взвода совсем растерялся; он не знал, что предпринять. Отскочив на некоторое расстояние от деревни, командир остановил свой взвод, но при этом распоряжений он никаких отдать не мог. Не видя никакого толку в том, что взвод стоит на месте, а красные тем временем могут выйти из деревни и открыть по сбившимся в кучу всадникам огонь, три офицера, по собственному своему почину, двинулись шажком по дороге в сторону Ново-Крещенки. Отъехав на некоторое расстояние от продолжавшего стоять на дороге взвода, они остановились. Впереди в полуверсте темнела полоска леса, за которым находилась Ново-Крещенка. Все было тихо.
Прошло немного времени. Вдруг на опушке как будто бы мелькнула какая-то фигура. Прошло несколько томительных мгновений. Белые ясно различили выехавших на опушку трех всадников. «Стой, кто едет?» – набравшись духу, закричал один из белых всадников. В ответ раздался выстрел, и пуля просвистала совсем близко от белых всадников. Белые дали по выехавшим на опушку несколько выстрелов, а затем, повернув коней, быстро пошли к своему взводу. Последний при первом выстреле сорвался с места и полным махом пошел назад в сторону Котельного, еще момент, и он исчез, спустившись с высокого берега на лед реки Иман.
Три белых всадника следовали за своим взводом. Вот и спуск, он очень крут. Крикнув вполголоса впередиидущему, чтобы он спускался осторожнее, последний из белых всадников как-то невольно обернулся, заслышав позади себя конский топот. Велико было его изумление, когда он увидел скачущих во весь опор трех всадников. Они были очень близко. Не помня себя, белый всадник закричал благим матом: «Сотня, стой, куда вы?» Впереди спускающийся подхватил: «Сотня, стой, вернись назад», но взвода уже не было на льду реки – он успел уже скрыться в леске, что находился на том бережке речки. Нагоняющие белых всадники были совсем близко, их отделяло всего каких-нибудь пятнадцать шагов. «Сейчас зарубят», – пронеслось в голове у последнего белого всадника, он быстро обернулся и дал выстрел, другой дозорный также… Второй, третий выстрелы, но на догоняющих это не производит никакого впечатления, они летят, точно заколдованные, они все ближе… Дозорные подскакали к первым деревкам леса, тут стоит взвод; злополучные дозорные оглядываются, и что же? За ними, уже более спокойно, едут нагонявшие их всадники – это свои, а на высоком бережке, за речкой, стоит группа красных и раздаются их редкие выстрелы… Оказывается, командир взвода, после того как добровольцы-дозорные отъехали от ядра взвода вперед по дороге, выслал в сторону второй пост, и вот, когда красные выехали на опушку леса, дали первые выстрелы, взвод и дозор на дороге стали отходить, второй пост, снявшись напрямик, поскакал к дороге, а люди первого дозора, не подозревая о существовании второго поста, приняли своих за красных. К счастью, все обошлось благополучно, кровь своих не была пролита.
Когда немного все поуспокоились, к войсковому старшине Бологову было отправлено донесение. Последний прислал в распоряжение войскового старшины Т. 1-ю сотню енисейцев, но толку из этого никакого не вышло, ибо начальник участка был настолько подавлен, что никакого распоряжения отдать не мог. Отдельные группы казаков два раза цепью выходили из леса, но, не чувствуя сильной воли начальника, под обстрелом красных, залегших на том берегу, возвращались назад в лес. Брать на себя руководящую роль командир 1-й сотни не хотел. О всем происходящем было послано новое донесение начальнику конного отряда. Тогда тот явился на участок, разнес начальника участка и сам повел цепь вперед. Деревня была им занята без выстрела. Красные отходили к Трифоновке, или, как ее называют местные крестьяне, Паровозной. Наступал рассвет…
По занятии Ново-Крещенки и выяснении направления отхода противника войсковой старшина Бологов приказал сибирцам преследовать красных, гоня их на Ново-Алексан-дровку, занятую заставой 1-й сотни енисейцев. Кроме того, на усиление этой заставы войсковой старшина Бологов бросил к последней по реке Иман сотника Юшкова с большей частью находившихся при последнем людей его сотни.
Идя по лесной дороге на Паровозную, сибирцы приблизились к последней, но тут остановились, наткнувшись на красных. Войсковой старшина Тустановский донес начальнику отряда: «Окапываюсь, жду, когда сотник Юшков погонит на меня противника». Ждать этого не пришлось, так как красные к Ново-Александровке не пошли, но, взяв проводников в Паровозной, спустились на лед реки Иман и по нему, без дороги, напрямик ушли в Таборово, миновав таким образом сотника Юшкова, только что вышедшего в Ново-Александровку. Белые видели уходящих красных, но что они могли теперь сделать? Как было красных теперь нагнать? На этом дело и закончилось. Белые в этом столкновении не потеряли ни единого человека, но оба крестьянина-проводника, думавшие в простоте своих душ, вести красных из Паровозной в Ново-Александровку, были убиты красными на реке.
Из Котельного конный отряд белых, без мытарств и столкновений с противником в три перехода прошел в Иман, ночевав в Вербовке и Звенигородке. В Иман белые вернулись за несколько дней до Рождества Христова. С собой они привели до 200 пленных, которые не пожелали остаться в деревнях и были отправлены затем из Имана во Владивосток, на Русский остров. Такая же судьба постигла тов. Палицина и Аксенова. Только в Имане белые узнали от пленных истину относительно судьбы пулеметов, потопленных в колодцах Картуна. Раньше пленные об этом не говорили, указывая на свое незнание. Теперь это было слишком поздно.
За блестящее выполнение задачи, с потерей, и то случайной, одного бойца (прапорщика Щербачева, убитого в Лукьяновке), войсковой старшина Бологов и чины конного отряда получили благодарность в приказах по отряду (генерал-майор Вешневский), гарнизону города Имана (генерал-майор Бордзиловский), Сводному конному полку (генерал-майор Хрущев), военному району (генерал-майор Смолин), а управляющий военно-морским ведомством (генерал-лейтенант Вержбицкий) прислал благодарственную телеграмму. Главная же награда войсковому старшине Бологову пришла несколько позднее, какова была она – увидим ниже.
XXI
Бой во Владимировке
Переход Амура частями 5-й колонны. – Деревня Владимировка. – Подход 1-й стрелковой бригады к деревне. – Сведения о красных, находившихся в деревне. – Завязка боя. – Сокрушающий удар. – Действия конных глудкинцев. – Подход остальных частей. – Развитие успеха. – Столкновение у Самарского
23 декабря, в 2 часа, из Корсаковки на Владимировку выступили части 5-й колонны под командой генерала Сахарова. В голове шла 1-я стрелковая бригада, за нею следовала Поволжская. Небо было без единой тучки, и высоко по небу плыла яркая полная луна. Она должна была зайти перед самым рассветом. По узкой, извивающейся протоке, вернее – ручью, соединяющему Амур с Уссури, шла дорога на Владимировку. Проводником белые взяли одного из корсаковских жителей.
Стали приближаться к Амуру. Генерал Сахаров
