Читаем без скачивания Выбор шатеры - Яна Ясинская

— Я бы тоже очень хотел её видеть! — паясничает ворчливый Дэрэк. — Но она, очевидно, не разделяет с нами это желание. Иначе как объяснить, почему она не пришла?!

— Так ты ждал её?! — подключается к разговору удивлённый отец Марк, до которого только сейчас доходит, что Дэрэк не шутит насчёт Ады. — Почему ты сразу нам всё не сказал?

— Потому что она взяла с меня слово! — срывается пьяный друг! — И я — дурак — дал ей его.

— Но почему она не пришла?! — меня начинает одолевать нешуточная тревога.

Дэрэк пожимает плечами, но по нему заметно: вариант ответа у него есть, но он не слишком ему нравится.

— Ада была, мягко говоря, не в восторге от новости, что она — дарийка — теперь супруга императора Альтаира. Я кое-как уговорил её не исчезать из твоей жизни. Объяснил, что вы вполне можете жить вместе и при этом не афишировать, что женаты.

— И что она? — чувствую, что снова не могу дышать от напряжения. Ещё немного и у меня на нервной почве точно начнётся спазм лёгких, как в детстве.

— Она вроде бы согласилась с моими доводами, — растерянно мямлит Дэрэк, — … но, как видишь, видимо, не до конца, раз не пришла. Это её решение, друг. Боюсь, единственное, что тебе остаётся: простить и отпустить её. Ты же знаешь Аду, если она приняла решение, то…

Метель. В душе, в сердце. Катарская. Завьюженная. Ледяные снежинки застилают глаза, попадают в рот. Словно во сне перед моими глазами возникает Катар, заснеженный двор перед домом священника. И одиннадцатилетняя смеющаяся Ада, бросающая в растерянного меня, родившегося там, где нет такой непроходимой зимы, снежок.

Девочка-дарийка кружится, раскинув в стороны руки, наслаждаясь снегопадом. То, что для меня казалось страшной непогодой, ей — приносило радость.

Странная. Непредсказуемая. И такая живая…

Да… Именно живая.

Всё остальное неважно.

Глава 4. Ложь во спасение

Давно уже Глэдис так не переполняли эмоции. Не успела Верховная ведунья вернуться на Дарий, как неприятные новости посыпались не неё словно из рога изобилия. Вот уж действительно: век живи — век удивляйся людям!

Но кто бы мог подумать?! Бэр! Трусливый Бэр! Это просто немыслимо! Что бы это ничтожество осмелилось пойти против неё — Верховной ведуньи! Он что, совсем страх потерял?! Ему что жить надоело?! Да как он вообще мог разболтать о подмене кристалла?! В том, что это сделал именно Бэр, у Глэдис не было сомнений. Больше просто не кому. Иначе как бы Дэмонион узнал о том, что было тайной лишь их двоих? Девчонку-шатеру в расчёт брать не стоит — она не имеет доступа к императору, в отличие от болтливого Верховного лекаря.

Кованная старинная дверь, ведущая в полузаброшенный сад Бэра едва слышно скрипнула. Ступив на выложенную оранжевым камнем дорожку, Верховная ведунья остановилась. С нескрываемым удивлением обвела взглядом двор.

С каких это пор беспечный Бэр стал так заботиться о своей шкуре — повсюду, куда не глянь, воины Руара? Он что, правда, решил, что они смогут остановить её — Верховную ведунью — от того, чтобы отправить этого никчёмного болтуна к праотцам?!

Но нет… Похоже, у стражи нет задачи препятствовать Глэдис. Они мгновенно расступаются перед Верховной ведуньей, позволяя ей с лёгкостью пройти в особняк.

До нелепости роскошный холл, вычурные залы с баснословно дорогой, но при этом абсолютно безвкусно-модной обстановкой. Кабинет…

— Фу!

Жёсткий запах перегара заставляет разгневанную старуху брезгливо поморщить нос. Подозрения оправдываются: невменяемо пьяный Бэр валяется на диване в окружении кучи пустых бутылок. Всё вокруг указывает на то, то в таком скотски пьяном состоянии Бэр прохлаждается здесь уже не первые сутки.

На щеках многодневная щетина. Смотрится она откровенна нелепо, учитывая густо напудренное лицо Верховного лекаря. Ох уж эта адерийская мода! Дорогой домашний халат накинут поверх мятого пёстрого праздничного костюма.

Глэдис взмахом руки плотно закрывает за собой тяжёлые двери, даже не прикасаясь к ним.

Злая, разгневанная, разъярённая!

— Ата! Санди! Дэрис!

Едва заметное звуконепроницаемое поле, вылетающее, словно паутина, из сморщенных ладоней старухи, накрывает куполом кабинет. Лишние уши ни к чему. Хватит и того, что весь императорский двор шушукается: кристалл исчез! Кристалл исчез!

— Бэр! Как Дэмонион узнал о кристалле?!

