Наконец, Свид говорит о некоем Heraescus, который мог при одном взгляде отличить неподвижные камни от тех, которые были одарены движением. И Плиний упоминает о камнях, которые «убегали, когда к ним прикасалась рука».[767]
Де Мирвилль – старающийся оправдать Библию – задает весьма уместный вопрос, почему чудовищные камни Стоунхендж'а назывались в древние времена chior-gaur или «танец великанов» (от cфr, «танец», отсюда же chorea, и gaur, «великан»)? И затем он отсылает своего читателя за ответом к епископу St. Gildas. Но авторы таких сочинений, как «Voyage dans le Comtй de Cornouailles, sur les Traces des Gйants», и многочисленных научных трудов о развалинах Стоунхендж'а[768], Карнака и Уэст-Хоадлей, дают гораздо более понятные и достоверные сведения по этому вопросу. В тех областях – настоящие леса из скал – находятся огромные монолиты, «некоторые среди них весят около 500 000 килограммов». Существует предположение, что эти «висящие» камни в долине Салисбюри представляют собою остатки Друидического храма. Но Друиды были историческими людьми, а не Циклопами или великанами. Кто же, если не великаны, могли когда-либо поднять подобные массы – особенно же те, находящиеся в Карнаке и Уэст-Хоадлей, – и распределить их в таком симметрическом порядке, чтобы они представили планисферу, и установить их на такой замечательной точке равновесия, что кажется, что они едва касаются земли и, хотя они могут быть приведены в движение малейшим прикосновением пальца, тем не менее, они не поддадутся усилиям двадцати человек, если бы те попытались сдвинуть их.
Теперь, если мы скажем, что большинство из этих камней являются реликвиями последних атлантов, нам ответят, что все геологи утверждают их естественное происхождение; что скала при «выветривании» – то есть, теряя слой за слоем своего вещества под атмосферическими воздействиями, – принимает эту форму; что «горные пики» в Западной Англии являют любопытные формы, которые обязаны этой же причине. И так как все ученые считают, что все эти «качающиеся камни обязаны своим происхождением естественным причинам, ветру, дождю и т. д., вызывающим разрушение скалистых слоев», – то наше утверждение будет справедливо отвергнуто, особенно по той причине, что «мы видим этот процесс изменения скал происходящим вокруг нас и поныне». Потому исследуем этот случай.
Сначала прочтите, что имеет сказать по этому поводу геология, и тогда вы узнаете, что часто эти гигантские массы являются совершенно чуждыми для тех стран, где они сейчас установлены; что их геологические, неоднородные массы часто принадлежат к стратам, неизвестным в тех странах, и которые встречаются лишь далеко за морями.
Уилльям Тук, рассуждая по поводу огромных глыб гранита, разбросанных в Южной России и Сибири, говорит, что там, где они сейчас находятся, не имеется ни скал, ни гор, и что они должны были быть принесены «издалека при помощи баснословных усилий»[769]. Шартон говорит об образце такой скалы из Ирландии, который был подвергнут анализу одним известным английским геологом, определившим его чужеземное происхождение, «может быть даже африканское».[770]
Это является странным совпадением, ибо ирландское предание приписывает происхождение своих круглых камней одному ко лдуну, который принес их из Африки. Де Мирвилль видит в этом колдуне «проклятого Хамита»[771]. Мы видим в нем темного атланта или, может быть, даже одного из ранних лемурийцев, оставшегося в живых до рождения Британских Островов, – во всяком случае, великана[772]. Кэмбри наивно замечает:
«Люди не имеют к этому никакого касания… ибо, ни человеческая сила, ни его индустрия, никогда не могли бы предпринять что-либо подобное. Лишь Природа могла совершить это [!!], и наука когда-нибудь докажет это [!!]».[773]
Тем не менее, это было выполнено человеческой, хотя и гигантской, мощью, а не усилиями одной только Природы, так же как и не через Бога или Дьявола.
«Наука», решив доказать, что даже Ум и Дух человека являются просто произведением «слепых сил», вполне способна принять на себя эту задачу и, возможно, что в одно прекрасное утро она выступит с попыткой доказать, что Природа одна выстроила в ряд гигантские скалы Стоунхенджа, с математической точностью наметила их положение, придав им форму планисферы Дендера и знаков Зодиака, и перенесла камни, весившие более миллиона фунтов, из Африки и Азии в Англию и Ирландию!
