За компьютером сидел сам профессор – удивительно низенький, едва виднеющийся из-за стола. При появлении гостей он встал… и оказался еще ниже.
Глядя на семенящего по ковру карлика, Ванесса подумала, что этого следовало ожидать. Разумеется, профессор тоже присутствовал при Судном Часе. Едва по пояс нормальному человеку, с ядовито-зеленой кожей и непомерно раздутой головой без единой волосинки. Лицо морщинистое, взгляд доброжелательный. Одет в укороченный белый халат, огромная голова перевязана платком. Кажется, профессор немного стеснялся своей внешности.
– Долгой в-вам жизни, господа, – слегка натянуто улыбнулся он, глядя на гостей снизу вверх. – Я профессор Рато Лакласторос, в-в некотором роде руководитель з-здешнего хозяйства… Чему обязан з-знакомством, господа?
– И вам долгой жизни, профессор, – сказал Моргнеуморос. – Вы меня помните?
– Как же м-мне в-вас не помнить, м-майор… – рассеянно ответил Лакласторос. – Помню, конечно же… У в-вас ко м-мне какое-то дело? Что-то в-важное, осмелюсь предположить?
– Не совсем у меня.
– А, да-да, в-вы же тоже ко м-мне, – перевел взгляд на остальных Лакласторос. – Это у в-вас что-то в-важное, да?.. А что с в-вашим другом? Он ранен, болен? М-может, в-в м-медпункт?..
– Не надо, – отказался Креол, гордо вися между Ванессой и лодом Гвэйдеоном. – Мне и так неплохо.
– У нас тут и госпиталь есть, м-маленький…
Креол недобро сощурился. Ванесса, у которой уже ныло плечо, просительно посмотрела на Лакластороса, с намеком стреляя глазами в сторону кресел.
– Ах да, конечно же, присаживайтесь! – спохватился профессор. – В-вот, устройте в-вашего друга поудобнее, пожалуйста…
Ванесса и лод Гвэйдеон не без труда усадили Креола в глубокое кресло, и Вон с облегчением распрямилась. Лишившийся подвижности маг угрюмо смотрел в одну точку.
– Красивая у вас мебель, – вежливо похвалила Ванесса, касаясь дверцы шкафа. – Довоенная, да?
– Конечно, – польщенно кивнул Лакласторос. – Эти образчики были старинными еще до в-войны.
– Дорогие, наверное.
– В-весьма, в-весьма ценные… Это, з-знаете ли, особая м-мебельная техника – «кап». М-мебель изготавливается из черного дерева – сейчас такого уже не найти, – а украшается орнаментальным декором из м-металла и черепаховых панцирей. Ручки и украшения сделаны из з-золоченой бронзы…
– Это не черепаха, – возразил Креол.
– Что, простите? – заморгал Лакласторос, удивленный тем, что его перебили.
– Это не черепаха. Это больше похоже… – прищурился маг, – …олень, кажется.
– Очень интересно… – с любопытством взглянул на него Лакласторос. – Очень-очень интересно…
– Извините, профессор, он еще не оправился от травмы – не понимает, что говорит… – поспешила вмешаться Ванесса.
– Я все понимаю! – возмущенно рявкнул Креол.
– Не понимаешь! – незаметно ткнула его в плечо девушка, натянуто при этом улыбаясь.
– Нет-нет, в-все в-в порядке, – покачал огромной головой профессор. – В-вы совершенно правы, на самом деле это не настоящий «кап» – просто хорошая подделка. В-вместо черепахового панциря – подкрашенный олений рог, а в-вместо черного дерева – травленая груша. Но как в-вы это определили? В-в таких тонкостях и до в-войны-то м-мало кто разбирался, а уж теперь… В-вы что, специалист по м-мебели?
– У черепахи аура другая, – равнодушно объяснил Креол.
– Что другое, простите?
– Аура.
– Не понимаю. Что в-вы имеете в-в в-виду?
Объяснять, что Креол имеет в виду, кто он вообще такой, откуда здесь взялся и что у него за способности, пришлось ужасно долго. Профессор Лакласторос не скрывал скепсиса. Моргнеуморос подтвердил, что все, говоримое этими людьми – чистая правда, но даже это не убедило недоверчивого ученого.
– В-в жизни не слыхал ничего более невероятного… – наконец пробормотал он.
– Ты мне не веришь? – нахмурился Креол.
– Трудновато поверить в-в столь неправдоподобные в-вещи…
– Магия – неотъемлемая часть мироздания. В ней нет ничего неправдоподобного.
– Ну хорошо, господин… чудотворец, и что же такого особенного в-вы умеете? – спросил Лакласторос.
– Он много чего умеет, профессор, – сообщил Моргнеуморос. – Я сам видел. Невероятные вещи, на самом деле.
– М-может быть и м-мне доведется увидеть? – выжидательно заморгал Лакласторос.
– Я сейчас немного… не в форме, – смутился Креол, отводя взгляд.
– А, ну конечно же, я понимаю… – ехидно поджал губы профессор. – В-вам, полагаю, м-мешает расположение з-звезд или что-нибудь в-в этом роде?
– От расположения звезд ничего не зависит, невежда, – хмыкнул Креол. – Звезды находятся слишком далеко, чтобы хоть как-то влиять на то, что происходит здесь.
– Тогда что же в-вам м-мешает?
– То, что я парализован, идиот!!!
– В-весьма удобное объяснение, в-весьма…
– Ученица, покажи ему ты! – рявкнул Креол.
– Я?! – отшатнулась Ванесса.
– У меня всего одна ученица!
Вон испуганно сглотнула. Не так давно она уже устраивала демонстрацию своих способностей перед Гангегоросом и его бандитами, но ведь от безысходности, а не по собственному желанию. А тут на нее еще и смотрит Креол – Ванессе ужасно не хотелось деформироваться у него на глазах.
– А что я должна показать? – озадаченно спросила она.
– Да что угодно, госпожа… как в-вас в-величать, простите? – полюбопытствовал Лакласторос.
– Ванесса. Ванесса Ли.
– Чудно. В-вот, например… что бы такого… – повертел головой профессор. – А, ну в-вот, ложечка… М-можете в-вы, например, согнуть эту ложку?
Ванесса странно посмотрела на Лакластороса, взяла у него тоненькую чайную ложечку и без малейшего труда согнула ее двумя пальцами.
– Могу, – пожала плечами она.
– Я имел в-в в-виду не совсем это… – пробормотал Лакласторос, растерянно принимая назад свое имущество. – Точнее, совсем не это…
Он попытался разогнуть ложечку обратно, но ничего не получилось. Видимо, мускулатура уважаемого профессора после мутации стала поистине микроскопической. Промучившись некоторое время, Лакласторос незаметно положил ложку на стол.
– Так в-вы в-все-таки м-можете как-то подтвердить свои слова, или же предлагаете м-мне в-верить в-вам на слово? – недовольно спросил он.
– Я могу поклясться своей честью, что все здесь сказанное – чистая правда, – спокойно произнес лод Гвэйдеон.
Лакласторос внимательно осмотрел его с головы до ног, особенно задержав взгляд на Белом Мече. Тонкие зеленые губы приоткрылись было, но тут же вновь сомкнулись.
Креол заскрежетал зубами. Он ненавидел чувствовать себя беспомощным. Будучи юным магом-подмастерьем, он мечтал овладеть Дланью Шамаша – вершиной, пределом боевой магии шумеров. Применяя Длань Шамаша, всегда нужно убедиться, что поблизости нет союзников – или, по крайней мере, успеть с ними попрощаться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
