Она молча кивнула и отступила еще дальше: ей было неуютно, и Игорь поспешил взять ее за руку. Он и сам считал, что его присутствие здесь в лучшем случае неуместно.
Перелет-трава в рукаве вдруг зашевелилась и зазвенела, щекоча руку. Игорь выпустил ее на свет, и ее стебель соскользнул с запястья.
- Тебе пора? - спросил он.
Травка кувыркнулась в воздухе, на несколько секунд зависла напротив его лица, потом облетела вокруг головы и взвилась под стеклянный потолок. Радужные блики отразились от потолка, и от пола, и от круглых колонн - вся беседка заиграла разноцветьем, и тонкий перезвон, похожий на легкие переборы нежных струн, заполнил ее многократным эхом.
Вот теперь точно всё, травка больше не понадобится. И, наверное, это самое красивое место, которое она могла себе подобрать. Игорь направился к выходу, увлекая Маринку за собой.
- Надеюсь, никакого волшебства нам больше не встретится… - пробормотал он, спустившись с трех широких ступеней на гладкий стеклянный пол.
- Тебе не нравится волшебство? - улыбнулась Маринка, все еще восхищенно оглядываясь на беседку.
- Что-то я от него устал… Мне очень хочется домой. Надо позвонить Светланке…
Слабость, мучившая его за Калиновым мостом, почти прошла: видно, сюда долетал целебный ветер мира живых. Он бодро залез на Сивку и поднял Маринку ему на спину.
- Держи меня крепче, - она прижалась к Игорю, и сердце его забилось чаще - как хорошо… Все сделано, все закончилось на удивление удачно, он прижимает к себе самую красивую девушку на свете, и она счастлива от этого. Разве мог он мечтать о таком, когда встретил ее впервые, на переходе через железную дорогу?
- Я вспомнила, как увидела тебя в первый раз, - сказала она, как только Сивка тронулся с места, позвякивая копытами, - как ты помог мне поднять велосипед…
- Правда? И я тоже подумал об этом.
- Как здорово, что все так случилось. Поехали скорей! Я тоже хочу домой. К тебе домой.
Игорь посильней сжал пятками Сивкино брюхо, и вскоре звонкий цокот копыт сменился приглушенным размеренным топотом - конь поскакал над лесом. Маринка сначала снова спрятала голову у него на груди, но постепенно выглянула у него из-за плеча, раскрыла глаза, вдохнула поглубже и крикнула:
- Как хорошо жить, Медвежье Ухо! Как хорошо жить! Мы будем жить сто лет и умрем вместе, через сто лет, в один день!
- Я согласен, - тихо ответил он.
Маринка попыталась прошептать ему что-то на ухо, но на спине коня, скачущего галопом, это было не так просто.
- Ты ничего не услышал? - разочарованно спросила она.
- Увы.
- Тогда я скажу потом. Когда мы остановимся.
Сивка опустил их на землю мягко и легко и встал на самом краю провала. Игорь посмотрел на другую его сторону - высокий многоглавый терем стоял так близко, что казалось, достаточно шагнуть, и окажешься на его крыльце, рядом с цветущей сиренью. Но это только казалось - даже если срубить самое высокое дерево в лесу, оно все равно не достанет верхушкой до другого берега.
Игорь опустил на землю Маринку и спешился сам. Бледный конь каурой масти повесил голову, словно чувствовал себя виноватым.
- Иди. Иди в свой мир, - улыбнулся Игорь и вздохнул, - ты был верным конем, ты был самым умным конем, которого я знал.
Он снял с коня узду и тут отчетливо уловил мысли лошади, хотя никогда раньше не понимал, о чем думает Сивка. А думал он о том, что стоит только позвать, и он придет, где бы Игорь ни находился.
- Спасибо… - Игорь обнял коня за шею. - Прощай. Вспоминай меня…
Конь всхрапнул и положил огромную голову Игорю на плечо - ему тоже жаль было расставаться.
- Ну, иди, иди… Долгие проводы - лишние слезы, - шепнул Игорь в большое ухо, прижался к Сивке еще сильней и долго стоял, пока не нашел в себе сил оттолкнуть его от себя, походя срывая с его спины дорожную сумку, которую дала ему с собой старуха.
Сивка ушел в лес, низко опустив голову, но Игорь чувствовал, что конь благодарен ему за возвращение. Ему в мире живых так же тяжело и неуютно, как Игорю - в мире мертвых.
- Он спас тебя от змея, - сказала Маринка, глядя Сивке вслед, - я видела, как он топтал его копытами…
Игорь кивнул и проглотил ком, вставший в горле. Теперь точно - всё, путешествие окончено, осталось только спуститься на дно провала и подняться на другую сторону. О подъеме наверх старуха ничего не говорила, но он заприметил веревку, опущенную в пропасть с заднего крыльца терема. Еще неизвестно, что будет легче - спуститься или подняться…
Игорь подошел к краю, заглянул вниз и сразу попятился: напрасно он надеялся, что ничего теперь не боится. Ватный головокружительный страх снова взял за глотку, ладони немедленно стали мокрыми, и даже на лбу выступили капельки пота. На далекое дно пропасти едва проникал свет, но и сверху было видно, какие острые огромные камни лежат в угрюмом полумраке и какой прозрачный и быстрый ручей бьется между ними.
- Медвежье Ухо, ты боишься? - спросила Маринка, взяв его за руку.
- Нет, конечно нет, - ответил он, тряхнув головой. И опять подумал, что его собственная смерть поджидает его именно там, на дне провала. Впрочем, он каждый раз думал именно так, когда смотрел вниз с большой высоты.
- Ты врешь мне… - на этот раз она не смеялась над ним.
- Ну, разве что совсем чуть-чуть, - он ей подмигнул, но Маринку это вовсе не успокоило.
Он вытащил из сумки моток крепкой, но тонкой веревки, поискал глазами подходящую палку и быстро нашел то, что нужно.
- Это зачем? - скептически спросила Маринка.
- Ты сядешь на нее, как на качели, и я опущу тебя вниз.
- Да? А ты?
- А я потом спущусь по веревке.
- Медвежонок, ты примерно представляешь, какая тут высота?
- Нет, если честно.
- Я думаю, около трехсот метров. И ты собираешься спускаться по веревке? Ты представляешь себе, что это такое?
- Не очень, - честно ответил Игорь, - но других предложений у меня нет.
- У меня есть. Ты спустишь меня вниз, я привяжу эту веревку к той, - она указала на другую сторону провала, - и ты выберешь ее к себе и натянешь потуже. Наверное, легче будет перейти тридцать метров, чем спуститься на триста. А потом ты меня поднимешь наверх.
- Ты умница, - Игорь улыбнулся, - ты просто гений.
Качели на вид получились надежными, но он на всякий случай обмотал Маринку веревкой вокруг пояса, так что она даже нарочно не смогла бы от них освободиться.
- Ты еще ноги мне свяжи… - усмехнулась она.
- Тебе не страшно? - спросил Игорь.
- Нет. Я же знаю, ты меня не уронишь…
- Не уроню, - он покачал головой. - Погоди, я тебе сумку на шею повешу, ничего? Там только фляга с мертвой водой, она нетяжелая…
- Конечно вешай! Еще не хватало тебе тащить что-то через пропасть!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