Правда, что Кэмбри впоследствии взял свои слова обратно, заявив:
«Долгое время я верил в Природу, но я отрекаюсь … ибо случайность не может создать подобные чудесные комбинации… и те, кто поместили указанные скалы в равновесии, суть те же, кто подняли движущиеся массы пруда в Huelgoat вблизи Конкарно».
Д-р Джон Уатсон, слова которого приведены этим же автором, говоря о движущихся скалах или о «качающихся камнях», помещающихся на склоне Голькара («Чародея»), говорит:
«Изумительное движение этих глыб, установленных в равновесии, заставило кельтов приравнять их к Богам».[774]
В научном труде Флиндерса Петри «Стоунхендж» говорится, что:
«Стоунхендж построен из камня, находящегося в округе, красного песчаника или камня «sarsen», называемого по местному «серыми баранами». Но некоторые из камней, особенно те, которые, как говорят, имели астрономическое назначение, были принесены издалека, вероятно из Северной Ирландии».
В заключение заслуживают быть приведенными соображения по этому вопросу одного ученого в статье, опубликованной в 1850 году в «Археологическом Обзоре»:
«Каждый камень представляет из себя глыбу, вес которой подверг бы испытанию самые мощные машины. Одним словом, существуют глыбы, разбросанные по всему земному шару, глыбы, при виде которых воображение смущается и обозначение которых словом материалы, кажется лишенным смысла; их следовало бы назвать именем, соответствующим этим громадам. Кроме того, эти огромные, качающиеся камни, называемые иногда routers, поставленные одним концом своим на точке такого совершенного равновесия, что малейшего прикасания достаточно, чтобы привести их в движение… обнаруживают самое положительное знание статики. Взаимное противодействие, поверхность и плоскость, выпуклая и вогнутая поочередно…… все это связывает их с циклопическими сооружениями, о которых можно сказать с достаточным основанием, повторяя слова Де ла Вега, что «по-видимому, демоны больше трудились над ними, нежели люди».[775]
На этот раз мы согласны с нашими друзьями и противниками, католиками, и спрашиваем – могут ли подобные чудеса статики и равновесия, достигнутые глыбами, весящими миллионы фунтов, быть созданными дикарями эпохи Палеолита, троглодитами, ростом, хотя и выше среднего человека нашего столетия, но, все же, такими же простыми смертными, как и мы? Мы не имеем намерения касаться различных традиций, связанных с качающи мися камнями. Однако, может быть не худо напомнить читателю англичанину о Giraldus Cambrensis, упоминающем о таком же камне на Острове Мона, который возвращался на свое место, несмотря на все усилия удержать его в другом. Во время завоевания Ирландии Генрихом II граф Гуго Сестрензис, желая лично убедиться в истине этого факта, привязал камень Мона к гораздо большему камню и приказал сбросить их в море. На следующее утро камень был найден на своем обычном месте. Ученый Уилльям Салисбюри подтверждает этот факт, свидетельствуя о присутствии этого камня в стене одной церкви, где он видел его в 1554 году. Это напоминает нам о том, что говорит Плиний о камне, оставленном Аргонавтами в Сизикум'е, и который жители Сизикума поместили в Притэнеуме, «откуда он убегал несколько раз, так что они должны были утяжелить его свинцом»[776]. Но здесь мы имеем дело с огромными камнями, засвидетельствованными всею древностью, как «живые, двигающиеся, говорящие и самопередвигающиеся». Также, по-видимому, они могли обращать людей в бегство, ибо они назывались «routers», от слова «rout» или «обращать в бегство»; Де Муссо указывает, что все они были пророчествующими камнями и иногда назывались «безумными камнями».[777]
Качающийся камень признан наукой. Но почему качается он? Нужно быть слепым, чтобы не видеть, что движение это было еще одним способом для предсказаний и что по этой причине их называли «камнями истины».[778]
Это – история, ибо прошлое до-исторических времен свидетельствует о том же факте в позднейшие века. Драконтия, посвященные Луне и Змию, были наиболее древними «скалами судьбы» старейших народов; и движение их или качание являлось совершенно ясным кодом для посвященных жрецов, которые одни лишь обладали ключом к этому древнему способу чтения. Vormius и Olaus Magnus показывают, что, именно, по приказу оракула, голос которого говорил через «эти огромные каменные глыбы, поднятые колоссальною мощью [древних] великанов», избирались короли Скандинавии. Так, Плиний говорит:
