к хорошей жизни привыкаешь очень быстро. Полежав в горячей воде, я поняла, что расслабиться не получается. Все мои мысли крутятся вокруг Вольфа. Как он там? Ему лучше? Только сейчас я задалась вопросом: а почему мне даже не предложили навестить его? Пусть я под подозрением, но посетить Вольфа как его суженая наверняка имею право… В состоянии растерянности я даже не подумала о таком варианте, а вот Чак, который был в здравом уме и трезвой памяти, даже не удосужился предложить. Но теперь, когда я заперта в этой золотой клетке, кто же меня проводит к Вольфу? Даже не выпустят, тут сомнений нет.
А ведь Вольф с самого начала подозревал, что кто-то заманил нас в ловушку. Натравленный на меня кабан, странное перемещение в Харутский лес… Если появление черных крестьян-чернокнижников можно объяснить случайностью, то ко всему остальному кто-то приложил руку.
Или лапу.
Кто-то ведет игру против императора и меня лично, но кто?
Я выбралась из ванны, завернулась в полотенце и вернулась в спальню. Покои императора нынче для меня закрыты. Чак, очевидно, принял на себя управление дворцом и поселил меня в скромных гостевых комнатах: небольшая комната с кроватью, столом и балконом. Еще и личная ванная прилагается, но это, скорее, чтобы я по коридорам не шастала лишний раз. Помаявшись немного, я задавалась сакраментальным вопросом: а кормить меня сегодня собираются?! Я ведь с утра только несчастного зайца съела, и с тех пор во рту маковой росинки не было.
Я так и сидела на диване, обернутая в полотенце, когда раздался вежливый стук в дверь.
— Входите! — разрешила я, но в ответ стук лишь повторился. Не понимая, что происходит, я встала и сама открыла дверь. Мой взгляд сразу упал на лицо стражника, который, кажется, в этот момент вообще пожалел, что способен видеть. При виде меня, укутанной в банное полотенце, его глаза буквально поползли на лоб, а поднос в руках задрожат.
Поднос! С едой! Позабыв обо всем на свете, я схватила драгоценную ношу с трапезой и захлопнула дверь ногой. Еще не хватало, чтобы этот криворукий уронил мой ужин! От голода желудок сводит, я не могу терпеть ни одной лишней секунды!
На ужин для меня приготовили куриный суп, жареную свинину и закуски с сыром. Лесная нимфа, я глотала пищу, не успевая ее даже прожевать! Увидела бы сейчас леди Катарина, как я ем мясо руками, то непременно упала бы в обморок от моих манер! Но я слопала все до последней крошки и закрепила все стаканом вишневого компота. Как же вкусно!
После плотного ужина меня сморило. Тело налилось слабостью, все поплыло перед глазами. Я добралась до кровати, буквально рухнула на нее и поняла, что не могу двигаться. У меня не получается пошевелить ни рукой, ни ногой, ни губами. Что происходит? Безусловно, я очень устала, но не до такой степени, чтобы мышцы тела были не в состоянии сделать даже малейшее движение.
Что происходит…? Постепенно мною начала овладевать паника. Я не могу пошевелиться, но в то же время и заснуть у меня не получается. Я лежу с открытыми глазами и чувствую, как быстро бьется сердце в груди, будто пытаясь заставить свою хозяйку шевелиться. Я отметила странное ощущение, похожее на опьянение от вина. Мне в голову словно напустили тумана, все происходящее кажется нереальным. Может, я все-таки уснула, и мне снится кошмар? Я пролежал так еще несколько минут, пытаясь вновь вернуть себе контроль, но в какой-то момент краем глаза заметил в комнате движение. Определенно, это не штора колышется от ветра. Хотя бы потому, что штора не может иметь очертания высокой мужской фигуры.
Меня бросило в ледяной холод от вида незваного гостя. Даже при встрече с натравленным на меня гигантским кабаном было не так страшно, как сейчас. Что взять с несчастной свиньи? Она не сравнится с другим хищником, куда более хитрым и опасным.
Загадочная фигура не стала прятаться и притворяться мебелью. Он приблизилась, и я ясно увидела его лицо.
Чак.
Без сомнения, это он. Вот только, выражение лица такое, будто передо мной совершенно другой человек. Нет ни следа той легкой улыбки, которая всегда была на его лице. Челюсти плотно сомкнуты, невозможно прочитать ни одной эмоции. Передо мной предельно серьезный и опасный мужчина.
Взгляд желтых глаз скользнул по моей обездвиженной фигуре. Добравшись до лица, он посмотрел прямо мне в глаза и улыбнулся. Не так, как раньше, не тепло и по-дружески, нет. Так, как Чак сейчас, улыбается только хищник при взгляде на желанную добычу. Я ощутила себя дичью, угодившей в капкан.
Не говоря ни слова, Чак схватил меня за щиколотки и подтянул к краю кровати. Я изо всех сил пыталась овладеть хотя бы одной своей конечностью, но ничего не выходит. Я парализована, а потому он может делать со мной все, что только в голову взбредет. Чак взял меня на руки, уложил мою голову на свое плечо и неожиданно открыл портал. Я ожидала чего угодно, но только не нового похищения. Нет! Только не это! Я вынуждена беспомощно наблюдать, как меня уносят в неизвестность.
Яркая вспышка, все поглотил свет, а в следующее мгновение в нос ударил знакомый запах Харутского леса.
— Аннабель, — устало выдохнул Чак, — от тебя разит страхом, — сообщил мне он.
Лесная нимфа, что вообще происходит? Зачем он похитил меня?! Чак, друг Вольфа, его двоюродный брат, преданный соратник! Боги, да ведь император доверил меня ему, а значит, сомнений в этом оборотне нет даже у него!
— Успокойся, пожалуйста, — попросил Чак и начал шагать по лесу. Куда он несет меня?! Кругом непроглядная ночная тьма, а он идет так уверенно, словно по тропинке. — Тебе, наверное, интересно узнать, что происходит, и зачем я забрал тебя из дворца?
Забрал? Меня поражают эти мягкие формулировки. Чак похитил меня, по-другому это не назовешь! — Аннабель, понимаю, для тебя мои слова прозвучат очень странно, но мы с тобой предназначены друг другу судьбой, — огорошил меня он.
Я быстро заметила, что Чак не обращается со мной как с пленной. Он бережно держит меня на своих руках, уложил мою голову на свое плечо, а во время движения старается поворачивать меня так, чтобы
