я узнал о показательном выступлении, если, конечно, Стив не врет. Правда, что Лидия стояла на нем, когда он отжимался?
– Нет, не стояла. Поставила одну ногу и придавила его к полу.
– А вот нашей группе никто не доставил такого удовольствия. – Он состроил гримасу Джейн, словно это была ее вина. – Ты не можешь пройтись колесом или, может, знаешь другой трюк? – Он вернулся к еде.
– Раньше мне отлично удавалась крабья походка, – ответила она. – По полу и вверх по стене.
– Сгодится, – сказал Адам.
Я знала, что они просто дурачатся, как обычно, оборачивают все в шутку, потому что это место всех нас задрало, мы были сыты им по горло, почему бы не посмеяться, ведь мы, понятно, умнее тех говнюков, которые тут всем заправляют. Но на этот раз их подколки меня не на шутку рассердили. И разозлили. Наверное, все дело было в Марке, в том, что я видела его унижение, видела, как он рыдает, уткнувшись лицом в пол.
– А еще я немножко умею жонглировать. – Джейн подхватила миску, в которой лежали груши, и, запрокинув голову, выпила сок, цветом напоминавший вазелин. Утерев рот, она продолжила: – Может, попробовать в следующий раз?
– Попробуй, – заговорил было Адам, но я оборвала его:
– Было страшно. – Я говорила громче, чем обычно, пряча от них глаза. – Он совсем не владел собой. Тяжело было это видеть. Нет, поначалу было забавно, а когда Лидия не смогла заставить его сесть, то и просто здорово, но потом он уже не смог остановиться, и вот это было совсем не смешно.
– Хоть чуточку все-таки было, наверное, – заметила Джейн.
– Нет. – Я посмотрела ей в лицо. – Когда это происходит прямо перед тобой, то нет.
Лицо Джейн сделалось непроницаемым, но, видимо, на этот раз она либо не одобряла меня, либо сомневалась в моих словах, а может, и то и другое вместе.
– Думаю, я понимаю, – сказал Адам. – Наверное, все дело в том, что мы не видели этого, а то, что рассказывают, звучит так безумно, что просто невозможно принимать всерьез.
– Это и было безумие, – сказала я. – Настоящее.
Джейн так и просидела весь остаток ужина с независимым видом, но больше уже не заговаривала ни о крабьей походке, ни о жонглировании.
Перед сном Эрин попросила меня обнять ее, что я и сделала. И это было не так уж и плохо. Даже наоборот, довольно приятно. Потом она сказала, что будет молиться за Марка, и спросила, не хочу ли я помолиться с ней. И это было неплохо. Нет, не молитва, но то, что она отнеслась к случившемуся с некоторым уважением. Всяко лучше, чем просто зубы скалить.
Глава 18
На следующий день ни Марк, ни Адам не появились ни на утренней молитве, ни на завтраке, ни на занятиях. Где они – сказать не мог никто, даже Джейн. Я мельком увидела Адама во время обеда, но Рик тотчас обнял его за плечи, и они поспешно удалились в его кабинет, явно желая скрыться от посторонних глаз.
Пришло время групповой консультации. Стив, Хелен, Дейн и я уселись в кружок и ждали Лидию, чего раньше никогда не случалось. Тележка с напитками одиноко притулилась у стены, света в комнате не было, и никто из нас не спешил его включать. Рассеянные лучи полуденного солнца, которое всегда светит ярче в конце зимы и самом начале лета, пробивались внутрь сквозь большие окна на западной стороне. Так прошло минут десять, может быть, пятнадцать; за все это время между нами едва ли было сказано с десяток слов, а потом вдруг появились Лидия и Рик. Они взяли себе по стулу и присоединились к нашему маленькому собранию. Рик, правда, тотчас поднялся – щелкнуть выключателем, – и под потолком замигали флуоресцентные лампы, разгоняя мрак.
Рик развернул стул и оседлал его, словно ковбой, похлопал ладонями по пластиковой спинке, которая теперь находилась перед ним, и сказал:
– Тяжелый день.
По щекам Хелен тут же покатились крупные слезы. Она всхлипнула раз, потом другой, ее лицо тотчас пошло пятнами, и Лидии пришлось передать ей коробку с салфетками. За последние сутки она делала это уже второй раз, хотя не припоминаю, чтобы Марк воспользовался хотя бы одной накануне.
– Извините, – сказала Хелен, с силой сморкаясь в бумажный платок. – Сама не знаю, что это я.
– Не переживай, – утешил ее Рик. – Это совершенно естественно.
Судя по Лидии, ничего естественного в этом не было.
– Без сомнения, вчерашняя встреча оказалась для всех очень непростой. Представляю, что за ночь каждый из вас провел. Но нам нужно было побыть с Марком.
– И где же он? – спросил Дейн. В его неторопливом южном выговоре можно было различить ядовитые нотки, хотя вчера со Стивом он разговаривал куда враждебнее.
– Он в больнице в Бозмене, – отрезала Лидия. Рик покосился на нее, и она добавила, несколько смягчаясь: – Не вижу смысла это скрывать.
– К чему этот дешевый мелодраматизм, верно? – проговорил вполголоса Дейн, но достаточно громко, чтобы Лидия его услышала.
– Верно, – сказала она. – Совершенно ни к чему.
Всхлипы стали сильнее, но теперь коробка с салфетками лежала у Хелен на коленях, и она обрывала их, одну за другой, точно лепестки ромашки, пока не набрался целый ворох, в котором можно было утопить все лицо.
– Он пытался покончить с собой, да? – спросил Дейн. Именно это, видимо, пришло в голову большинству из нас, по крайней мере мне-то точно. Он кивнул в сторону Лидии. – Я знал, что дело труба, еще когда мы вышли из комнаты.
Этот язвительный упрек никак не вязался с ленивым выговором Дейна. Он рассказывал нашей группе однажды, что позволил сорокалетнему отцу троих детей трахнуть себя на заднем сиденье «Фольксвагена Джетты», чтобы раздобыть денег на дозу (без особых подробностей, естественно). Но даже тогда его манера растягивать слоги, строить фразу превращала эту историю в один из тех анекдотов, что рассказывают при свете костра, словно все это случилось с кем-нибудь другим. Теперь в его голосе не осталось и следа этой отрешенности.
Лидия не спешила с ответом. Она выжидающе смотрела на Рика, который все никак не мог подобрать нужные слова.
В конце концов он решился:
– Нет, не думаю, что это была попытка самоубийства, но он сильно поранился.
Я предположила, что преподобный Рик объяснится, все остальные, видимо, тоже на это надеялись, но он не стал, а Лидия не вмешалась, поэтому Стив уточнил:
– Так это несчастный случай?
Лидия подала голос:
– Нет.
Но не успела она договорить, как Рик сказал:
