Если бы не полная блокировка магии маленькой хильды и мощные защиты, Алишер бы уже подозревал магическое воздействие. Но никаких признаков наведенного влечения не было и быть не могло, это он сам виноват, что смешал личное и службу. Позволил себе непозволительные мысли, а рыба гниет с головы. Иномирная проблема приобрела опасные масштабы. Вон, снова блаженно жмурится, перекатывая на языке долгожданную сладость. А в мыслях — чистейшая детская радость и восторг. Девушка не играла — она искренне наслаждалась вкусом меда и пополнением энергетического резерва. Нет, она вовсе не пытается соблазнять или заигрывать с ним. Просто первый раз в жизни попробовала этот солнечный дар лета и цветущих лугов. Вот и облизывает ложки, губки и пальцы. И раненая рука еще плохо слушается, чтобы восстановить мелкую моторику, потребуется время. А он уже надумал черт-те что.
Если бы Элиа пыталась использовать свою женственность как преимущество, играла, строила схемы и влияла на мужские инстинкты — было бы проще. У него была бы примитивная “вилка” из двух вариантов: либо принять, либо игнорировать ее игру. Но она совершенно не осознавала своего самого сильного оружия и даже не думала о нем, Алишере, как о мужчине. Его тянуло к ней, а вот ее — нет. Да и кто он для нее? Страшный враг в черной маске, который взял ее в плен, надел на нее ошейник и хочет убить ее родню. А она для него — работа. Задание. Не первое и точно не последнее. Если не убьют и не уволят… Нет, с него и.о. начальника отдела — как из дерьма пуля. Это называется служебное несоответствие. Маг резко поднялся и отвернулся к окну.
— Спасибо, Алишер, — неуверенно поблагодарила Элиа, отставляя пустые армейские кружки. Ни капли меда или варенья в них не осталось.
— Тебе хреново не сделается, столько сладкого сразу? — проворчал Алишер, забирая посуду.
— Не должно, — смутилась хильда, еще облизывающая губы.
— Иди умойся. Как чушка, весь нос в меду, — бросил мужчина, поспешно покидая комнату. Элии стало холодно и как-то пусто.
— Чушка? — переспросила девушка, но ответом ей была только тишина.
Элиа вздохнула и отправилась умываться. Что такое чушка, она не представляла, но это прозвучало резко и сердито. В голове фоном крутилась одна единственная мысль — за что этот в целом незлой Алишер снова на нее разозлился. И выскочил из комнаты, словно за ним гналась толпа умертвий и самых жутких инферналов.
***
… Базовая реальность, загородная резиденция полковника Ивашина. Координаты засекречены. Спустя два дня по внутреннему времени
— Совсем охренел, подполковник Матуров? И это мне докладывает боевой маг первого ранга? — в голосе полковника Ивашина звучала не злость, а скорее усталость, смешанная с разочарованием. — Назначил, на свою голову — ни украсть, ни посторожить. Вот о чем ты думал? И главное, чем?
Алишер молчал. Сказать ему было нечего. Да и смысл? После считки хоть говори, хоть не говори. Полковник Ивашин не имел склонности к публичным разносам, но легче от этого не становилось.
— Кот из дома, мыши в пляс, — сделал вывод Полкан, задумчиво глядя сквозь пространство. — Совсем разболтались, ухари. Если уж тебе наряды прописывать, что тогда делать с остальными?
— Они давно забыли, когда в наряды по графику ходили, товарищ полковник. Внеочередных предостаточно, — Алишер прекрасно понимал, что вопрос шефа чисто риторический.
— На перспективу работаем? — иерарх так же задумчиво коснулся инфокристалла. — Чем наряды вне очереди зарабатывать, лучше бы за заложницей нормально следили и линии реальности просматривали. Хотя бы те, кому это доступно! — начальник резко вскинул взгляд на незадачливого зама.
— Виноват, товарищ полковник.
— Это и так ясно, как Изначальный Свет.
— Учту.
— Учтет он… Вину делом искупают, — отчеканил Полкан. — Вот и искупишь. На операциях. А пока — на полигоне. Жду через… два базовых часа.
— К чему готовиться? — уточнил Первый.
— Готовиться нужно было раньше. Теперь покажешь, на что ты способен в бою. А сейчас проверка постов.
