же мне сказал, что Аллард его ненавидит? Не его действия, не его цели, а его самого?!", — подумала она в отчаянии. "Что, если власть Амарга окажется сильнее Алларда? Что, если Аллард решит вернуться к отцу?!"
Амарг зачерпнул еще крови и выпил из сложенных ковшиком пальцев. Аэль подавилась тягучей слюной.
— Да. Теперь я вижу, что мой сын достоин своего рода. Говори же, быть там, в забытьи — не так уж приятно. Как и пить твою кровь.
Аллард медленно поднял левую руку, коснулся пальцами лба Амарга и искривил губы в горькой усмешке.
— Отец… если бы только ты не слушал ее, и все было по-другому…
Амарг замер.
— Будь ты проклят, — медленно, веско сказал Аллард в лицо отшатнувшемуся Правителю.
Тот вскочил на ноги, сделал два шага назад, и тотчас какая-то сила бросила его обратно, лицом в кровь. Эмъен поднял голову и перекатился на правый бок, оперся на локоть и привстал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
