Он на минуту замолк, а потом продолжил:
- Хотя... Прямых путей не бывает, и даже если тебе попадаются хорошие карты, и ты находишь способ полноценно использовать их указания, что тоже не так-то просто, двигаться ты все равно будешь по спирали. По восходящей спирали. И на каждом витке тебе понадобится новая карта. По крайней мере, новый ее лист. Воплощенные учителя приходят и уходят, мы встречаемся в жизни со многими людьми, и у всех чему-то учимся... Для каждого уровня развития сознания - свои учителя. И потому часто случается так, что тот, кто несколько лет назад многому нас научил, оказывается нашим учеником. А еще через несколько лет... или через несколько жизней... все опять может измениться...
- А скрытые силы, которые нас ведут - это что такое? - спросил я.
- Кроме наших воплощенных учителей, которых много, и которые меняются достаточно часто, есть другие, и именно они ведут нас от витка к витку спирали развития самоосознания. Они очень редко воплощаются в этом мире в качестве человеческих существ. В большинстве случаев мы воспринимаем их как могучие и безупречные потоки Силы в едином пространстве интегральной Вселенной. Их подсказки приходят к нам изнутри, возникая в пустоте внутреннего безмолвия как некое знание, как абсолютная уверенность в необходимости действовать так, а не иначе, как ясное понимание вещей, мгновением раньше казавшихся нам неразрешимой загадкой. Воля этих учителей взаимодействует в нашей личной волей, и вместе они в нужный момент приводят к нам нужных людей, и складывают события нашей жизни в мозаику, уникальный рисунок которой оказывается единственно правильным ответом, на возникающие перед нами вопросы. Точно так же, как и воплощенные учителя, они приходят в нашу жизнь и уходят из нее, они передают нас друг другу, но происходит это не так часто, и каждая такая передача означает начало нового витка в развитии нашего осознания, постижении нами наших учителей и самих себя. Впрочем, они - Сила, и мы - Сила; и они, и мы - самоосознание Единого, так что, в конечном счете все сводится к постижению нами самих себя. А переходы... Когда мы с тобой в первый раз встретились в этой бухте - я рассказывал о себе, помнишь? Тогда в моей жизни был именно такой переходный момент... И в твоей - тоже. Различие состояло в том, что я в точности знал, что происходит, а ты - только подозревал. За многие жизни, в которых мы с тобой встречались на этой планете, друг друга учили и друг у друга учились, таких моментов было столько... Вот и сейчас, похоже, наступает один из них... Мне пора уйти из твоей жизни. А для тебя пришло время научиться точно знать, что происходит...
- Я резко сел, благостное чувство расслабления мигом улетучилось, а сердце словно сдавила холодная рука необъяснимого чувства тревоги.
- Но почему ты должен уходить?! - воскликнул я.
- Сегодня истекают три года... Я говорил тебе об этом. Ты не поверил.
- Почему не поверил? Поверил...
- Потом - возможно, но не тогда, когда я тебе об этом рассказывал.
Он был прав. В тот раз я считал его психом до самого того мгновения, когда он движением руки добыл из глубин моего подсознания воспоминание о нашей с ним первой встрече, которая произошла больше трех тысяч лет назад.
- Три года, отведенные мне на обучение и перенастройку энергетической структуры, закончились. И, судя по тому, что я все еще жив, я справился... Помнишь, я тебе говорил, что для решения задач, которые будут стоять передо мной, если я проскочу, мне нужно будет покинуть эту страну? Паспорт с визой и билет - в кармане моего рюкзака. А ты пока что остаешься... Тебе еще многое предстоит сделать здесь. Я передал тебе всю практическую информацию, которой располагаю. Остальное - за тобой.
- Но ты вернешься?
- Не думаю. Мы не возвращаемся. И даже не оглядываемся. У нас нет будущего, а прошлое уничтожается в тот самый миг, когда перестает быть настоящим. Мы никогда не можем прийти туда, откуда ушли. В этом текучем мире все непрестанно меняется, и следы наши на теле времени затягиваются одновременно с тем, как мы переставляем ногу, чтобы сделать следующий шаг. Мне ли тебе об этом рассказывать?
От его слов мне сделалось как-то не по себе. Он, видимо, в точности представлял, что со мной происходит, так как сказал:
- Это пройдет. Всегда чувствуешь себя не в своей тарелке, когда предстоит сделать первый самостоятельный шаг. Потом привыкаешь, и уже не соглашаешься променять свободу принятия собственных - пусть иногда ошибочных - решений ни на какие - даже самые надежные - чужие рецепты. Я все тебе передал, а теперь ты должен отыскать что-нибудь свое. Для развития твоего самоосознания требуются твои методы, и никто, кроме тебя, не может знать, какие именно. Не бойся, у тебя будет, на кого опереться. Тот, кто вел меня до настоящего момента, передает меня другому. Сам же он теперь будет вести тебя. Сегодня ночью, после того, как я уйду, ты с ним встретишься.
