Но война в небесах шла отдельно. Джерджему поставили задачу продавить фланг подвергаемых артобстрелу сил XVI-й и XIX-й центурий I-го оборонительного легиона.
Паскуды очень хорошо укрепились, поэтому даже пятый интенсивный артобстрел не принёс нужного результата. Джерджем бы, будь он на месте генерала Панаки, уже раздумывал о вызове орбитального удара, но сегодня в штабе решили, что дальше будут более крепкие оборонительные линии, поэтому лучше приберечь ограниченные залпы управляемыми торпедами на более веские объекты.
Трещали лазерные разряды, взрывались ручные гранаты и воющие в небе мины, лязгала гусеницами бронетехника, а на фоне гремела артиллерийская канонада.
Батальон приблизился на ударную позицию.
– Миномёты, – заговорил во встроенный в шлем микрофон Джерджем. – Дымовыми, огонь по квадратам АС-43 и АС-44.
Дым плохо сказывается на мощности лазерных разрядов, но сейчас просто нет иного выхода. Нужно пересечь открытую местность и зайти в мёртвую зону пушечных бункеров.
О потерях официально не докладывают, но у Джерджема есть подозрение, что они высокие. Неймодианцы в обороне, поэтому имеют преимущество в виде укреплённых линий обороны, с траншеями, бункерами и ДОТами. Двигаться приходится солдатам Набу, оттого и прогноз потерь очень невесёлый.
К счастью, далеко не все неймодианцы горят желанием умереть за Родину. Военнопленных собирают во временных лагерях, но в будущем, когда столица и второй по значению город будут взяты, пленных распустят по домам, так как накладно кормить эту прорву разумных.
Дымовые мины попадали на искорёженную осколками землю и начали выпускать густой чёрный дым.
– Вперёд! – приказал капитан Джерджем.
Рядом наступали другие батальоны, использовавшие аналогичную тактику прикрытия дымовыми завесами.
В воздухе сражались истребители, осыпая на поверхность пылающие обломки друг друга, штурмовики сыпали кассетные бомбы по выявленным целям, но всё это идёт фоном. Для капитана Сирнана Джерджема командование предусмотрело особую миссию, потенциально самоубийственную, но сулящую большие стратегические возможности в случае успеха.
Сократив дистанцию до минимума, батальон вышел к траншеям неймодианцев и вступил в ближний бой.
Сирнан на острие атаки влетел в траншею и насадил ближайшего легионера на штык-нож, примкнутый к винтовке.
Поднялся яростный многоголосый крик. Трещали лазерные разряды, металл бился о металл, вопили раненые и в последний раз выдыхали убитые.
Первую линию траншей перед бункерами они взяли.
– Миномёты, дымовыми, АD-43 и АD-44 – огонь! – приказал капитан Джерджем.
Страха не было. Страх атрофировался в тот день во время осады Набу, когда его приволокли в госпиталь, где бледная блондинистая женщина сверхъестественным способом воссоздала ему сожжённые бластерным разрядом рёбра и восстановила левое лёгкое.
Мучительная боль и невозможность полноценно вдохнуть заставили его желать лёгкой смерти, но с ним ещё не было покончено.
Его напоили содержимым некой синей склянки, а затем дали отлежаться пару часов, после чего он вновь вернулся на поле боя.
Страшное время, которое совсем не похоже на нынешнее. Тогда они были слабее, глупее, отставали в вооружении, тактике, стратегии… Сейчас же…
Вновь провыли мины, с ювелирной точностью упав перед бункерами с лазерными и бластерными пушками.
Инфопанель в визоре шлема держала капитана в курсе состояния подразделения. Штурм первой линии отнял жизни ста сорока трёх солдат из двух с половиной тысяч в батальоне.
Как узнал Джерджем на офицерских курсах, нигде в галактике нет тактических единиц подобной численности. У тех же легионеров Торговой федерации в батальоне максимум шестьсот человек, в то время как в Набуанской армии это на сто человек больше численности роты.
В глобальном масштабе это снижает гибкость, но в локальном масштабе их натиск сильнее и для его отражения противнику нужно задействовать по четыре-пять батальонов, что плохо сказывается на координации.
