Своеобразным показателем доверия командования ротам «Черной стражи» можно считать практически непрерывный рост их численного состава за весь период существования: вместо предполагавшихся 250–300 горцев по штатному расписанию на 1725 г. — 490 рядовых и офицеров уже к лету 1725 г. на нужды разоружения кланов Горной Страны; 324 человека — в 1726 г. в связи с окончанием процедуры добровольной сдачи оружия горцами генералу Уэйду к концу 1725 г.; 555 человек — в 1727–1739 гг. по причине роста активности якобитов в Горной Шотландии. Инспекция генерала Уэйда в августе-сентябре 1738 г. показала наличие 402 человек в шести отдельных ротах, за исключением комиссованных офицеров, что, учитывая сохранение прежней численности отдельных рот из горцев в финансовых планах правительства Соединенного Королевства касательно армии и на следующий, 1739 г., подтверждает наши предположения о вполне определенной заинтересованности британского военного командования в Горной Шотландии в «Черной страже»[1016].
Более того, на основе шести отдельных хайлендских рот в 1739 г. (фактически — к маю 1740 г.) формируется целый полк из горцев — знаменитый 43-й пеший полк «Черная стража», вместе с еще четырьмя дополнительно набранными ротами[1017] насчитывавший в своих рядах 950 человек[1018]. При этом вплоть до своего вывода из Горной Страны весной 1743 г. полк нес службу в Хайленде именно в качестве 10 отдельных хайлендских рот с их специфическими задачами и определенными районами ответственности и размещения, и только после вывода он выступал впредь как обычный линейный пеший полк армии Соединенного Королевства[1019].
Что при этом, быть может, важнее: прецеденты, созданные отдельными ротами из горцев и первым хайлендским полком. Во время последнего якобитского восстания 1745–1746 гг. было организовано 18 (первоначально предполагалось 20) отдельных хайлендских рот для службы Короне в охваченной мятежом Горной Стране[1020]. Тогда же был сформирован еще один полк из горцев — тот же 64-й пеший полк лорда Лоадона[1021]. Более того, во второй половине XVIII в. через ряды британской армии пройдет несколько десятков хайлендских пеших полков, набранных в Горной Стране[1022]. Из них только сформированный в 1800 г. 93-й Сазерлендский хайлендский полк будет последним набиравшимся номинально в соответствии с принципом клановой принадлежности[1023].
Рост участия горцев в военных предприятиях империи, начиная с формирования в 1739 г. полка «Черная Стража», шел по нарастающей. В 1739–1756 гг. сформированы 42-й пеший полк «Черная Стража» (1739 г. — по настоящее время) и 64-й пеший полк горцев Лоадона (1745–1748 гг.).
Однако уже во время Семилетней войны 1756–1763 гг. — 2-й пеший батальон «Черной Стражи» (1759–1763 гг.), 77-й (62-й до 1758 г.) пеший полк горцев Монтгомери (1757–1763 гг.), 78-й (63-й до 1758 г.) пеший полк горцев Фрэзера (1757–1763 гг.), 87-й пеший полк Кейта (1759–1763 гг.), 88-й пеший полк Кэмпбелла (1759–1763 гг.), 89-й пеший полк герцога Гордона (1759–1765 гг.), 100-й пеший полк Килберри (1761–1763 гг.), 101-й пеший полк Джонстона (1760–1763 гг.), 105-й пеший Собственный Ее Величества полк королевских горцев (1761–1764 гг.), 114-й пеший полк королевских горских волонтеров (1761–1763 гг.).