- Как, прямо здесь?
- А где же еще? - улыбнулся он. - В том пространстве, где происходят подобные встречи, не существует ничего, кроме сейчас и здесь...
Тут мне в голову пришла странная мысль, не совсем, как мне показалось, соответствовавшая столь внезапно проявившейся драматичности момента.
- Послушай, - сказал я, - мы тут вспоминали только что Кастанеду... У меня есть ощущение, что происходящее с нами как-то очень уж подозрительно перекликается с тем, что описано у него. Может быть, я сплю, начитавшись его книг, и все это мне снится?
- Что, все три года? - с ироничной усмешкой бросил он. - Прямо летаргия...
- Да нет, это я так, фигурально... Но ты сам посуди: мы как бы случайно встретились неизвестно где, виделись время от времени в местах, которые он охарактеризовал бы как места Силы... Теперь вот ты уходишь... Не столь, правда, драматичным способом, как дон Хуан. И с обрыва сигать меня никто не заставлял...
- Ну... Всего ведь три года. Кто знает, во что бы это вылилось, пообщайся мы с тобой лет десять? Уверяю тебя, обрыв подходящий мы бы отыскали.
- Вот и я говорю... Очень уж совпадений много. То ли символично, то ли просто до неприличия банально. Тебе не кажется?
- Ничуть, - ответил он.
Это прозвучало для меня несколько неожиданно. Он заметил мое недоумение и пояснил:
- Здесь очень трудно придумать что-либо новое. Так, чтобы - кардинально... И Кастанеда - отнюдь не оригинален. В своих книгах он описал совершенно стандартную ситуацию. Его взаимоотношения с доном Хуаном строились по самой распространенной и типичной из традиционных классических схем взаимодействия учителя с учеником. Такие ситуации были описаны сотни раз, а может быть, даже тысячи. Очень многие из старинных трактатов построены по той же схеме, что и книги Кастанеды. Взять, хотя бы, ту же "Гхеранда-Самхиту"... Или "Бхагавад-Гиту"... Просто Кастанеда с потрясающим мастерством сумел подать все это в исключительно современной интерпретации... Только и всего. Поэтому то, что происходит между нами с тобой - отнюдь не исключение из общего правила. Оттого и выглядит настолько банальным... За все те жизни, в которых мы с тобой встречались, уже можно было бы и привыкнуть... Учитель и ученик менялись местами, один уходил, другой оставался, но по сути... Суть взаимодействия не изменялась. Если ты пороешься в памяти... в памяти вообще... ты вспомнишь, что в предыдущий раз ушел ты, а я оставался.
- Я помню. Кажется, я помнил это всю жизнь... С самого детства.
- Вот видишь... А говоришь - банально... Конечно, банально - в известном смысле. Но... До сих пор в конце всегда была смерть одного из нас. И некоторая недоговоренность... Три точки... Иногда - две после знака вопроса. Верно?..
- Да, - согласился я.
- В этот раз уйти должен был я. Но я жив, и я знаю, что проживу еще долго. Мы с тобой попали сюда на грани эпох. Что-то кардинально меняется в мире, в нас, в том, что нам надлежит здесь делать. И поэтому, видимо, наши пути расходятся. А смерть, которая должна поставить точку, уже пришла.
- Он кивнул в сторону моря. На том месте, где в последний раз видели погибшего аквалангиста, по-прежнему болталась пластмассовая бутылка, привязанная к лежащему на дне камню.
- Смерть уже пришла, и прошла мимо. Возможно, кто-то из нас двоих в этой жизни достигнет порога истинного бессмертия... Если я прав, то именно тебе предстоит найти тело того парня и передать его местным властям. Что-то вроде ритуала. Он ни в чем не виноват, так же, как и мы с тобой. Просто так вышло. Совпадение. Или знак... как сказал бы дон Хуан.
Он улыбнулся и на минуту о чем-то задумался, а потом сказал:
- И еще... Смерть - это жестокий и окончательный знак. И если все произойдет именно так, как я говорю - а я в этом почти не сомневаюсь - это будет означать, что здешние места для тебя исчерпаны, и тебе не следует впредь являться сюда за Силой. Они больше не будут для тебя местами Силы. И не нужно пытаться вытянуть из них последние соки - это сделает их враждебными тебе. Поблагодари их и уходи. И не возвращайся.
