его послы из Константинополя». Год спустя Лиутпранд умер – молитвами своего друга папы: «Вернувшись со своей свитой (из Павии) в Рим, папа возблагодарил Бога и отметил праздник святых апостолов Петра и Павла. Затем он умолил всемогущего Бога о милосердии, чтобы Он защитил народ Рима и Равенны от насильника и гонителя Лиутпранда. И Бог по своей милости не пренебрег его молитвой. В июне следующего года Бог забрал короля из этого мира и положил конец преследованиям». Вот и дружи после этого с духовенством… Ему наследует племянник Гильдебранд (правил и умер в 744 г.), но вскоре он был свергнут фриульским герцогом Ратхисом (правил в 744—749 и 756—757 гг., ум. после 757 г.). Новый король в 748—749 гг. методично прибрал к рукам оставшиеся крепости византийцев в обоих Пентаполях и осадил Перузий, от которого, правда, отступился по ходатайству папы Захария. В 749 г. Ратхис (якобы под большим влиянием папы, но скорее всего под давлением лангобардской знати, недовольной его отказом от завоевания Перузия) постригся в монахи, и трон занял его брат Айстульф (правил в 749—756 гг.), которому было суждено пресечь длительную агонию Равеннского экзархата. Первым делом он задушил остатки экзархата экономически, ограничив его торговлю с лангобардами; затем он захватил крупный торговый центр Коммакьо, и уже оттуда через Феррару двинулся на Равенну. 4 июля 751 г. он подписал первый документ во дворце равеннского экзарха – следовательно, к этому времени Равенна пала; в 751—752 гг. Айстульф подчинил Форли, Форлимпополи, Чезену, Римини, Конки, Пезаро, Фано и Сенигаллию. Экзархат ушел в историю. Жизнеописание папы Стефана (715—757 гг., на кафедре с 752 г.) повествует, что он неоднократно требовал от короля вернуть Равенну и тем самым восстановить экзархат, но ничего подобного не добился, и в 754 г. лично прибыл к франкам, побуждая их «…прийти со всей силой и способствовать возвращению Равеннского экзархата и других областей, принадлежащих Риму» (интересная, однако, формулировка – жалко, нельзя знать наверняка, в чью пользу тогда хлопотал папа, но нельзя исключить, что уже в свою, как и зафиксировано в тексте). Понимая, что ничего на этом свете даром не происходит, папа освятил узурпацию бывшего мажордома франкского королевства Пипина Короткого (714—768 гг., правил уже с 751 г.), помазав его королем франков. Войско Пипина вместе с папой пришло в Италию, Айстульф был разбит и осажден в Павии; выдав заложников, лангобардский король «…вместе со всеми своими судьями поклялся страшной и сильной клятвой и подтвердил это письменным документом, что он сразу вернет Равенну и другие города… (Франки ушли, и король Айстульф) впал в прежнее вероломство и не исполнил своего обещания», более того, пошел на Рим и три месяца осаждал его. Папа опять позвал франков; при этом прибыли послы из Константинополя; осознав, что, если франки получат Равенну и иные города, вряд ли они отойдут василевсу, они прибыли к Пипину под Павию «…с многочисленными подарками; просьбами и обещаниями пытались добиться, чтобы король вернул Равенну и прочие города и крепости экзархата пол императорскую власть, но они не смогли смягчить сердце франкского короля. Наоборот, он заявил, что эти города должны быть отняты у римского (т.е. византийского
. – Е.С.) престола и что ничто не отвратит его от этого решения». Погрязшая в войнах с арабами и иконоборческих дрязгах Византия оказалась бессильна вернуть экзархат; даже не попробовала. Загнанный в полный угол Айстульф в 756 г. передал города экзархата папе римскому, что положило начало существованию так называемого Папского государства (или Папской области, 756—1870 гг.). В том же 756 г. Айстульф погиб на охоте, ему наследовал герцог Сполето Дезидерий (ок. 710 – ок. 786 гг., правил в 756—774 гг.); правда, Ратхис вышел из монастыря, чтоб воспрепятствовать ему, и провозгласил себя королем, но был разбит и вернулся в монастырь. Византия сохранила в Италии под своей властью лишь некоторые владения на юге и на Сицилии, южные герцогства лангобардов подчинились папе, а Дезидерий (на чьем счету тоже была осада Равенны, теперь уже папской) удостоился сомнительной чести стать последним лангобардским королем – государственность лангобардов была разрушена Карлом Великим (740-е – 814 гг., правил с 768 г.), а сами они бесследно растворились в нарождающейся итальянской нации, оставив по себе лишь историческую память да название одного из итальянских регионов – Ломбардии.
