Дрожащие руки уронили фотографию. Андрей закрыл лицо, по которому бежали слезы. Им овладевали эмоции, которые было невозможно контролировать. Из-за спины послышался знакомый голос, вещавший будто из другого мира.
— Мы проводили имитацию включения много раз после аварии, — говорил Звездин, — чтобы выяснить причину перегруза сети. Лучшие специалисты всегда пытались найти причину перегруза либо в распределительном блоке, либо в предохранительном. Сюда никто из них не додумался заглянуть. Хотя в конце они все приходили ко мнению, что причина крылась именно здесь. Вы, Андрей Викторович, были специалистом высочайшего класса и смогли организовать все так, что ни бригады техников, ни ваш заместитель в пункте управления ничего не поняли. А сейчас, смотрите-ка, профессиональная память вас не подвела. Как говорится, опыт не пропьешь и не потеряешь в самосборе.
— Зачем вы… — совсем тихо что-то спросил Андрей.
— Что, простите? Я вас совсем не слышу.
— Зачем вы положили сюда фотографию? — не открывая глаз, чуть громче спросил мужчина.
— Это — важный элемент по возвращению вам памяти. Я воссоздал тот самый день, когда это случилось. Нам нужно было знать наверняка, что виновником аварии были вы. Бурная эмоциональная реакция все сама говорит за вас.
— Я, — тихо признался Андрей, всхлипывая. — Это сделал я. Я помню.
— Это хорошо, что вы вспомнили, — спокойно вещал Звездин. — В будущем вы будете более мотивированны.
Их разговор прекратился на несколько секунд. Андрей сидел на коленях с закрытыми глазами, переживая бурные воспоминания, накатывающие на него волнами. А Звездин в это время стоял рядом и жестами общался с Брагиным, который смотрел на сцену из пункта управления. Вокруг суетились рабочие, шумели инструменты.
— Я представляю, что вы сейчас переживаете, — вновь обратился к нему партократ. — Но вам надо прийти в себя. Вы должны принять участие в дальнейших этапах работы с макетом. Он не генерирует фрактальное поле, но в остальном полностью копирует оригинальный ФУП. Тот работает на максимальной мощности с закольцованным источником питания. Вам необходимо найти способ безопасного отключения ФУПа. Отключите его — безумие этого мира прекратится. И появится возможность вернуться обратно. Андрей Викторович, вы поняли меня? — в ответ ему кивнули. — Нам осталось выяснить всего три точки координат, чтобы определить точное местонахождение шкатулки. Затем надо будет выдвигаться к ней. Поэтому времени у нас не очень много. Когда будете готовы, присоединяйтесь.
Медленным шагом Звездин пошел в сторону железной лестницы, ведущей к пункту управления. Рабочие вокруг прекрасно знали свою задачу и уже готовили макет фрактальной установки к следующему этапу эксперимента. Молодой парень, все это время стоявший неподалеку, урывками слышал разговор мужчин, но ничего не понял. Зная, что ему надо закончить начатое, он аккуратно обошел Андрея, сидевшего на коленях, чтобы приблизиться к блоку. Взял с пола пустой цилиндр и стал устанавливать его обратно.
47. Путь в один конец
Следующие несколько суток Андрей не покидал испытательного полигона с макетом ФУПа, оригинал которого прятался где-то в глубинах гигахруща. Целыми днями он собирал и разбирал узлы и агрегаты фрактальной установки, изучал вплоть до винтика систему устройства питания, а в перерывах между изучением этой машины тестировал ее вместе с командой Брагина. Они запускали установку, доводили ее до критической отметки и выводили в состояние, имитировавшее то, в которое оригинальный ФУП погрузился после устроенного Андреем саботажа. Стоя либо за пультом пункта управления, либо возле элементов сети электроснабжения, они все пытались понять, как вывести «шкатулку» из этого состояния, чтобы весь мир гигахруща не схлопнулся разом или, что еще хуже, не вышел на новый уровень интенсивности. Раз за разом они отрабатывали различные сценарии отключения или снижения мощности, но эти варианты так или иначе не устраивали специалистов или самого Брагина.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Андрея приходилось буквально оттаскивать от кабелей или пульта, чтобы дать отдых в первую очередь ему самому. Он работал до одури — так, что, даже засыпая, видел перед глазами все те же схемы, кнопки и провода. В свою ячейку он отказался идти, мотивируя тем, что дорога отнимет у него время. Поэтому спал он там же — в одном из помещений испытательного полигона на нескольких деревянных ящиках с подложенной под голову спецовкой.