Вскинув лазерную винтовку, капитан Джерджем дал длинную очередь по отступающим к ближайшему бункеру легионерам. Частые разряды срезали двоих, уронив их на землю и заставив замереть там навсегда.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Вторая линия пала почти без сопротивления. Но дымовая завеса не может висеть вечно.
– Лейтенант Морвари, ваш выход!
– Принято!
Командир инженерной роты отправил своих подчинённых закладывать заряды.
Укрывшись в траншеях, набуанские солдаты начали разворачивать захваченные орудия. Станковые стаб-пулемёты, лазерные и классические пушки – всё это было можно и нужно использовать для отражения возможной контратаки.
Из бункеров стреляли вслепую, надеясь достать кого-нибудь. И это у неймодианцев получалось, так как время от времени капитан получал информацию о постоянном снижении численности вверенного подразделения.
Но вот инженерная рота достигла мёртвой зоны и начала закладку зарядов.
– К подрыву готовы! – спустя пару минут доложил лейтенант Морвари.
Это значило, что инженеры уже покинули зону поражения.
– Начали! – приказал капитан Джерджем.
Яркие вспышки и оглушительные взрывы по всей линии обороны. Это значило, что дюрабетонные бункеры уничтожены, как и противотанковые орудия, спрятанные в них.
– В атаку! – приказал капитан Джерджем.
Яростно заорав, батальон пошёл в атаку.
Загремели гусеницы бронетехники, которая теперь может поддержать пехоту, загрохотали пушки, а небо украсилось красными вспышками лазерных разрядов.
Но это была лишь начальная стадия плана штурма.
Танки NC-1 «Авангард» проехали уничтоженную оборонительную линию насквозь и, при поддержке БМПТ [23] NC-10 «Пыльник», начали продавливание не оборудованных противотанковыми средствами глубинных линий обороны.
Военная доктрина набуанской армии допускала штурм оборудованных противотанковыми средствами линий обороны, но сейчас ситуация особая: новые танки и БМПТ привезут нескоро, поэтому было сочтено, что повышенные потери солдат при таких вот штурмах будут компенсированы солдатскими жизнями, которые сохранят уцелевшая при этом бронетехника.
Звучит несколько по-людоедски, но это война. Капитан Джерджем понимал, что по-другому вообще никак.
Когда воюешь на чужой планете, будь готов, что у тебя не будет хватать боеприпасов, бронетехника будет таять как парафин, а единственное, чего у тебя будет много – это солдаты с лазерными винтовками.
Танковый прорыв имел ошеломительный успех, так как они уехали далеко вперёд, не став ждать отстающую пехоту.
За собой танки и БМПТ оставляли кровавый шлейф: изуродованные осколками и взрывами трупы, разбитые неймодианские БМП, некоторое количество «погашенных» танков БШТ, а также сожжённые ДОТы и блиндажи.
Насколько знал капитан Джерджем, так ещё никто не воевал. Неудивительно, что неймодианцы оказались не готовы…
Догнать танки удалось лишь спустя два часа.
Они заняли оборону на подступах к основанию города-моста, где имели место дюрабетонные ДОТы и новая линия обороны, которую сейчас, несмотря на риски, дорывали дроиды-строители.
Капитан Джерджем подошёл к скоплению танков, где беседовало командования танкового батальона.
– … ракетами их, нахрен, – стукнул кулаком по ладони неизвестный майор-танкист. – РСЗО подождём – выжжем тут всё, а дальше обстрел укреплений. Выкурим легионеров из основания – город взят.
Форма у них тёмно-оливковая, под цвет танковых камуфляжей. Пробковые противоударные шлемы, короткие ботинки, чтобы было удобно сидеть в замкнутых пространствах, разгрузки облегчённые и без каких-либо, даже лёгких, экзоскелетов.
– Да нихрена, – покачал головой подполковник-танкист. – Гражданское население приказано целенаправленно не бить.
Сирнан Джерджем застыл. Дроиды убили его отца, мать и двоих младших братьев. После осады Набу он остался один из всей семьи. Родственников нет, друзей и знакомых нет – не выживи он в бойне, никто бы и не вспомнил, что был такой человек…
