Читаем без скачивания Судьба боится храбрых - Андрей Имранов

- Блин, - сказал Тим, успокоив обоих короткой очередью. Но верещание неслось уже со всех сторон, неуклонно приближаясь, и Тим занервничал. Закрутил головой, обнаружил торчащую вертикально вверх решетчатую мачту и пошел к ней. Первые ряды крысотакс добежали до мачты, когда Тим уже сидел возле самой ее вершины, довольно удобно устроившись между двумя скрещенными балками метрах в десяти над землей.

Крысотаксы потоптались под мачтой, поглядывая на Тима, потом довольно шустро полезли вверх, ловко перепрыгивая с балки на балку.

- Хрен ли вы лезете? - пробормотал Тим, вывешивась наружу, - вы же меня наверняка все равно проглотить не сможете. Я из другого теста.

Выцелил мелькающее среди балок длинное тело и нажал на спуск. Звон тетивы и пронзительное шипение. Прицелился ниже, снова нажал на спуск - этот крысотакс упал молча, видимо, болт попал в какой-то жизненно важный орган. Тим подстрелил еще троих, потом с удивлением заметил, что остальные не очень то горят желанием лезть на мачту - похоже урок первопроходцев пошел им на пользу. Но расходиться тоже не спешили - сидели под мачтой, собравшись небольшими группами, периодически вереща и вроде как даже переговариваясь короткими гортанными вскриками.

- Так вы что, разумные? - Тим попробовал сымитировать некоторые из издаваемых крысотаксами звуков, но успеха его попытки не возымели, а точнее - были проигнорированы. Тим почесал затылок и крикнул во всю глотку:

- А ну мотайте отсюда, пока живы!

Но удостоился только нескольких мимолетных взглядов.

- Ну, - сказал Тим, - сами напросились.

Навел арбалет на ближайшую группу зверьков, нажал оба спуска и принялся водить арбалетом от группы к группе. Воздух тут же наполнился шипением и какими-то новыми мяукающими звуками, а земля наполнилась движением. Сначала Тим испугался, что все крысотаксы сейчас полезут на вышку и могут, в конечном счете, его достать, но скоро заметил, что метания их довольно бессмысленны. Зверьки неслись кто куда, сталкиваясь, отскакивая с оскаленными пастями, иногда кусая друг друга, а иногда - просто разбегаясь в разные стороны, так что некоторые просто возвращались на то место, с которого убежали. Впрочем, через недолгий промежуток времени все крысотаксы разбежались с открытого пространства, оставив под мачтой только раненых и мертвых.

Тим посидел на своем насесте еще минут пять, потом, убедившись в том, что крысотаксы потеряли к нему интерес, спустился вниз. Отошел от мачты метров на десять, постоял. Никто не верещал, никто не бросался на него с раскрытой пастью, и Тим успокоился. 'Но все равно', - подумал он, - 'надо всяких трущоб избегать. Это я хорошо в тот небоскреб не полез. В узких пространствах у этих тварей преимущество'. И пошел дальше, раздумывая над тем, куда, собственно идти. Сейчас он шел просто 'вперед', которое ничем не отличалось от 'назад' или 'вбок'. Но достойных ориентиров пока не попадалось и Тим начал думать над тем, как подать о себе знак выжившим разумным обитателям этой планеты. Если таковые, конечно, остались. Хорошо бы найти какую-нибудь радиостанцию. Если эти выжившие опустились настолько, что не знают про радио, то не больно-то они Тиму и нужны. А если знают, то наверняка слушают эфир. И стоит только Тиму сказать пару слов в какой-нибудь ихний микрофон, как они сразу про него узнают и немедленно прилетят. Вопросов оставалось всего два, но вопросов принципиальных - на что похожи их радиостанции, и как ее включить, если он таки умудрится найти что-то похожее? Только часа через три до Тима дошло, что радиостанция ему, в общем-то, ни к чему. Он кто? Он - волин. А волинам рации не нужны, они сами себе приемопередатчики.

Тим усмехнулся и принялся искать антенну. Всем радиостанциям нужны антенны, это любому известно. Торчащую из земли мачту - близнеца той, что спасла Тима от стаи крысотакс, он решил подходящей. Правда, она явно не была металлической, но, подумав, Тим решил считать ее электропроводящей. 'Более того', - решил Тим, - 'в радиостанции, кроме антенны, еще и всякие радиодетали есть. Колебательный каскад там, и прочее. Будем считать, что они тут как бы встроенные'. Еще радиостанциям нужно электропитание. Например, батарейка. Тим, приложив некоторые усилия, оторвал от лежавшего неподалеку странного четырехколесного устройства пару длинных штырей, которые и воткнул прямо в землю рядом с мачтой. Потом сходил и принес еще два штыря. Один положил на землю рядом с воткнутым, прислонив к мачте, а второй оставил в руке. Огляделся - видеть его никто не мог, но привычка была сильнее - и обильно намочил землю рядом с воткнутыми 'электродами' единственной имеющейся у него жидкостью. 'Земля тут, небось, вообще сплошная химия', - подумал он, застегивая джинсы, - 'так что наверняка что-нибудь там потечет. И этот, как его... электролит', - Тим усмехнулся, - 'тоже не просто вода, а с солями всякими. Так что...' Тим осторожно приложил последний штырь к мачте, соединил его со вторым воткнутым штырем, и вздрогнул, отдернув руку и зажмурив глаза - с громким треском между мачтой и штырем проскочила яркая искра.

- Хо, - сказал Тим, - а то напридумывали... проще надо быть, и люди к вам потянутся.

Тим не помнил, как в действительности звучить сигнал 'SOS' - три точки, три тире, три точки, или наоборот - три тире, три точки, три тире. Но справедливо решил, что это неважно - вряд ли на этой планете знали азбуку Морзе. Зато такой сигнал точно нельзя принять за естественный шум в эфире. Поэтому Тим прикладывал и прикладывал, замыкая цепь, к мачте штырь, пока он не нагревался настолько, что его становилось невозможно держать. Потом Тим ждал, пока штырь остынет, и начинал снова. Таких 'сеансов связи' он успел сделать пять, потом искрить стало меньше и нагреваться - тоже. Видимо, батарейка садилась.

А потом прилетел вертолет.

Увидев это рычащее и пыхтящее чудовище, Тим расстроился. Очевидно, радио и радопеленгацию местные разумные еще не забыли, но были явно от этого недалеки - вертолет их на вершину инженерно-конструкторской мысли совершенно не тянул. Был он хоть и немаленький, двухвинтовой, но угловатый, с торчащими метра на три неубирающимися 'ногами' и маленькими круглыми оконцами в носовой части. 'Черная акула' на фоне этого монстра выглядел бы просто сплавом изящества и совершенства.

- Эх, - сказал Тим, - похоже, застрял я тут надолго.

Довольно неуклюже вертолет примостился на открытой площадке, подняв тучу пыли и мусора. Тим прикрылся от пыли рукавом и принялся ждать, полагая, что никто не высунется из вертолета, пока не осядет пыль. Но люк открылся даже раньше, чем остановились винты. Смутно различимая сквозь пыль долговязая фигура спустилась по выдвинувшейся лесенке на три ступеньки, потом спрыгнула вниз.