К концу цикла им все же удалось найти способ разомкнуть цепь безболезненно — так, чтобы машина просто прекратила работу, не сворачиваясь при этом сама в себе. Ни Брагин, ни Андрей сначала не поверили. На их лицах не было ни капли радости. Они воспроизвели те же условия еще раз и снова успешно. Но им этого не хватило и команда операторов в пункте управления и рабочие в испытательной камере вновь и вновь проделывали одни и те же манипуляции. Когда завершилась их седьмая попытка, женщина, сидящая за пультом, повернулась к Брагину и смущенно сказала:
— Я думаю, на этом стоит закончить. Алгоритм доказал свою эффективность.
Руководитель смотрел на нее несколько секунд и затем опустил голову, пряча улыбку. Заметив это, позволил себе улыбнуться и Андрей. Скоро вся защитная камера, а затем и рабочие внизу тихо возрадовались результату испытаний. Звездин, как это часто бывало, появился незаметно и с довольным лицом наблюдал за негромким ликованием команды ученых и рабочих.
— Молодцы! — громко оповестил он всех в камере о своем присутствии. — Вы — просто молодцы! Позвольте мне порадоваться вместе с вами! — и он засмеялся.
— Это и ваша заслуга тоже, — отметил Брагин.
— Не буду отрицать, — он прижал руку к груди и наклонил голову. — Хоть в технических делах я не силен, но и я приложил известную толику.
— Вы нашли оставшиеся точки? — вступил в разговор Андрей с серьезным видом.
— Осталось найти всего две. Координаты одной нам сообщат уже вечером. А вторую мы ждем со дня на день. Поэтому у вас есть время на альтернативные варианты. Вы ведь не думали останавливаться на достигнутом?
— Нет. Конечно, нет, — ответил Брагин. — Есть еще несколько наметок, которые мы можем протестировать.
— Но уже не сегодня, — с улыбкой произнес Звездин. — Я думаю и вы, и все рабочие заслужили отдых сегодня. Плюс усиленный паек!
— Я думаю, что выражу общую благодарность от коллектива.
— Это мы выражаем вашему коллективу благодарность! Я сделаю это от лица всего гигахруща! — партократ наблюдал за довольной реакцией присутствующих в защитной камере. — Но хотелось бы вас предупредить. Точные координаты шкатулки будут установлены очень скоро. Не расслабляйтесь. Будьте в состоянии готовности. По первой команде нам надо будет выдвигаться.
Праздничная атмосфера еще некоторое время царила в помещениях испытательного комплекса, а затем работники, получив соответствующую команду, стали расходиться по своим ячейкам. Следующие несколько суток прошли в ожидании команды за ставшими уже будничными испытаниями.
В середине нового цикла Андрей под вечер работал над блоков предохранителей с парой молодых рабочих, когда по камере разнесся голос из громкоговорителей.
— Андрей! — никто никак не отреагировал. — Андрей Викторович!
— Что там? — с ноткой недовольства в голосе отозвался мужчина и повернулся к пункту управления.
— Сигнал поступил! Объявлен сбор в зале собраний! Координаты установлены!
Андрей передал инструмент одному из коллег и встал в полный рост, будто ждал продолжения.
— Да что вы там стоите? — крикнул Брагин уже на железных мостках. — Пойдемте быстрее!
Мужчина, не снимая шлема и защитных перчаток кинулся мимо спящей фрактальной установки к лестнице. По пути они почти не говорили, а бежали или переходили на бег, когда уставали. Через двадцать минут они вошли в зал собраний, где помимо прежнего состава ученых вдоль стен расположились пятнадцать ликвидаторов, среди которых был и Георгий. Звездин стоял у трибуны и с легкой ноткой торжества в глазах смотрел то на собравшихся, то на часы. Когда циферблат показал восемь, партократ прислушался к абсолютной тишине — чувствовалось общее волнение — и затем нарушил ее