Сам экзархат оставил по себе в Равенне тоже весьма немногое (если не считать вышеописанных храмов периодов Готской войны или установления византийской власти); Д. Маускопф-Дельяннис приводит список из труда Агнелла, свидетельствующий о некотором церковном строительстве в VII—VIII вв. – но это просто список из 11 объектов, не более, ибо ничего не осталось. Выглядит он так: 1) ораторий Св. Полиевкта (в Цезарее, до 620 г.); 2) монастырь Св. Марии Влахернский (в Цезарее, у ворот Св. Лаврентия, между 630-ми и 680-ми гг.; здесь служил сам аббат Агнелл); 3) монастырь Св. Варфоломея (до 642 г.); 4) церковь Св. Аполинария в Векло (у монетного двора, северо-западная часть Равенны, до 671 г.); 5) церковь Св. апостола Павла (бывшая синагога в Цезарее, между 679 и 687 гг.); 6) монастырь Св. Феодора диакона (около базилики Св. Аполлинария Нового, между 679 и 687 гг.); 7) монастырь Св. апостола Андрея (у готской церкви, северо-восточная часть Равенны, до 691 г.); 8) монастырь Св. Иоанна у Навикула (до 700 г.); 9) монастырь Св. апостола Андрея Иерихонского (до 709 г.); 10) монастырь Св. Доната в Монтерионе (в Цезарее, у ворот Св. Лаврентия, до 790-х гг.); 11) церковь Св. Евфимии в Святом Каллинике (в Цезарее, у ворот Св. Лаврентия, до 790-х гг.). А что же можно видеть сейчас? Печальную руину канцелярии (и то предположительно), выдаваемую за дворец Теодориха, и не так давно (май 1993 г.) раскопанную на месте строительства гаража у храма Св. Евфимии Domus жилище византийского сановника VI в., богато украшенное мозаикой. Раскопки «домуса» позволили практически полностью реконструировать его внешний и внутренний вид. Это был 14-комнатный двухэтажный небольшой дворец из двух корпусов с тремя садами (и огородами по совместительству) и двумя бассейнами – открытым (с мраморной пирамидой посредине, увенчанной шаром – никак сия византийская персона была предтечей любителей абстрактного искусства!) и внутренним; вход во двор был украшен мраморной аркой наподобие триумфальной. Также во дворе находилась палестра (потому что так полагалось в особняке, почитающем себя приличным), рядом с которой располагались конюшни и туалеты для посетителей. По кирпичным стенам местами вился веселый плющ с сине-фиолетовыми цветами… Внутри имелась кухня, наверняка некогда издававшая пленительные ароматы; к кухне примыкала объемная кладовая с всевозможными запасами в корзинах и амфорах. Внизу располагались две большие длинные приемные – более старая, северная, украшенная мозаикой с изображением Христа как Доброго Пастыря (осталась от предшествующего здания IV—V вв.), и поновее (о ней чуть позже). Старая приемная была связана с триклинием – местом парадного приема пищи, чьи стены в черно-сиреневых тонах своими узорами напомнили бы современному человеку, пожалуй, доску для нард, только огромную – те же длинные суживающиеся «языки», меж которыми были большие черные круги. Посетитель «домуса» шествовал бы по канареечно-желтым с красными вертикалями коридорам, соединявшими различные помещения дворца, входы в которые были оформлены малыми полукруглыми беломраморными арками и либо оснащены дверями из ценных пород дерева, либо полуприкрыты белыми с узорами занавесями. Наверх, в жилые помещения и атриум, вели боковые деревянные лестницы со сплошными перилами. Далее же понизу шли домашняя столовая, детская, библиотека (тоже бывшая вопросом престижа особняка и его владельца, как и палестра); затем – роскошный внутренний бассейн с тремя фонтанами, извергающими воду из одной из стен вниз по мраморным горкам – нечто
