в Люцифера, который заблокировал удар и ударил большим черным крылом Гадеса. Когда князь отшатнулся, принц сделал это снова, развернувшись, чтобы опять взмахнуть крылом. На этот раз перепончатый отросток свалил князя с ног.
Санни обхватила пальцами углубление в медальоне, из центра вырос рог. Пришло время единорогу вмешаться.
Глава 39
«Да здравствует король!»
Уильям встретился с Акселем на краю палаточного лагеря Посланников, как и планировал.
— Я смог найти раненого Посланника, — сказал ему Аксель, и в центре его лба запульсировала вена. — Демоны нанесли сильный удар, а затем унесли всех прочь. Свидетель сбежал, но прежде услышал упоминание о дворце Гадеса.
Уильям напрягся. Они перенесутся к текущему местоположению Посланников. демоны… нападающие на его пару…
— Сейчас мы перенесемся в тронный зал Гадеса. — слова, которые он отправил всем своим союзникам.
Как будто они с Акселем были партнерами на протяжении веков, они повернулись одновременно, вставая спина к спине с мечами наготове.
Исчез ад, воцарился полнейший хаос. Люцифер и Гадес сражались в переполненном тронном зале — два торнадо постоянно сталкивались, двигаясь так быстро, что даже Уильяму было трудно уследить. Мертвые и умирающие солдаты устилали пол. Запах старых монет, мочи и опорожняющихся после смерти кишок отравлял воздух.
Он буквально попал в эпицентр дерьма.
Где Санни? Он огляделся по сторонам и обнаружил пропавших Посланников, который, казалось, страдали от невидимой силы.
Джиллиан и Пьюк появились рядом с ними, оценили ситуацию и бросились в атаку.
Следующими появились сыновья Уильяма. Затем Пандора. Затем Повелители и их пар, включая Анью и Кили. Появились еще князья ада.
На мгновение Уильям застыл, парализованный благодарностью за то, что они всё бросили и примчались. Пораженный страшным зрелищем, которое они представляли. Униженный тем, что они любили его настолько, что рисковали своими жизнями, чтобы спасти того, кого он любил.
Пока его друзья занимались уничтожением демонов, Уильям увидел знакомое лицо и затаил дыхание. Лилит. Она выжила.
Он так давно ее не видел. теперь она стояла рядом с Посланниками, подняв руки. Она выглядела такой же измученной и сломленной, как ее сводная сестра. Очевидно, Люцифер заставил ее пройти через ад.
Уильям ждал, когда придет удовлетворение… но оно не торопилось.
Медальон нагрелся на его груди, еще больше магии просочилось в кожу, кровь, мозг… но не темной магии, как он первоначально подозревал, а чистой. Его мышцы увеличились еще на пару дюймов, а кости укрепились, став прочнее стали. Клетки закипели.
Различные цвета окружили каждого. Он понял, что это ауры. «Так видит Санни?»
Но как медальон мог так на него подействовать?
«Обдумаю позже, сейчас надо сражаться». Уильям начал двигаться, снеся голову приближающемуся демону.
Другие демоны заметили его и Акселя и атаковали всем скопом — щелкали клыками, размахивали когтями и хлестали хвостами. Преисполненный решимости найти Санни она замахнулся на следующего приблизившегося демона и крикнул Акселю:
— Мне нужно найти Санни.
— Я прикрою твою спину. Ты веди. Я следом.
Теперь его переполняло удовлетворение. Размахивая мечами и отсекая конечность за конечностью, он ринулся вперед. Аксель оставался рядом, прикрывая спину, как и обещал. Они оставляли за собой след из мертвых демонов. Проблема заключалась в том, что их усилия казались напрасными. Как только один демон падал замертво, его место занимали два других. Враги просто продолжали приближаться, вскоре окружив их.
«Они могут… проиграть?»
Нет! Ключ к победе в битве — уметь приспосабливаться.
— Новый план, — проскрежетал он, наступая демону на хвост и отрубая ему голову. — Мы освободим Посланников от магии ведьмы. Они смогут летать сверху и искать Санни.
Когда они свернули с пути, медальон нагрелся на груди Уильяма. Удивительно, как его рубашка не загорелась. Почему…
Несмотря на то, что его пальцы не касались углублений в медальоне, вырос острый костяной нарост, прорезавший рубашку.
Уильям бросил меч, чтобы сорвать медальон с цепочки.
Раздалось громкое, раскатистое боевое ржание, эхом отразившееся от стен. Демоны замерли. На самом деле, все замерли — все взгляды устремились к дверному проему. Огромный боевой конь… нет, боевой единорог… влетел в комнату, сверкая.
Санни.
Челюсть Уильма упала. «Она. Великолепна». Дикие неоново-красные глаза. Большие острые зубы. Ее покрытая шрамами плоть переливалась всеми цветами радуги. Из центра лба торчал ребристый черный рог, точно такого же размера как их копья, а вокруг него светилось золотое кольцо. Такого же размера как медальон.
Он осознал три поразительных факта одновременно. Медальоны были ампутированными рогами единорога. Ее рог активировал его медальон, выдвинув копье… рог… вперед. И увидеть рог на живом единороге значит захотеть… нуждаться… заполучить его себе — его магия подобна крепкому вину, вдохновляющему на мгновенную, непоколебимую одержимость.
Неудивительно, что Санни настояла на сокрытии своей формы единорога.
Она промчалась галопом через тронный зал, врезаясь в демонов. Своим рогом она пробивала броню, чешую и кости, черная кровь стекала по ее лицу. Пронзив двух демонов своих рогом, Санни помотала головой, отправив парочку в полет, и лягнула демонов позади себя.
Эту женщину не нужно спасать. Другие нуждались в спасении от нее, и Уильям не мог испытывать более сильное чувство гордости.
Никому из его врагов не удалось свергнуть его, но любовь к Санни способна на это.
Все остальные чувствовали то же, что и он — одержимость. Никто не мог отвести взгляд от рога, все застыли от этого зрелища. Даже Гадес и Люцифер замерли, уставившись на нее, словно загипнотизированные.
Санни сосредоточилась на ведьме. Закричав от боли, Лилит ударила себя кулаками по вискам. В то же время копье Уильяма нагрелось и завибрировало от странной, новой магии.
Нет. Не новой и не странной. Магия Лилит. Его рог и рог Санни работали вместе, поглощая магию ведьмы. И, очевидно, иллюзии Люцифера. Посланники перестали дергать себя за волосы, и количество демонов уменьшилось, по крайней мере, на семьдесят процентов. Все иллюзии исчезли.
Уголок его рта приподнялся. Дым вокруг Гадеса и Люцифера рассеялся, показав двух окровавленных воинов с множеством порезов. Гадес тяжело дышал и был бледен, очевидно ослаб. Люцифер… больше не выглядел безупречно красивым.
Он изменился так, как Уильям и представить себе не мог — его глаза запали и налились кровью. Щеки ввалились, кожа приобрела землистый оттенок. Волосы поредели, а плечи опустились. Улыбка Уильяма стала шире. «Заслужено».
Два хищника кружили по круг. Оставшиеся демоны попытались их обступить, создав стену, но союзники Уильяма перебили всех до одного. Они создали стену.
Кипя от радости, готовый покончить с этим, Уильям протиснулся сквозь толпу и рявкнул:
— Моя очередь играть.
