наелся досыта. Обед мало вкусен, но так как обедал с начальством, то было много. Полная чашка щей из зеленых листьев капусты, солидно сдобренная маслом (это для начальства). На второе лоби, мои любимые лоби. Полная чашка лоби, также обильно приправленная маслом. Затем такая же чашка соевого кефира. В общем, поел, что называется, от пуза.
Приехав в завод, съел обед и ужин в столовой, а на вечер еще оставил 2 куска с маслом, сахар и кофе, согрел и блаженствовал вечером. Какой удачный день. Сытный день. Поймал себя на том, что я безумно соскучился по таким дням, когда можно чувствовать себя вполне сытым, а ведь по существу я не голодаю. Пищи достаточно для организма. Но вот этого ощущения (внешнего) сытости не бывает. Того ощущения, когда больше не хочется есть. Всегда хочется.
Чекризов В. Ф. Дневник блокадного времени // Труды Государственного Музея истории Санкт-Петербурга. Вып. 8. СПб., 2004. С. 109–110.
Из дневника архитектора Э. Г. Левиной
1942 г.
31 октября
Эта осень сухая и почти теплая. [Хожу] в Петропавловскую крепость – рисую домик Петра, скоро начнем съемки. Все эти дни хожу домой с тюками – вчера 20 кг капустного листа, частью гнилого. До ночи с мамой мыли, рубили, квасили. Тюк большой и неудобный. Анти говорит: «Мы с тобой герои», мы вышли с мешками на спине – ведь пища в Ленинграде в 1942 не бывает тяжела. В кладовке Голли и Гринберг с граблями сметают капустный мусор. Анна Ал., Кс. Абр. и Вал. Петр. 3-ю неделю без выходных вешают и распределяют овощи; грязные с черными руками. Публика говорит, что они воруют; сейчас про каждого, который держит в руках продукты, говорят «ворует». И это правда – дело только в масштабах. Мы часто спрашиваем себя, будем ли когда-нибудь опять женщинами – очень труден процесс восстановления. Очень много едим. Сегодня утром еда из капустных листьев, булка, намоченная в молоке (соевом – мамина выдача) и поджаренная на кокосовом масле, принесенном в баночке из столовой. Затем в 12 часов 2 ломтя хлеба с маслом, в 4 в столовой – завтрак: каша и соевая запеканка, обед: рисовый суп, печенка с пшенной кашей и компот жидкий и на сахарине, ужин: каша рисовая (200 гр.) со дна Ладоги и запеканка. Съедаю все – соя несется домой. Дома ужин – суп из капустного листа, картошка с консервированным] мясом (мамин паек) и кисель (прислал…), затем чай.
В нормальное время – чудовищно много, а сейчас хочется есть. Я больше не худею, чуть-чуть начинает заполняться костяк, но тело еще очень худое, как после тяжелой болезни. Странно, что при этой худобе физическая выносливость очень велика. С квартирой не везет – болтаюсь у мамы. Мы с ней получаем конфеты и делим до следующей выдачи на дневные порции. Другой раз срываемся, съедаем по лишней конфете, и тогда день без конфет – это большая выдержка.
Человек в блокаде. Новые свидетельства / отв. ред. В. М. Ковальчук. СПб., 2008. С. 189.
Из книги Ю. И. Колосова, 3. А. Милютиной «Стояли со взрослыми рядом»
Новый учебный 1942/43 год начался в Ленинграде только 15 октября 1942 года в связи с тем, что школьники в осенний период занимались уборкой урожая в колхозах и подсобных хозяйствах из-за отсутствия там рабочей силы. Руководители Ленинграда проявляли особую заботу о детях и подростках. В постановлении Исполкома Ленгорсовета от 1 октября 1942 года сообщалось об освобождении от оплаты за обучение всех учащихся 8-10-х классов, а также решение от 23 октября об обязательном освобождении от работы на предприятиях и возвращении в школу всех учащихся до 14-летнего возраста. В городе открылись 84 школы, в том числе 18 полных средних, а для более старших подростков, оставшихся на производстве, еще 33 вечерних школы рабочей молодежи, в том числе и на предприятиях. Для работающих в 2–3 смены открылась заочная средняя школа. Все школы были обеспечены топливом, а так как учащиеся находились в них практически весь день с 8 часов утра до 19 часов, то они обеспечивались питанием: завтрак, обед и ужин. 1300 учащихся, из 24216, питались бесплатно. В силу военной ситуации занятия посещали мало, ежедневно отсутствовало 15–18 % ребят, что сказывалось на успеваемости. Старшие ребята проводили работу с отстающими младшими и уже к концу первого полугодия у большинства ребят примерно 60 % отметок стали хорошими и отличными.
Большое внимание в старших классах уделялось военно-санитарной подготовке. В каждой средней школе организовывались военные кабинеты, оборудованные необходимыми учебными пособиями, а также предоставлялись физкультурные залы и помещения. Школы были прикреплены к лыжным базам и тирам. В мужских школах в качестве военруков появились командиры запаса. В созданных кабинетах военного дела мальчики
8– 9-х классов занимались по 4 часа в неделю, а 10-х – на час дольше. Надо было научиться владеть винтовкой и освоить приемы огневой, технической и химической защиты и участвовать в военизированных походах. Девушки, кроме знаний санитарного дела, приобретали специальность телефонисток, телеграфисток и радисток. Появились санитарные дружины из девочек
9– 10-х классов. Многие из них входили в группы МПВО.6 января 1943 года на стадионе «Динамо» был проведен военно-спортивный праздник, в котором участвовало 3000 школьников. Первое место в военизированной эстафете заняла команда ребят Смольнинского района, капитаном которой был Анатолий Фокин. Чемпионами Ленинграда стали Свет Тихвинский, Алексей Беседкин и Игорь Козлов из Выборгского района. Затем мастера спорта провели показательную игру в хоккей, а солдаты одной из частей Ленинградского фронта показали штурм укрепленной крепости.
В марте-апреле 1943 года в городе была проведена первая военная олимпиада детского творчества. Ей предшествовали районные олимпиады. Членами жюри были известные писатели, поэты, музыканты, актеры, ученые. 15 школьных коллективов и персонально 149 учащихся из 1400 участников были награждены книгами и грамотами. Среди награжденных были Олег Шестинский, Ольга Тюлева, Лева Пак, Юра Колосов, Ляля Ильенко. Во Дворце пионеров, где проходил заключительный тур олимпиады, была развернута выставка рисунков учащихся 4-го класса 78-й школы. Олимпиада запомнилась дружелюбным, внимательным отношением к нам, школьникам, известных деятелей науки и искусства города, в том числе известного математика профессора университета г. М.Фихтенгольца, академика В. Г.Хлопина, поэтессы Веры Инбер и других. Они беседовали с нами на равных, а ведь мы еще учились в обыкновенной школе.
Большой литературный монтаж на этой олимпиаде начинался словами: «Слушай, страна, говорит Ленинград…». Он транслировался из Дворца пионеров всеми радиостанциями страны. Но, оказывается, детские голоса с берегов Невы из блокированного города слушала не только наша страна.