Во время войны американских колоний за независимость вчерашние мятежники-якобиты из Хайленда оказывают активную поддержку британской Короне — очередной 2-й пеший батальон «Черной Стражи» (1779–1786 гг.), 71-й пеший полк Фрезера (1776–1784 гг.), 73-й пеший полк горцев лорда МакЛеода (1778–1786 гг.), 74-й пеший полк горцев Аргайла (1778–1783 гг.), 76-й пеший полк Макдоннелла (1778–1784 гг.), 77-й пеший полк горцев герцога Этолла (1778–1783 гг.), 78-й пеший полк лорда Сифорта (1778–1786 гг.), 84-й пеший полк королевских горских эмигрантов (1775–1784 гг.), Северо-британ-ский полк Каледонских волонтеров (1776–1778 гг.).
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
В самой Горной Стране в связи с восстанием якобитов в 1745–1746 гг., а в дальнейшем в свете угрозы иностранного десанта во время все тех же Семилетней войны и войны в американских колониях были сформированы 18 отдельных хайлендских рот, включая милицию Аргайла (1745–1746 гг.), 30 местных милиционных отрядов общей численностью до 4000 человек (1745–1746 гг.), ополчение Аргайла (1759–1763 гг.), полк Сазерленда (1759–1763 гг.), ополчение Западного Аргайла (1778–1783 гг.), Северное ополчение (Гордона) (1778–1783 гг.)[1024].
Представляется, что по ту сторону «горских» палашей и гренадерских штыков, между 1689 и 1759 гг., британское военное присутствие успело пустить в неподатливую почву Горной Шотландии крепкие корни; с 1792 по 1815 г. — время кульминации почти векового изнурительного противостояния Великой Британии и Великой Франции — каждый четвертый житель Горного Края проходил добровольную службу в полках под флагом Соединенного Королевства (в абсолютном выражении 75 000 человек из примерно 300000 населения Горной Шотландии на рубеже XVIII–XIX вв.).
При этом необходимо особо отметить и подчеркнуть тот активно исследуемый британскими коллегами факт, что рост численности такого весьма воинственного участия горцев в имперском строительстве был прямо пропорционален масштабам интеграции Хайленда в британское регулярное государство, успешной колонизации элитой этого «дикого» края институтов Соединенного Королевства и Британской империи[1025].
Наконец, показательными (и ожидаемыми для хорошо знакомых с обстановкой в Горной Стране) представляются последствия вывода 43-го пешего полка «Черная Стража» из Хайленда в 1743 г.[1026] для военно-политической и криминогенной обстановки в Горном Крае, против чего, между прочим, очень жарко протестовал лорд-президент Сессионного суда Шотландии, усматривая в «Черной Страже» единственный на тот момент значимый фактор военно-политической безопасности королевства в Горной Стране[1027].
Почти сразу же вслед за этим событием последовало, например, практически повсеместное восстановление незаконной практики угона скота на границе владений кланов Кэмпбелл и Кэмерон со стороны последних, убрав с «карты» подобных предприятий последнее «белое пятно». Примечательно, что Арчибальд Кэмпбелл, новый, 3-й герцог Аргайл, получив сей славный титул в том же 1743 г., управление владениями начал прежде всего с восстановления военной службы арендаторов в счет значительной части арендной платы с земель[1028].
Вообще отряды «Горской Стражи» в это последнее перед восстанием якобитов 1745–1746 гг. время окончательно заменили собой «Черную Стражу», взимая, однако, плату за сохранность имущества с собственников Горной Страны и горношотландского порубежья, а не с правительства и, совершенно очевидно, промышляя, с другой стороны, грабежом. О том, что эти же партии горцев-разбойников являлись потенциальной (и впоследствии реальной) вооруженной силой противников правительства и новой правящей династии, уже говорилось. Утрата важного агентурного звена в лице отдельных рот из горцев резко снижала информированность правительства Соединенного Королевства о положении дел в Горной Шотландии, и это — буквально за два года до самого значительного своим продвижением к Лондону якобитского мятежа. В то же время королевские войска в Шотландии лишались вооруженной поддержки, за исключением, видимо, гидов при фортах и блокгаузах, достаточного количества опытных проводников, хорошо знакомых с местными особенностями предстоявшей войны.
