– Ну хорошо, она прошла по карнизу, – согласился Слоун, затем встал, зевнул и добавил: – Дело в другом: тебе нужно подумать о самом себе.
– Я должен в первую очередь подумать о Уэзер, – возразил Лукас.
Слоун покачал головой.
– Нет, о Уэзер позаботится сама Уэзер. Ты же должен позаботиться о себе.
– Господи, Слоун, – не выдержала Шерилл. Этот разговор уже начал ее раздражать. – Можно подумать, ты не знаешь, что он хочет сказать.
Слоун открыл рот и снова закрыл. Несколько лет назад Дэвенпорт прошел через сильную клиническую депрессию, и с тех пор Слоун воспринимал друга как существо ранимое. Или, скажем так: как человека с тонкой душевной организацией.
В общем, он не стал развивать эту тему дальше. Затем в дверной проем просунула голову медсестра и, заметив Лукаса, сообщила:
– Уэзер проснулась.
Лукас тотчас вскочил со стула.
– Увидимся позже, – бросил он своим друзьям и поспешил по коридору вслед за медсестрой.
Уэзер лежала в отдельной палате и, когда Лукас вошел, уже передвигалась самостоятельно. На ней была больничная рубашка, но девушка копалась в шкафу в поисках своей одежды. На ее лице читалось раздражение.
– Уэзер!
Девушка вздрогнула и обернулась. Однако стоило ей увидеть Лукаса, как лицо ее смягчилось.
– О боже, Лукас! – Уэзер протянула к нему руки.
– Как ты? – спросил он, обнимая ее и отрывая от пола.
– Хорошо, если только ты меня не задушишь, – выдохнула девушка.
Дэвенпорт опустил ее на пол.
– Неужели?
– Мне сделали укол седативного препарата, после чего уговорили облачиться в эту ужасную больничную рубаху. – С этими словами Уэзер слегка оттянула подол в сторону, как будто приготовилась сделать церемонный поклон. – Меня посмотрел буквально каждый здешний врач, причем в первую очередь каждый спешил осмотреть мою задницу.
– Все верно: ты приносишь свет в жизни людей.
– Хочу поскорее сбросить с себя эту дурацкую рубаху, – призналась Уэзер и снова взялась перебирать вещи. – Закрой дверь.
Лукас выполнил ее просьбу и, когда женщина, предварительно смяв в ком, бросила больничную рубаху на кровать, сказал:
– Только не пытайся меня обмануть. Говори, как ты себя чувствуешь?
Уэзер почти натянула блузку, но едва руки пролезли в манжеты, остановилась.
– Я как будто сама не своя. Такое странное ощущение…
Она потерла виски и посмотрела на Лукаса. Однако тотчас же отвела взгляд куда-то ему за плечо.
– Я пытаюсь думать о чем-то другом, как вдруг у меня снова перед глазами… я в коридоре с этим человеком, ты стоишь там, и вдруг… Ее передернуло.
– Не думай об этом, – сказал Дэвенпорт.
– Да я и не думаю. Я отказываюсь об этом думать. Но все равно, как будто кто-то подносит к моему лицу картинку. К самым глазам… Бум!
– Это посттравматический стресс, – успокоил подругу Лукас.
– Я тоже так думаю, – согласилась Уэзер. – Раньше я в него не верила. Раньше мне казалось, что такое бывает только со слабаками, но теперь…
– Все пройдет, – пообещал Лукас. – Там, в коридоре, я не знал, что с тобой и Лашезом. Я не мог рисковать, я не мог узнать правду иначе, как…
– Не переживай, – сказала Уэзер. – Да и вообще, все произошло по моей вине. Что я там делала? Когда он вошел, я думала, что мне конец. Я думала, что Лашез убьет меня в ту же минуту, меня и всех тех, кто был со мной, моих друзей. Я чувствовала себя полной дурой.
– Ненормальные люди непредсказуемы, – перебил ее Лукас. – Никто не мог сказать, что будет дальше.
– А затем Лашез совершил фатальную ошибку, – продолжила Уэзер. – Тогда я этого не поняла, потому что мы вели совершенно нормальный разговор. Но теперь я это вижу: своими действиями он загнал себя в тупик. Наступил момент, когда выбора у него не осталось. Любые его решения сводились к одному. Сомневаюсь, что Лашез вам сдался бы. Впрочем, нет, тогда я думала, что он сдастся. Более того, я была в этом уверена. А вот теперь – нет. Когда мы с ним разговаривали, он постоянно менял свое мнение, буквально как…
– Ребенок, – подсказал Лукас.
– Да, но не совсем. Вернее, как безумный ребенок, – продолжала Уэзер.
Сказав эти слова, она выглянула из окна и посмотрела на деревья, росшие на берегу Миссисипи, после чего повернулась и в упор посмотрела на Лукаса.
– А ты как? – спросила она. – Мы слышали про полицейского, что его убили и ты был там. С тобой все в порядке?
– Не волнуйся, со мной все в порядке. – Держа девушку за плечи, Лукас, не убирая рук, отстранил ее от себя и окинул придирчивым взглядом.
Уэзер была такой нормальной, такой здравомыслящей, что Лукас неожиданно рассмеялся.
– В чем дело? – спросила она и тоже попыталась улыбнуться.
– Ни в чем, – ответил Дэвенпорт и, снова обняв подругу, оторвал от земли. – Вернее, во всем. Особенно в этой рубахе. В ней твоя попка смотрится потрясающе!
– Лукас!..
Примечания
1
«Нью-Орлеан Сэйнтс» – профессиональный футбольный клуб (американский футбол).
2
Верхний полуостров – северная часть штата Мичиган, выступ, образующий полуостров, омываемый водами озер Мичиган, Гурон и Верхнее.
3
Игра слов: dick (англ. сленг) – мужской половой орган.
4
Слеза у глаза – одна из самых распространенных тюремных татуировок в США и означает как минимум одно убийство, совершенное ее носителем.
5
«Дневники Тернера» (1978) – роман-антиутопия американского писателя Уильяма Пирса, писавшего под псевдонимом Эндрю Макдоналд, стал культовым среди расистов в США.
6
Бонни Паркер и Клайд Бэрроу – известные американские грабители периода Великой депрессии, убитые в перестрелке с полицией в 1934 г.
7
Яппи – молодые городские профессионалы, главным образом состоятельные.
8
Имеется в виду Скрудж Макдак, утка из популярного диснеевского мультсериала; богач и скопидом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