Ответ — нечленораздельное мычание.

Старуха хватает графин с водой, стоящий неподалёку на столике. Одним махом выливает его на голову заплывшего жиром врача.

— Бэр!!!

Верховный лекарь нехотя потягивается, после чего трёт руками по мокрому лицу, окончательно размазывая по щетине пудру и румяна.

— Бэр… — на этот раз голос Верховной ведуньи звучит гораздо тише: разочарованно обречённо. — Как ты мог проболтаться?

Пьяница с трудом открывает глаза. Тупо уставляется на Верховную ведунью. Пару раз махнув рукой возле лица, чтобы убедиться, что это не кошмарное видение, Дэус Бэр со стоном человека, умирающего от похмелья, садится на диван.

— А… Это ты, Глэдис. Я ждал тебя. Не во время ты улетела, не вовремя…

— А я жду ответа, — металл в голосе старухи явно не предвещает ничего хорошего.

— Это Ромеро, будь он неладен.

— Посол Ромеро?! Он-то здесь причём?! — первоначальное удивление Глэдис вскоре сменяется всепонимающей усмешкой. — Ромеро… И сколько ты ему должен?

Теперь оставалось лишь корить себя: она должна была догадаться, что рано или поздно, этот алчный, азартный пройдоха окажется в чьих-нибудь руках. Видно, сильно прижал его прощелыга-землянин.

Обманчивое спокойствие старухи придаёт Верховному лекарю напрасную самоуверенность. Впрочем, он был бы честен с ней и без этого. Бэр мог быть кем угодно: пьяницей, распутником, жадным до денег, но он никогда не был дураком. А лишь дурак стал бы врать проницательной Верховной ведунье, особенно, когда та на взводе.

— Пятьсот тысяч.

— Сколько?! — обычно удивить Верховную ведунью бывает достаточно сложно, но в этот раз Бэр с лёгкостью справился с этой задачей. — Бэр! Разорви тебя стая драгов, ты что, планету в карты заложил?! Да ты за всю жизнь столько при дворе не заработал!

— То-то и оно, — невесело хмыкает Верховный лекарь, торопливо отводя взгляд от разъярённой ведуньи, одновременно с этим продолжая поспешно приводить доводы в свою пользу. — Ромеро уверил, что лишь хочет поспособствовать восхождению на престол Атарксиса и возобновлению войны с Альтаиром. Мы же сами хотели этого, Глэдис! Давай не будем врать сами себе: Дарию ни к чему это перемирие… Мы — Великая держава…

Договорить не успевает… Один взмах старческой руки и перепуганный толстяк с поросячьим визгом отлетает метров на десять, со всей мощи своего немалого веса вписываясь в стену.

— Я лишь хотел… — не то отчаянный визг, не то плач.

Но Глэдис уже глубоко наплевать, чего хотел Бэр.

Идиот! Глупец! В погоне за деньгами он и забыл, что отвечать за кристалл ему придётся не перед старой приятельницей Глэдис, с которой в своё время они опрокинули ни один бокал эля. О, нет! Ему придётся держать ответ перед той, которая вырастила, возвела на престол императора Дария. Той, чья мощная магия уничтожала целые поселения древних. Той, чьё спокойствие и расположением весьма обманчиво. Потому что именно она — Верховная ведунья — вот уже несколько столетий вершит и контролирует судьбу Дарийской империи.

Она и никто другой!

Увы, Бэр, стремясь решить свои накопившиеся финансовые проблемы, видимо, напрочь забылся, с кем имеет дело.

— Где кристалл?!

— Я не знаю! — вскрик, переходящий во всхлип. — Но у Ромеро его больше нет. Насколько я понял, он пытался вывезти его с Дария, спрятав в вещи альтаирского принца, а тот… исчез. И никто теперь не знает, ни где принц, ни где кристалл.

Глэдис закрыла глаза.

Усталость. Огромная. Всепоглощающая. В один миг лавиной обрушивается на неё.

Века. Она прожила так много и так долго, и всё же до сих пор так и не смогла привыкнуть… Не смогла перестать удивляться человеческой алчности, глупости, недальновидности…

Подставить целую империю из-за какого-то долга…

Да… На этот раз Бэр превзошел сам себя.

Но что ещё хуже: звезда Сатаба уже склоняется к закату. Ровно через сутки на Плато Семи ветров должен будет выйти Атарксис и предъявить своё право на Жезл Власти, а вместе с ним и на второй трон соправителя Дарийской империи.

Но теперь, когда весь двор знает, что кристалл поддельный, задумка Верховной ведуньи посадить на престол мальчишку — марионетку, не имеющего в своих жилах и капли императорской крови, теряет смысл. По древнему Закону завтра любой желающий — даже простолюдин — сможет точно также выйти на это плато и предъявить право на Жезл власти. И с лёгкостью возьмёт его в руки, потому что настоящего кристалла, генерирующего силовое поле Дария, у них больше нет.