Зайти к хильде маг решил после.
С полигона Шторм-Первый вышел, весь в крови, поту, гари и копоти, слегка пошатываясь и жадно глотая морозный воздух. Перед глазами все плыло и кружилось. Ивашин вышел следом.
— Срасти переломы и приведи себя в порядок. — приказал иерарх. — Шатаешься, как пьяный. Словно из кабака вышел.
— Так точно, — Алишер торопливо утер рукавом сбегающую изо рта струйку крови и сплюнул в снег. Все равно эта форма безнадежно испорчена.
— Ты понял, за что я тебя наказал и почему именно так?
— За нарушение директивы, — сквозь зубы прохрипел Первый.
— Пожалел?
— Нет, не пожалел, — лгать Высшему Алишер не видел смысла. Все равно ложь шеф видит насквозь.
— И правильно. Если бы пожалел, точно на гражданку куковать отправился бы. Потому я тебя и назначил, что в критической ситуации ты интуитивно принимаешь правильные решения. Даже в условиях неопределенности и зашкаливающего фактора риска. А отхватил ты за то, что эту критическую ситуацию допустил. А если бы хильда загнулась? Или вырвалась на волю и вас всех перерезала, как баранов? Убедился, что будет в бою с превосходящей и неизвестной тебе силой? Самоуверенность — та же глупость. А глупость на войне — это смерть, Алишер.
— Извините, командир. Такое не повторится.
— Разумеется. Комиссую к демоновой прародительнице. Стирание памяти — в подарок. Честно говоря, мелькала эта мысль, пока воспоминания твои читал.
— Так почему я еще при памяти и при погонах? — на лице Первого промелькнуло замешательство.
— Потому что есть мысль лучше. Как поведут себя пришельцы, когда мы выложим козыри, и что от них ждать — одни демоны знают. А эта хильда привыкла к тебе. И, похоже, даже привязывается. Так вот, ты ее перевербуешь.
Глава 21. УЛЬТИМАТУМ
Отправив временного заместителя лечиться и обдумывать задачу, полковник Ивашин переместился в кабинет и вернулся к линиям реальности. «Вилка» успела захватить приличные области поля событий, сплетаясь с тканью реальности в какой-то жутковатый узел. После него, как ни пытался, иерарх не увидел ничего, кроме пустоты. На месте тоненькой нити жизни Полины тоже не осталось ничего — ни в настоящем, ни в доступных вариантах будущего. Теперь ее линия за пределами этого мира. Только в прошлом еще таял ее след, разделивший жизнь на до и после. Маг удовлетворенно переключился на боковые стриммеры и другие точки напряженности. Если линия Золотинки недоступна даже ему, она недоступна ни одной твари, попытающейся достать ее из этого мира. И любого другого за пределами Альвирона. А там она под надежной защитой. Другие векторы развития событий вызывали куда больше тревоги.
Алишер, один из лучших спецов, координатор операции перехвата — и так облажаться, прошляпить такую попытку побега. Что хильда пыталась сбежать, Ивашин не сомневался. Любой в здравом уме попытался бы, а она девочка неглупая. С сюрпризами. И судя по узору вероятностей, этот сюрприз — цветочки, ягодки впереди. Демон знает, как повернется фортуна — с улыбкой или оскалом. Вероятность агрессии со стороны раненой хильды была минимальной, но все же она была. Хорошо, что защитные системы резиденции не исключали такую возможность и подстраховали ребят, остановили преобразование, которое Алишеру не по зубам. К сдерживанию иномирной угрозы Первый пока не готов — подводит нехватка опыта. Потому и плохо контролировал ситуацию. Сегодня на полигоне опыта у него добавилось. К сожалению, боевой опыт передается и усваивается только на практике, в условиях, максимально приближенных к реальным. И закрепляется на реальных операциях. В тепличных условиях не вырастить бойца, без крови и пота нет профессионала. Жалеть спецназ на тренировках и учебных операциях — равносильно смертному приговору. Враг жалеть не будет, погибнут ребята ни за понюшку табаку. А он, как командир и глава, в ответе за каждую из этих жизней. Пусть забывают, когда ходили в наряд по графику, хрипят, обливаются потом и кроют его матом, латая малоприятные, но неопасные раны. Потом еще спасибо скажут.
